Тайны на кончиках пальцев
Шрифт:
День выдался тихим. Отключив телефон, я сидела на диване в своей квартире, завернувшись в плед, пытаясь отвлечься от своих мыслей, но ничего не помогало. Мне уже полагалось собираться на встречу к Виктору, но что-то останавливало меня. Словно этот маленький шаг мог разрушить всю мою жизнь.
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Подсознательно я знала, кто это, и ждала, что он придет. Сердце заколотилось так сильно, что я едва смогла подняться.
Когда я открыла дверь, Даниил стоял передо мной, весь мокрый от дождя, с хриплым дыханием, как будто всю дорогу бежал.
— Ты не отвечаешь на мои сообщения, — начал он, не скрывая ни злости, ни отчаяния в голосе. — Я не могу больше это выносить, Алиса.
— Даниил… — я хотела сказать что-то, но слова застряли в горле.
— Дай мне хотя бы один шанс, — продолжил он, входя внутрь и захлопывая дверь за собой. — Скажи мне, что ты никогда обо мне не думала, что тебе всё равно. Только так я уйду.
Я молчала, боясь переступить тонкую, и такую хрупкую сейчас, грань нашей дружбы. Он смотрел на меня, будто пытался вытащить правду из моей души.
— Ты ничего не понимаешь, — наконец сказала я, отвернувшись. — Это не так просто. Я не могу… не могу позволить себе этого.
Даниил шагнул ближе. Его голос стал мягче, но при этом ещё более решительным.
— Что ты не можешь? Любить меня? Или признать, что уже любишь?
Я резко повернулась к нему, глаза метали молнии.
— Я не могу любить, Даниил! Ты не понимаешь? Если я позволю это, я могу потерять тебя, нашу дружбу, самое важное, что есть в моей жизни.
Он подошёл ближе, почти касаясь меня. Его голос стал низким и хриплым:
— Алиса, ты уже позволила, — тихо на выдохе прошептал Даниил.
Мое дыхание сбилось. Тишина между нами загустела, как мёд, а напряжение стало почти невыносимым. Даниил поднял руку и мягко коснулся моей щеки. Я закрыла глаза, чувствуя тепло его пальцев.
— Я не боюсь тебя, — прошептал он. — Не боюсь твоего дара, проклятия или чего угодно, что ты себе придумала. Если это разрушит нас, пусть. Но я не уйду, пока ты не скажешь мне правду.
Мои глаза наполнились слезами, но я не могла оторвать взгляд от него.
— Ты упрямый, как всегда, — прошептала я.
— Ты любишь меня? — Он смотрел мне прямо в душу.
Я дрожала. Всё во мне кричало, что надо остановиться, сбежать, но вместо этого я сделала шаг навстречу.
— Да, черт тебя побери, Даниил. Я люблю тебя. Всегда любила.
Его губы накрыли мои, жадные, горячие, полные подавленного желания, которое копилось годами. Он прижал меня к себе так, будто боялся, что я исчезну. Я ответила, сначала осторожно, но потом страсть захлестнула меня полностью.
Не переставая целовать, он нежно и медленно провел руками вдоль моего тела, останавливаясь на нижних округлостях, собственническим жестом сжав мои ягодицы, приподнял, вынуждая обхватить ногами его талию.
Прижав меня к стене, он через силу оторвался от моих губ, стал медленно, вжимаясь в кожу, чертить носом путь от моего уха до ключиц, далее до ложбинки между грудей. Словно не мог надышаться мной, хотел присвоить мой запах навсегда.
Распахнув мою домашнюю рубашку-халат, он набросился на грудь, нежно поглаживая одну, когда вторая попала в плен его губ. Резко прикусив сосок, он заставил меня громко вскрикнуть от наслаждения.
Оторвавшись от моей груди, он посмотрел на меня помутневшим взглядом, я же как одержимая хотела скорее приступить к главному, не время для прелюдий!
Даниил как всегда понимал меня без слов, с жадностью впившись в мои губы и не отрываясь от поцелуя, он избавился от преграды в виде моего белья. В какой момент он успел освободиться сам, я так и не поняла.
Вцепившись руками в мои ягодицы, он стал медленно проникать в меня, вызывая приглушенный стон. Когда он оказался полностью во мне, он посмотрел мне в глаза, я не знаю, что он там прочитал, но резкие толчки стали его ответом, на мой призыв.
Царапая его спину, я уже не могла сдерживать громких стонов, когда он начал наращивать темп. Бедные мои соседи!
Оргазм был скорым и оглушительным, мы были слишком голодны друг по другу.
Отдышавшись и немного придя в себя, он посмотрел на меня с присущей ему легкой усмешкой:
— Это только начало, — с предвкушением протянул он.
Так и оставаясь во мне, он понёс меня в спальню. Я впервые в жизни позволила себе забыть о страхе, о чём-либо, кроме него.
Он накрыл меня своим телом, и я чувствовала, как его тепло проникало в каждую клеточку моего существа. Освободив меня от остатков одежды, его руки скользили по моей коже, разжигая пламя, которое не успело толком остыть. Каждое его прикосновение будто говорило: "Ты моя, и ничто нас не разлучит." Я почувствовала, как рушатся мои стены, которые я годами выстраивала вокруг себя.
Когда наши тела слились снова, я поняла: это не разрушение. Это было рождение чего-то нового. С Даниилом я впервые почувствовала себя целой, свободной, и впервые за долгие годы — живой.
Спустя какое-то время, звонок телефона вернул меня в реальность. Виктор. Я приподнялась на постели и ответила:
— Да, я слушаю.
— Судя по времени, тебя сегодня ждать не стоит. Что-то случилось? — спросил Виктор.
Я почувствовала как руки Даниила, обнимавшие меня сзади, напряглись.
— Извини, у меня резко изменились планы.
— Ладно, надеюсь завтра ты свободна? Я поеду к Бержерону. Хочу все знать, не могу ждать ни одной лишней минуты. Ты со мной? — настойчиво спросил Виктор.
— Да, я буду. Отправь мне сообщение с временем и местом, а теперь, извини, у меня нет времени, — попросила я и сбросила звонок.
Я обернулась к Даниилу, не зная, что сказать, словно одно неверное слово могло разрушить наш хрупкий мир.
Даниил долго смотрел на меня, словно ища что-то, известное только ему.
— Жалеешь? — тихо спросил он.
Я засмеялась и прижалась как можно сильнее к его груди.
— Не дождешься.
Он с облегчением улыбнулся, словно весь непосильный груз с его плеч наконец исчез.
— Я давно хотел спросить, — после недолгого молчания, начал он, заметно напрягаясь. — Что ты видишь, когда прикасаешься ко мне? Какие тайны?
— Эммм, я только сейчас поняла, что никогда об этом не задумывалась. Я ничего не вижу, — протянула я.
— О Боже, неужели я твоя Белла, а ты мой Эдвард? — засмеялся Даниил.