Чтение онлайн

– Ничего не говори! – потребовал братец категорично. Рубаха его намокла от пота и облепила вытянутое туловище, светлые кудри торчали во все стороны, а остроносое лицо покрылось рваными пятнами багрового румянца. Удивительно, насколько в самом своём жалком виде Берт был похож на сестру. Констанции эта мысль, конечно, не польстила, но девушке удалось достаточно быстро её отбросить. Покорно исполняя просьбу, сестра наблюдала за тем, как братец устало водружает свою пятую точку на потрескавшийся серый гранит ступенек. Похоже, боги сотовой связи не услышали его молитв сегодня.

– Что со мной не так?.. – заговорил он, наконец, запуская длинные пальцы с волосы. – Почему я чувствую себя таким жалким? Откуда эта нелепая ревность?..

– О-о… – понимающе протянула девушка, осторожно присаживаясь рядом с Бертом. Она знала правдивый и весьма неприятный ответ на его вопрос, но озвучивать его не решилась бы. Кто-нибудь другой, кто не знал мужчин семьи Маршан так, как знала она, запел бы сейчас песню про пресловутую любовь. Про то, что Роза – та избранная, сумевшая укротить свободолюбивое сердце холостяка. Вот только это было неправдой. У Розы был официальный жених, вместе с которым она и уехала в отпуск. А, значит, существовало это невидимое «нечто», не дававшее Берту, подобно голодному вампиру, испить этот роман досуха и с пылающим сердцем, наполненным свежей горячей кровью, идти дальше.

– Я не хочу, чтобы было так, но я не знаю, как от этого избавиться, – будто бы прочитав мысли сестры, выпалил Берт сокрушённо. Он извлёк из кармана смартфон и принялся нервно крутить его в руке. – Рисовать не могу – слишком жарко. Позвонить или написать ей не могу – не хочу, чтобы Лаз что-то заметил…

– Лаз? – переспросила Конни. Брат поднял на неё потемневший взгляд и плотно сжал губы.

– Так его зовут. Её женишка. Я видел, как его имя высветилось у неё на экране телефона однажды…

– Вот оно что. Теперь у соперника вырисовывается личность, – тяжело вздыхая, заключила Констанция.

– Я не хотел ничего о нём знать. Оно само как-то… – мрачно проворчал Берт, как будто оправдываясь за свои неуместные и противоречивые чувства. Конни вовсе не собиралась осуждать его или злобно подтрунивать над столь знакомым ей сценарием поведения брата. Наоборот, она как будто надышалась вместе с ним отравленного воздуха и теперь чувствовала себя такой же подавленной и жалкой. Интересно, если она позволит себе ещё глубже уйти в эмпатию, появится ли у неё острое желание отправить смс Франку Аллану? Эта мысль отчего-то повеселила девушку и даже освежила мысли, прогоняя заразную меланхолию.

– Давай уедем! – внезапно предложила она, кладя ладонь брату на плечо.

– Куда? – с сомнением покосившись на сестру, спросил Берт.

– В Сальтхайм! Там не так жарко, и ты сможешь устраивать плэнеры. К тому же Лив говорила, что на нас там вряд ли кто-то будет обращать внимание. Особенно в дни фестиваля.

– Ты хочешь посетить фестиваль Волчьей Ягоды?

– Почему бы и нет? Мэр Леманн нас приглашает, а я так и не придумала, как ему отказать.

***

– Вы решили… что?

– Ну да, мы поедем на фестиваль, и я хотела попросить тебя о помощи, – Конни заглянула в комнату Лив как раз тогда, когда гостья собирала вещи. Их с мальчишками маленькие каникулы в Линсильве подходили к концу.

– И чем я могу помочь? – Лив стало не по себе. Она свернула комком футболку Йена и принялась нервно запихивать её в рюкзак. Разговоры о фестивале всегда вызывали в ней этот странный приступ паники, хотя за пять лет уж не мешало бы привести нервы в порядок. Ей было стыдно проявлять эту слабость перед Констанцией, и ещё более стыдно перед самой собой. Её работа была напрямую связана со смертью, и человеку с её опытом и характером как-то странно было бы теряться, потеть и грызть ногти до крови от одного только упоминания одной единственной давней потери. И всё же ей очень хотелось буквально выть от подступающей волны неизбежной тоски. Почему время шло, а боль никак не хотела притупляться?

– Мы хотим остановиться в «Домике Егеря», – пояснила Конни, и Лив тут же машинально кивнула. Предчувствие подсказывало ей, к чему идёт этот разговор. Как же ей не хотелось отказывать Констанции! Но и помогать – тоже.

– Боюсь, вы поздновато спохватились, – цепляясь за соломинку, выпалила Лив и растянула на лице виноватую улыбку, – до фестиваля меньше двух недель осталось, все отели забиты под завязку. Впрочем, в «Эрнане» наверняка найдётся свободный люкс…

– Мы не можем остановиться в «Эрнане», Лив, – категорично оборвала гостью Конни. В светлых глазах её блеснула сталь. – У меня что-то вроде холодной войны с Амандин Тенебрис. Меньше всего на свете мне бы хотелось сейчас оказаться с ней под одной крышей.

– Ого! – заявление девушки на мгновение сбило Лив с мысли, – У тебя серьёзные враги…

– Ещё бы! Но «Домик Егеря» – основной конкурент «Эрнана». А самое главное – он расположен рядом с заповедником на закрытой территории. Значит, никаких лишних глаз, ушей, а ещё никакой жары. Берту надо писать пейзаж, а мне – сменить обстановку и занять себя чем-то.

– И чем ты собралась себя там занимать?

– У вас есть каноэ? Хочу освоить греблю.

– Ты ведь это не серьёзно?

– Почему? У меня сильные плечи!

– То есть мы только вчера говорили с тобой об ужасной трагедии, случившейся на фестивале пять лет назад, и вот ты уже воспылала страстным желанием помахать веслом на Солёном озере? – не сумев сдержать эту мысль в голове, чуть ли не пропищала её Лив Сигрин. Это неслыханное по своей наглости замечание, кажется, нисколько не задело Конни. Наоборот, она будто бы даже задумалась над словами гостьи.

– Действительно, – произнесла она после недолгой паузы, – как удивительно всё совпало…

– Совпало? Или просто тебе нравится ковыряться в чужих судьбах? – понимая, что обратного пути просто нет, Лив продолжала говорить всё, что только приходило ей в голову. Этот разговор явно не должен был обернуться чем-то подобным. Ей вовсе не хотелось выяснять отношения с Ди Гранами. По-хорошему, ей надо было как можно скорее заткнуться или извиниться, но, как назло, подчёркнутое спокойствие и невозмутимость Констанции буквально вытряхивали из гостьи все скрытые эмоции.

– То есть ты нам не поможешь? – вопросом на вопрос отвечала госпожа Маршан. Вот это выдержка. Сама Лив не была уверена, что стерпела бы подобные выпады в свой адрес от малознакомого человека. Или же Конни и впрямь было плевать? Лив никак не могла разгадать этот характер, и от этого спина и шея начинали зудеть. Приложив немалые усилия, женщина заставила себя успокоиться. Ведь, если подумать здраво, Ди Граны не имели никакого отношения к её травмам и болям. А историю про смерть Бритты Лив вывалила на Констанцию сама, как и рассказы о чудесном климате Сальтхайма, «Домике Егеря» и прочем.

– Я попробую связаться с Линдой Хегер, но ничего не обещаю, – наконец, гостья заставила себя произнести эти слова. Конни и Берт были так гостеприимны – рискнули пустить с ночёвкой в родовой замок, напичканный антиквариатом, её двух гиперактивных сыновей. Неужели она может им теперь отказать? Тем более Линда и так ждёт от неё ответа по поводу фестиваля. Лив сглотнула едкий ком, подступивший к горлу, как только она вспомнила про то электронное письмо.

– Кто это?

– Хозяйка «Домика». Она как раз приглашала меня в этом году. Хочет собрать нашу старую компанию, чтобы…