Тайны Варангии
Шрифт:
– Где тебя носит? – спешно бросил фразу Вацлав. – На сумку и выходи, я закрою дверь и вылезу через окно.
– Зачем? Ты ведь со мной можешь выйти через дверь.
– Нет, лучше, чтобы они не думали, что это было воровство с улицы. Пусть думают, что кто-то из прислуги это сделал. Пока они будут разбираться с этим внутри, я вывезу все это в соседний город и продам. Иди же! – выталкивая Рогнеду на улицу, закончил Вацлав.
– Хм, почти гениально! – Но Вацлав ее уже не слышал. Он захлопнул дверь за ней.
Рогнеда стояла спиной к двери и, затаив дыхание, вслушивалась в тишину. Ей было страшно попасться и время уже поджимало, пора было возвращаться на площадь, ведь Чаяна могла бросить торговлю в любой момент и пойти ее искать. Она очень не хотела получить нагоняй от матери. Вдруг в тишине ей показалось, что она услышала звук со стороны поля. «Нет, это не прислуга. Они все на площади. Мне показалось», – мысленно проговорила Рогнеда, успокаивая себя. Отойдя от двери, она развернулась лицом к терему и высматривала брата, вздрагивая от волнения.
– Вац, скорее! – шипела она, видя, что Вацлав уже показался в окне.
– Спускайся, спускайся, воришка! – раздался голос за спиной Рогнеды. Она вздрогнула и медленно повернулась назад. Ее словно окатили холодной водой. Сзади нее стояли два крепких мужчины, которые по физической силе явно превосходили Вацлава. Девушка смотрела на них с испугом в глазах, сердце ее бешено стучало, и казалось, что тело сделалось ватным, от страха она не смогла произнести ни слова. Силы были далеко не равны. Услышав, как на землю спрыгнул ее брат, она повернула голову и без слов поняла, что он хотел ей сказать. В глазах читалась лишь одна фраза: «Бежим!»
Рогнеда что есть силы швырнула сумку одному из мужчин и резко рванула за братом, который среагировал быстрее Рогнеды, но все же пропустил сестру вперед, чтобы дать ей возможность убежать в случае, если его успеют поймать. Адреналин в крови придавал силы на бег, и, как казалось Рогнеде, все произошло настолько быстро, что они даже не прикинули шансы на их удачный побег и совершенно не учли вероятность того, что двое мужчин могли быть не одни, за углом их уже поджидал еще один крепкий парень с дубиной в руках. Выбежав за терем, Рогнеда вдруг почувствовала сильную боль в голове, в глазах все потемнело, и резко затошнило. Голоса стали удаляться, и она поняла, что падает в бездну темноты.
Глава 2
Рогнеда еле открыла слипшиеся глаза. Все плыло перед ней, она не могла сфокусировать зрение и не понимала, где находится. Голова разрывалась от сильной боли. От резкой тошноты девушке стало плохо, она повернулась на бок, и из нее вышло все, что она ела накануне. Откашлявшись, она села и затряслась от холода.
– Как мне плохо! Что с моими глазами? – Рогнеда потрогала лицо руками и поняла, что у нее разбита голова в верхней части лба. Отек был слишком большим и опустился на глаза. Из-за этого она их не могла полностью открыть. – Вац, Вац, ты здесь? – кашляя, Рогнеда начала звать своего брата. Наконец зрение сфокусировалось, и она смогла разобрать, где находится. Это была темница под главной площадью города. Рогнеда здесь была единожды, когда Ивар тайно показал ей это место. Камера была ограждена решетками, и было видно других заключенных. Рогнеда встала с пола, на котором лежала старая солома, подошла к решетке и глазами пыталась найти брата.
– Вац, ну где же ты? – истошно выдавила из себя шепотом Рогнеда, чувствуя, что ей снова становится плохо.
– Неда, я здесь, посмотри налево! – раздался такой родной голос брата. Рогнеда повернулась и увидела его в соседней камере, забившегося в темный угол. Он аккуратно подполз к ней и протянул руки через решетку. – Иди сюда, я посмотрю твой лоб!
Рогнеда медленно подошла к брату и села на пол. С ее глаз стекали слезы, на лбу зияла обширная рана с запёкшейся кровью, волосы были взъерошены, а сарафан был очень грязным.
– Вац, мне очень плохо! Голова гудит, и я плохо, кажется, вижу!
– Успокойся, это все пройдет! Тебе хорошо дали по голове, но ничего серьезного, череп не пробили. Тебе нужна вода и покой, – спокойно произнес Вацлав.
– А как ты? Тебе не досталось? – глядя на брата, с тревогой спросила Рогнеда.
– Нет, почти не досталось, весь удар ты приняла на себя, – с улыбкой произнес он. – Мне всего лишь пару раз дали в живот, чтобы я успокоился.
– Как давно мы здесь? Мама, наверное, с ума сходит? Что же с нами будет, Вац? Мне страшно!
– Мы здесь больше двенадцати часов, кажется. Уже рассвет наступил. Я не знаю точно, что с нами будет, но Володар сделает все, чтобы нас отправили в столицу на тяжелые работы. Это как минимум год. Думаю, матери уже все донесли. Неда, прости меня, это я во всем виноват… Ну же, не плачь, милая, обещаю, что сделаю все, чтобы нас вытащить!
– Вац, мы оба виноваты, – уже более спокойно произнесла Рогнеда. – Расплата пришла бы рано или поздно. Мы много чего делали нехорошего. И я не оправдываю это плохим положением нашей семьи, но если бы мы так не поступали, то, возможно, уже бы все погибли. Ну, может, и не все, но, по крайней мере, наша маленькая Бажена, точно. И когда я думаю о том, что мы ее могли потерять прошлой зимой, я не жалею ни о чем. Все давно уже живут своей жизнью, и никто не обязан нам помогать. И знаешь, мама ведь знала о наших делах, но всегда молчала, потому что понимала, что только так мы и выживаем! – с горечью подвела итог Рогнеда, пытаясь хоть как-то облегчить муки совести брата.
– Да. Только сейчас как они будут выживать? Нас точно не оставят здесь. Дамир будет тут еще пять дней. На шестой отправится в столицу, и мы вместе с ним, если мама или боги не помогут нам выбраться отсюда.
– Когда выводят заключенных к Дамиру?
– Кажется, на четвертый день. Им выносят приговор и отправляют обратно в темницу, ну а далее, – со вздохом произнёс Вац, не глядя на сестру, – они отправляются в кандалах в столицу. Я не встречал ни одного человека, кто после работ вернулся бы домой.
– Как же глупо мы попались! Разрази меня Перун! – выругнулась Рогнеда и сразу скорчилась от боли в голове. – Как они нас увидели?
– Трое рабочих остались в поле, чтобы дособирать урожай, и с ними был малец. Он меня и увидел, когда я залез в окно.
– Нам нужен Ивар! Он нам поможет! Он ведь в хороших отношениях с сыном Володара, они вместе хотят поступать в ряды дружинников. Он должен прийти, он не оставит меня в беде! – с надеждой в голосе произнесла Рогнеда и закрыла глаза.
– Неда, сестрица моя, тебе нужно поспать! Но для начала оторви край своего сарафана и намочи его вон в том горшке с водой и приложи на лоб.
Рогнеда подползла к горшку и начала жадно пить воду, а после сделала так, как сказал брат. Усталость навалилась на нее, и она, закрыв глаза, снова погрузилась в сон.
Так прошло два дня. Они с братом почти не разговаривали. Рогнеда ждала своего возлюбленного в надежде на его помощь. Время тянулось бесконечно долго. «Должен был быть выход, все не может так просто закончиться», – думала она, но понимала, что шансов выбраться из этой истории крайне мало. Голова уже меньше болела, только при резких движениях. Рана затянулась, и образовалась корочка. Отек с глаз почти сошел. Физически девушка чувствовала себя намного лучше, но морально была подавлена. Она старалась не думать о матери и о том, что ждет их впереди, если им не удастся выбраться. Рогнеда понимала, что Дамир не снимет с них обвинения. Лишь только если Володар сам его отзовет, что было просто невозможно, со слов Вацлава, который его видел в день их поимки. «Ты бы видела его глаза и с какой ненавистью он сказал, что нам, грязным собакам, только и место на каторжных работах, с которых не возвращаются», – крутились в голове слова брата. В этих мыслях она и не заметила, как кто-то зашел в темницу.