Чтение онлайн

Хотя именно телевидение, правда французское, дало ключ к разгадке образования Фронта Национального спасения, показав видеозапись, запечатлевшую вхождение Илиеску и его сторонников в здание ЦК РКП сразу после бегства Чаушеску. Кадры передали французам «неизвестные лица», скорее всего, сотрудники «секуритаты», так как некоторые из мелькавших в этой записи людей были опознаны как лица из окружения генерала Арделеану. Кроме них и самого Илиеску в фильме в одной компании видны будущий премьер-министр Роман, два секретаря свергнутого диктатора, начальник его «Патриотической гвардии» Пабеску, генерал Милитару и другие «победители». На ходу обсуждается проект обращения к нации «от имени ФНС». У некоторых непосвященных само это название вызвало недоуменные вопросы. Вот часть их разговора:

«Голос неизвестного: Господин Илиеску! «Спасение», — нехорошо, попахивает государственным переворотом… Лучше «Национальной Демократии». (Илиеску на ходу возражает).

Опять чей-то голос: «Демократия», — это слово все объясняет.

Генерал Милитару: Слушай, парень! «Фронт Национального спасения» действует уже шесть месяцев…»

Милитару с солдатской прямотой брякнул то, что его соратники упорно отрицали в начале революции, утверждая тезис о «стихийности» образования Фронта.

В еще большей степени завесу над тайной румынского переворота приоткрыло сенсационное заявление, сделанное летом 1990 г. тем же генералом и другим бывшим членом временного правительства ФНС — Брукану. Они утверждали, что все события декабря 1989 г. — часть тщательно спланированного заговора, который готовился в стране еще с середины 70-х гг. Милитару вспоминал, что идею переворота ему предложил в 1974 г. тогдашний премьер-министр Мауреру. Во время совместной прогулки по бухарестскому парку глава правительства чуть отстал от охраны и доверительно шепнул генералу: «Я не могу больше работать с этим сумасшедшим (Чаушеску). Я слишком стар для того, чтобы что-либо предпринять, но вот вы и некоторые другие…» Вскоре Милитару и еще два генерала — Ионица и Костял, создали первые структуры оппозиционных ячеек в «трех китах» Чаушеску — армии, «секуритате» и компартии. К 1989 г. конспираторам была обеспечена поддержка большей части армии и всех регулярных войск «секуритаты» численностью 25 тысяч человек. Подпольной структурой, названной «Комитетом военного сопротивления», руководило уже 20 генералов различных силовых ведомств. Лишь 4 спецподразделения госбезопасности общей численностью 4 тысячи человек оказались не охваченными этой тайной паутиной, они-то и остались верны диктатору в декабрьские дни.

Заговорщики давно наметили и кандидатуру в будущие лидеры «новой Румынии». В 1982 г. Милитару столкнулся в коридоре элитной больницы с Ионом Илиеску и намекнул ему на существование заговора. В ответ было проявлено полное понимание. Сын родителей-коммунистов, Илиеску еще в юном возрасте в период войны познакомился с Чаушеску, будучи заключен вместе с ним в лагерь Тыргу-Жиу. Позже, отучившись в Москве (кстати, в одно время с Горбачевым — правда, факт их знакомства в тот период не доказан), выдвинулся на важные посты сначала в румынском комсомоле, затем в партии. Ярый ортодокс, он руководил репрессиями против диссидентствующей молодежи, а став в середине 60-х секретарем ЦК РКП по идеологии, первым стал создавать культ личности своего приятеля Чаушеску. То, что приятельские и даже дружеские связи с «Кондукэтором» сохранялись у него и в 70-е гг., подтверждают и многочисленные фотоснимки, запечатлевшие Илиеску и «дорогого вождя» за игрой в шахматы или бадминтон. В 1984 г., однако, Илиеску потерял расположение «Кондукэтора», был выведен из ЦК и назначен директором издательства «Техника» (где, между прочим, печатал труды многих своих будущих соратников по ФНС).

Тогда же стало создаваться «теневое правительство». Второй важнейшей фигурой в нем стал Сильвиу Брукан. «Зубр» коммунистического движения еще с довоенным стажем, после 1946 г. он был редактором партийной газеты «Скынтейя», где играл ключевую роль в освещении процессов над вождями оппозиции. Затем он преподавал марксизм в университете, а потом его назначили послом в Соединенные Штаты. Чаушеску не доверял Брукану крупных партийных постов, недолюбливая его, но вместе с тем считая, что этот «пронырливый еврей» незаменим в международных контактах. Поэтому заодно Брукан представлял Румынию и в ООН, а также на всех важнейших международных конференциях. Всемирный уровень его связей (включая СССР) позволил навесить на него прочный ярлык «масона».

Это подтверждает в своей книге «Подоплека румынского переворота» и известный диссидент эпохи Чаушеску- Раду Портокалу: «В конце 1988 г. Сильвиу Брукан предпринял длинное путешествие за границу. Он ездил в Соединенные Штаты, где еще в конце 70-х опубликовал тексты, предварявшие «горбачевизм», потом в Лондон. Здесь и там он имел переговоры с известными представителями масонства, к которому он принадлежал и сам. Из Лондона он отправился в Москву для официальных переговоров с руководителями режима, что было любопытно, учитывая его опалу (у Чаушеску. — А.В.) и вернулся в Будапешт через Вену. Все говорит о том - да Брукан и сам дал знать об этом в одном из интервью, — что во время этого путешествия были намечены некоторые детали государственного переворота, в ходе которого годом позже был свергнут Чаушеску. Москва, Вашингтон и Лондон гарантировали Брукану свою поддержку».

Третьим важнейшим лицом в этой компании являлся полковник госбезопасности Думитру Мазилу, как «профессор права» долгое время представлявший режим Чаушеску в комитете по правам человека ООН в Женеве. В 1987 г. «профессора» отозвали на родину, так как он передавал на Запад некоторые документы «подполья» и был заподозрен в шпионаже. (Заподозрен, видимо, не без оснований, так как в июне 1990 г. уже правительство ФНС, с которым он поссорился, обвинило его в «шпионаже в пользу ЦРУ», после чего Мазилу бежал в любимую Женеву). Кроме него сместили еще нескольких видных сотрудников госбезопасности, заподозренных в связях с Ионом Пачепой.

Этот генерал, курировавший все силовые ведомства, включая президентскую охрану, член высшего руководства страны, летом 1978 г. внезапно бежал в Соединенные Штаты. Там он, понятное дело, поступил в распоряжение ЦРУ, которое с его помощью сколачивало внутреннюю оппозицию в Румынии. Возможно, использовались в этой деятельности и масонские каналы. Не случайно сам Пачепа давно и пристально интересовался масонством. Именно он, будучи в начале 60-х гг. главой румынской разведки, разработал план проникновения в ложи Европы (в рамках которого и был завербован Шарль Эрню). Теперь «проникновение» могло идти и в обратном направлении, благо в печати публиковались сообщения о принадлежности к «братству» не только Брукана, но и премьера правительства ФНС Романа, учившегося в Тулузе.

Так еще в подполье и родился Фронт национального спасения, внезапно объявивший о себе миру в первые же часы революции. Прослеживается аналогия с Временным правительством России 1917 г., которое тоже подбиралось заранее на тайных заседаниях масонских лож.

Кстати, если Илиеску был фигурой давно известной и его появление во главе революционного правительства закономерно, то назначение на пост премьер-министра скромного преподавателя технического вуза 43-летнего Петре Романа трудно не сопоставить с карьерой Терещенко, прыгнувшего в феврале 1917 г. «из грязи в князи» только благодаря масонским связям. По некоторым данным, кандидатуры президента и председателя правительства Румынии были согласованы между Горбачевым и Западом в контексте раздела «сфер влияния». Илиеску, как бывший партаппаратчик, с самого начала пользовался поддержкой Москвы. «Я контактировал с советским посольством… Горбачев был в курсе событий», — заявит новый лидер Румынии в документальном телефильме, снятом по горячим следам революции. Не совсем, правда, ясно, какое время имел в виду Илиеску — начало революции или слегка пораньше? (По некоторым данным, сам глава КГБ Крючков за неделю до событий тайно побывал в Румынии, проведя инструктаж заговорщиков).

Роман, правда, тоже вышел из номенклатуры — его отец Вальтер Роман (Нюландер) десятки лет состоял членом ЦК РКП. Сын сохранил его связи, в том числе и с будущим лидером ФНС и президентом, кроме того, имел и связь интимную — и не с кем-нибудь, а дочерью «Кондукэтора» Зоей Чаушеску, директором математического института и кандидатом в члены ЦК. Однако он, получивший высшее образование во Франции, слыл твердым «западником» и, соответственно, стал представителем западного лобби в новой Румынии.

Из заявления Брукану и Милитару выяснились и некоторые конкретные детали самого переворота. Милитару, по его словам, открыл двери здания ЦК РКП для заговорщиков в тот момент, когда Чаушеску выступал с балкона этого дома, и именно это вынудило «диктатора» отказаться от использования подземных тоннелей и бежать на вертолете. Дальнейший успех революции был, как говорится, делом техники…

АЛБАНИЯ

Перестройка в Албании тоже началась в результате «сговора сверху». Для оформления этого сговора там даже не понадобилось «массовки» вроде демонстраций и забастовок, как это было в Чехословакии или Румынии. Летом — осенью 1990 г. лидер страны Р. Алия имел продолжительные встречи с делегацией конгресса США, а также с вездесущим Шеварднадзе. Хотя переговоры шли за закрытыми дверями, все же стало известно, что содержание обеих встреч сводилось к проблеме «демократизации страны». Глава советского МИДа даже передал Алие приглашение посетить СССР в новом году не в качестве партийного вождя, а в ранге президента (должность, тогда в Албании не существовавшая).

Совместные советско-американские усилия увенчались успехом. Спустя короткое время в стране разразилась «революция сверху» во главе с новоиспеченным президентом. Похоже, ее подтолкнул факт обсуждения на упомянутых переговорах возможности возвращения в Албанию ее золотого запаса, хранившегося со времен войны в западных банках[98]. Как говорят на Востоке, «нет такой крепостной стены, которую не одолел бы груженый золотом мул». Во всяком случае, «последний бастион сталинизма в Европе» пал. Для самого Алии, правда, лавры демократического президента не подошли: их пришлось сменить на кепку заключенного. Президентом же стал его бывший личный врач С. Бериша, в мгновение ока превратившийся в заклятого врага коммунизма.