Чтение онлайн

мечты, которая была у него однажды. След от того, что он любил и потерял.

— Я без проблем могу видеть тебя через рубашку, — сказала я. — Это неприлично.

Дрю притянул меня к себе, и мы побежали обратно в машину. Он открыл дверь для

меня, и я согнулась внутри и открыла водительскую дверь. Как только она закрылась за

ним, он перегнулся через сиденье и поцеловал меня снова. Я положила свою руку на его

влажную грудь, а он засунул свою под мою юбку. Я позволила ему это, пересекаясь с его

телом, раздвигая свои ноги для его прикосновения.

— Это не дождь, — сказал он, скользя пальцем внутри меня.

— Боже, нет, — простонала я. — Это ты.

Он покружил своими костяшками по моему клитору.

— Посмотри на меня. Открой свои глаза и посмотри на меня.

Его щетина промокла и стала темно-коричневой, и капельки воды цеплялись за его

ресницы. Его волосы прилипли ко лбу.

— Ты прекрасен, — прошептала я. Когда он потёр меня еще раз, я застонала, двигая

свои бедра вперед. — Возьми меня.

Я потянулась к нему между ног и почувствовала его. Он всосал воздух сжатыми

зубами.

— Мы не закончили, — он рывком расстегнул свой ремень. — Я собираюсь трахнуть

тебя прямо здесь, прямо сейчас. Но это — не в последний раз. Ты слышишь меня?

— Да.

«Да я пообещаю ему собственность на береговой линии в Штате Невада, особенно,

после того, как он вытащит свой член».

Я выскользнула из своих трусиков, пока он залез в бумажник за презервативом.

Хороший мужчина. Нет никакой необходимости повторять одну и ту же ошибку дважды. Я

закинула свою ногу на него, располагая его подо мной.

Он сжал головку члена одной рукой возле моего входа, а другой взял меня за

челюсть.

— Это — не в последний раз. Скажи, что ты это понимаешь.

— Да. Я понимаю. Я клянусь.

Лгала ли я? Возможно. Но он прижался ко мне, и каждый нерв, заканчивающийся

между моими ногами, завибрировал от этого.

— Скажи это.

65

— Это не в последний раз.

Дрю потянул меня вниз, медленно наполняя меня.

— Посмотри на меня, — прошептал он снова.

— Так хорошо тебя ощущать. Трудно держать свои глаза открытыми.

— Почувствуй это, Марджи. Чувствуй это.

Он подтолкнул меня на себя, заполняя до самого основания, каждый дюйм служил

напоминанием того, что мы имели и какими мы были — переосмысление, начиная с

прошлого, которое оставило нас.

______________

Примечания:

1 — Демозапись, также демоальбом — «черновая» фонограмма, предназначенная

для демонстрации музыкального материала.

2 — Аортальный клапан (лат. valva aortae) — один из клапанов сердца ч еловека, или

других теплокровных животных, располагающийся на границе левого желудочка и

аорты, препятствуя обратному току крови из аорты в левый желудочек в диастолу.

3 — Запретительный судебный приказ (англ. Restraining order)[1] — вид судебного

приказа в англосаксонском праве, в особенности — в США (в праве Великобритании он

известен как англ. non-molestation order — букв. приказ о не досаждении[2]) , которым суд

предписывает тому или иному лицу совершать определённые действия в отношении

другого лица либо, напротив, воздерживаться от совершения таких действий.

Глава 25

1983 год — после Ирландии

Восемнадцать, плюс-минус. По большей части. Мне всегда многое сходило с рук,

поскольку я выглядела и рассуждала, как взрослая, в большинстве случаев я ей и была. Я

не терпела оскорблений и унижений, и я знала себе цену. Это был длинный путь, но я всё

ещё была жадной, как ребенок. Я жаждала опыта. Чего-то нового. Живого.

Освобождающего. Выматывающего. Я любила тестировать мир. Смотреть, что я могу по-

новому сделать.

Я бы стала социопатом, если бы не училась переживать дерьмо, вернувшись из

холодного каменного женского монастыря в старой стране. Я съела этот сраный

бутерброд, которым меня накормили, выбросила кожу рок-группи и стала поступать

подобно восьмилетней.

Первое время, когда моя мать передавала Джонатана в мои руки, она выглядела

нервной. В течение первой недели она не хотела, чтобы я притрагивалась к нему. Все

могли, но не Марджи. Возможно из-за того, что он был драгоценным, единственным

мальчиком из её восьми детей, однако она притягивала его ближе к себе, как будто я

смогла бы броситься на него или сделать что-то ещё. Или мое безответственное поведение

передастся ему. Я не принимала это на свой счет.

Послеродовая депрессия не была должным образом диагностирована в те годы, так

что с мамой обращались как с истеричкой, а я не обращалась вовсе. Я чувствовала себя

так, как будто мои внутренности были вырваны и заменены опилками. Я не ела. Я не

разговаривала много. Мы обе испытывали сильную боль и действовали так, как будто