Чтение онлайн

Сейчас мы живём в новом интересном мире, где некоторые вещи изменились довольно сильно, в то время как другие — очень мало. Холодная война закончилась давным-давно. Я побывал в Москве и встретился со своими коллегами, мужчинами и женщинами, против которых я работал в течение очень многих лет. Я нашёл в них своё собственное отражение. Замечательные люди, вдумчивые и проницательные, любознательные и вдохновенно занимающиеся исследованием тех самых проблем, которым я отдал три прошедших десятилетия своей жизни и работы: изучением глубоко потаённого мира человеческого духа. Они также посвящают свои жизни защите безопасности своего отечества, как и я. Однако время изменило то, что теперь мы не противники, а соратники: ведь у нас много общих целей, особенно в исследовании человеческого сознания и в том, что все мы хотим применить полученные знания на благо человечеству [43] .

Из рассказа Джозефа Мак-Монигла мы хорошо видим, как конец противостояния политических систем дал возможность более глубокого понимания людьми друг друга и сотрудничества между странами. Любопытно сравнить в этом плане возможности американских и российских экстрасенсов.

Сам Джо в это время уже много путешествовал по миру, демонстрируя возможности экстрасенсорики. В частности, японское телевидение организовало для него ежегодную передачу-шоу по поиску пропавших людей, популярность которой настолько велика, что её регулярно смотрят около 30 миллионов зрителей. Возможно, подобная открытость вполне естественна для ушедшего в отставку экстрасенса-разведчика-американца, но без происшедших перемен мы вряд ли могли бы ожидать подобное от экстрасенса, ранее работавшего на советские спецслужбы.

Тем более приятно, что такая же возможность международного сотрудничества появилась и для граждан стран бывшего Советского Союза. Это хорошо видно из продолжения рассказа известного экстрасенса Тофика Дадашева, теперь уже относящегося к 90_м годам, на примере его взаимоотношений со спецслужбами Турции, что совершенно невозможно было бы себе представить в советские времена. В его рассказе также хорошо отражаются изменения взаимоотношений экстрасенсов и спецслужб в послесоветский период в целом.

Рассказ Тофика Дадашева

Ещё в конце восьмидесятых я решил совсем отойти от участия в работе спецслужб, так как всё больше и больше консультировал людей в частном порядке и не хотел, чтобы эти два вида деятельности пересекались. Но случались и нарушения этого обета. Как-то, в начале 90_х, я гостил по приглашению в загородном правительственном посёлке недалеко от Баку. И вдруг у одного из охранников пропало оружие. Спецслужбы очень встревожились: кругом жили люди из непосредственного окружения президента Азербайджана. Обратились ко мне, и я, учитывая оказанное мне гостеприимство, не смог отказать. Перед тем как взглянуть на подозреваемых, я попросил показать мне охранника, у которого это оружие исчезло. Едва увидев его, я сказал:

— Больше не ищите, пистолет спрятал он сам.

— Не может быть! — поразились сотрудники спецслужб. — Зачем ему это делать? Или он готовит преступление?

— Нет, — успокоил их я, — причина какая-то бытовая, типа ссоры с женой. Он всего лишь сделал глупость, дайте мне слово не судить его.

Слово мне дали, и моя правота подтвердилась уже на следующий день: этот охранник признался во всём. Потом его просто уволили.

В середине 90-х был интересный случай, когда меня приглашали сотрудничать спецслужбы Турции. Я проездом находился в Стамбуле, когда мне позвонили и попросили помочь молодому человеку, который попал в тяжёлую аварию. Он был сыном Неджмеддина Арбакана, лидера исламской партии, поэтому спецслужбы контролировали эту ситуацию. Я приехал, провёл экстрасенсорную диагностику и сделал, что смог. Меня спросили:

— А будет он жить?

— Жить будет, но ему нужна сложная операция, лучше сделать её в Америке или Германии. И он останется прикован к инвалидной коляске, — ответил я. — Это тяжело, и для него, и для семьи, но это не конец всего. У него хватит сил, чтобы дальше вести активную жизнь. Я вижу, что он станет депутатом парламента, а его отец, кстати, в течение года станет премьер-министром.

Работники спецслужб поразились:

— Как может господин Арбакан стать премьер-министром в течение года, если за это время даже не будет выборов?

— Не знаю как, но станет, — ответил я.

Действительно, вскоре после этого в турецком правительстве произошли неожиданные перестановки, и 28 июня 1996 года Неджмеддин Арбакан стал премьер-министром. Я немедленно получил приглашение переехать на жительство в Турцию, где мне предоставляли особняк и особые условия работы. Но я отказался в основном по патриотическим мотивам.

В середине 90-х годов мне снова пришлось столкнуться с террористом. Я снова работал в Баку, консультировал людей, принимая их в специально снятой для этого квартире. Как-то мне сообщили, что на приём пришёл журналист из Белоруссии, который здесь проездом. Я попросил помощницу ввести его, но как только он появился в коридоре у дверей, я почувствовал внутренний толчок и сразу сказал ему:

— Стойте! Вашу сумку оставьте в коридоре за дверью. У вас там случайно не бомба?

Внешне это было похоже на шутку, но он опешил. Без всякой улыбки он положил сумку в указанном месте, прошёл ко мне в комнату и сел напротив. Возникла неловкая пауза.

— Что вы хотите? — прервал я её.

— Написать о вас репортаж для моей газеты, — ответил он.

Мы немного поговорили, и он ушёл. Через несколько дней я узнал, что этот «журналист» арестован азербайджанскими спецслужбами по обвинению в терроризме. Оказалось, что он ранее уже совершил взрыв поезда в Белоруссии и намеревался сделать это снова в Азербайджане или России. На суде этот человек сказал: «Меня разоблачил Тофик Дадашев».

Надо сказать, что я сам не сообщал о нём спецслужбам, поскольку в этот раз не был стопроцентно уверен, что передо мной террорист. Но, как стало понятно, квартира, в которой я работал, прослушивалась спецслужбами, и не напрасно. Они обратили внимание на мои слова о бомбе и на всякий случай проверили этого человека. В результате оказались спасёнными многие человеческие жизни.

Из историй последних лет я могу привести пример о похищении жены президента Международного банка Азербайджана Джахангира Гаджиева [44] . Это случилось 10 февраля 2005. Преступники схватили её, когда она выходила из салона-парикмахерской, увезли в неизвестном направлении и потребовали выкуп 20 миллионов евро. На следующий день утром мне в Москву позвонил один близкий человек из Баку и рассказал об этой истории. Банкир обратился к нему с просьбой уговорить меня помочь в её розыске. Повисла тягостная пауза, поскольку я чувствовал, что дело имеет не только криминальную подоплёку, а у меня принцип не связываться с подобными делами. С другой стороны, я не мог отказать близкому человеку. и высказал ему свои соображения. Мой знакомый был настолько ошарашен услышанным, что спросил, можно ли банкир сам мне позвонит и я повторю ему то же самое. Через две минуты банкир Гаджиев позвонил сам. Я сразу же спросил:

— Вы сообщили спецслужбам?

— Все уже задействованы, — ответил он.

— У них есть предположения?

— Нет, абсолютно никаких.

— Ее похитили не бандиты, — сказал ему я, — а люди из органов по линии МВД, очень высокопоставленные. Поэтому у них много возможностей для контроля ситуации. Уверен, что они это делают не в первый раз. Но и у меня есть опыт: несколько лет назад я помог одним высокопоставленным людям — у них украли сына — тогда похитителями тоже были люди из органов. Вам нужно держаться, не паниковать, владеть собой. Если проявите слабость, то это будет им только на руку.

— А можете вы приехать? — попросил Гаджиев.

— Опасность в том, что если я приеду, похитителям станет известно об этом, и они от неё избавятся — убьют и спрячут труп. Я уверен, что их человек находится рядом с вами (позже это подтвердилось — им оказался друг семьи Гаджиевых, который был племянником главаря похитителей), и они знают все ваши помыслы, держат вас под контролем [45] .

На вопрос, что с ней будет, я ответил, что родственники не должны волноваться, она будет в целости и сохранности, не будет насилия и издевательств, это не обычные бандиты, чтобы резать нос и уши, издеваться над ней. Я также сказал передать мне её фотографию, чтобы я мог подействовать на удачный исход ситуации, это мой метод. И еще раз повторил, что если я приеду, этим всё испорчу. Приехать я могу после освобождения заложницы. Все это я сказал банкиру по телефону.