Чтение онлайн

– Чувствую, тут какая-то особая история кроется!
– оживилась Нанна. 

– Рассказывайте, рейва Тордис!
– потребовала за всех Анналейса.

– И расскажу!
– кивнула рейва.

Даже после пережитых волнений старушка была рада поговорить. Она поведала, что у квеллы Далии Лёре в юности была близкая подруга, дочь Дома Рассвета. Имени этой девушки рейва Тордис не помнила, зато внешность и поведение описала так, будто все произошло пару дней назад.

– Лето тогда уж за середину перевалило, - напевно говорила старуха.
– У птиц птенцы вывелись, как раз на крыло вставали. На якире в моем дворе в том году птицы дронго гнездо свили. Два их птенца удачно летать научились, а один из гнезда слишком рано выпал, крыло повредил. Родители его спасти не могли, а я пожалела: дронго - птицы красивые, отчего бы не поселить такую у себя в доме?

– Огнеперка тоже красиво смотрится. Жаль только, нрав у нее не слишком хорош, - покивала рейва Калвина, которая уложила себе на колени голову Мауры и утешала девочку, пока Нанна подлечивала царапины и ожоги на руках и ногах малышки.

– Так вот. Квелла Далия по юности часто ко мне в гости захаживала. А в день, когда я птенца дронго подобрала, пришла не одна, а со своей подругой, которая недавно вышла замуж, сменила магию и осваивала открывшиеся у нее Дары Столпа Рассвета. 

– Думаю, рассветница решила птенца вылечить, - предположила Нанна.
– Я тоже не удержалась бы!

Рейва Тордис улыбнулась загадочно:

– С исцелением рассветница быстро справилась. Но у нее, помимо целительского, еще один Дар нашелся: оказалось, она способна магически изменять всякую живность. Вот и птенца изменила. Поупражняться хотела.

– Какой замечательный Дар!
– глаза у Нанны загорелись от восторга и любопытства.
– Надеюсь, и у меня такой откроется!

Ювина сжала руку Нанны, покачала головой: не перебивай! О другом говорим!

– Значит, огнеперка - это бывший птенец дронго?
– первой догадалась Бастинда.
– Как же он на воле оказался?

– Улетел. Вырвался от своей спасительницы и был таков. Крыло-то она ему вылечила!
– развела руками рейва Тордис.
– Правда, далеко не ушел - вернулся в родное гнездо, которое к тому времени опустело, и стал там жить. Со временем оказалось, что он умеет бросаться огненными перьями и обожает воровать всякие блестящие вещички. Чего уж только не утянул и у меня, и у соседей. 

– Отчего же люди столько лет его терпели?
– озадачилась Анналейса.
– Давно можно было магов позвать, попросить, чтобы изловили птицу.

– Магов попусту тревожить не принято.
– Лицо рейвы Тордис стало строгим.
– А кроме того, дети соседские быстро усвоили: не следует свои игрушки на окнах и во дворе оставлять! Прилетит огнеперка и утащит! Это Маура у нас девочка не местная, вот и попалась. Не успела я предупредить… 

Осуждать рейву Тордис Анналейса не могла, хоть та и взяла на себя вину. 

– Теперь и Маура знает, что любимыми украшениями лучше не разбрасываться, - подытожила рейва Калвина. Она опустила взгляд на лицо притихшей малышки.
– Как ты, девонька? Болит еще где-то?

– Не болит.
– Та помотала головой. Нашла глазами старшую сестру.
– А ты мне принесла что-нибудь? 

– Принесла!
– вспомнила Анналейса.
– Пирожные вкусные от квеллы Далии Лёре. 

– Хочу пирожных!
– Маура тут же подняла голову с колен няни.
– Можно?

– Подкрепиться тебе точно не помешает, - согласилась рейва Калвина.
– А потом полежать, отдохнуть. 

– Думаю, вам троим наедине побыть хочется, пообщаться, - сообразила рейва Тордис.
– Вы ступайте наверх, в покои, а я воды вскипячу, с кем-то из подруг Анналейсы пришлю. 

– Да, Лейса, ты иди, а мы тут поможем рейве. Нам не впервой, - высказалась за троих Ювина.

Лейса переглянулась с Рейвой Калвиной, получила согласный кивок, снова подхватила на руки Мауру:

– Что ж, я хоть посмотрю, наконец, как мои няня и сестра устроились, как обжились. Да и вещи заберу из ларей. Сколько у меня есть времени?

– Ужин в доме квеллы Лёре в семь хвалей после полудня. К тому времени нам следует вернуться, - ответила Бастинда. 

– Такки!
– Анналейса послала Басе признательную улыбку и пошла наверх. 

Рейва Калвина поспешила следом. 

– Вижу, с другими ученицами дома Лёре ты подружилась, - заметила она с одобрением.
– Милые девушки. Их, небось, тоже мужья-маги бросили?

– Дьярви меня не бросал!
– Лейса поспешно опустила Мауру в кресло и резко развернулась к няне.
– Не его вина, что он в Гнездовье голову сложил!

Несправедливые слова рейвы Калвины в адрес мужа и раньше задевали ее, но в этот раз ударили больнее обычного. Если она решит оставить малыша, которого зачала от мужа, то не допустит, чтобы об отце ребенка говорили плохо! Её дитя будет любить и уважать того, кто дал ему жизнь!

– Прости, девонька. Я неосторожно выразилась, - рейва Калвина тяжело вздохнула.
– Разумеется, Дьярви погиб как герой. А как все сложилось бы, останься он живым - это даже сильнейшие провидцы из Дома Заката разглядеть не способны.

С этим спорить Лейса не могла, даже если бы захотела. 

– Я одного прошу, няня, - тихо произнесла она.
– Если говоришь о Дьярви - говори с почтением. Он это заслужил. 

– Ладно, ладно. Я тут с утра вещи из ларей вынула, развесила в гардеробной. Твои отдельно отложила.
– Няня решила уйти от опасной темы.
– Ты их, верно, сегодня и заберешь?

– Все платья забирать не буду, - Лейса извлекла из сумки на плече коробку с пирожными, выставила на стол перед Маурой.
– Мне два платья и охотничий костюм выдадут в доме квеллы Лёре. К тому же… 

Лейса представила себя через полгода - беременную, неуклюжую, с торчащим вперед животом - и запнулась. Присела на кресло по соседству с младшей сестрой. 

– К тому же?
– поторопила ее рейва Калвина. В ее взгляде появилась настороженность.

Анналейса быстро сложила руки на животе, прикрывая его. Ей вдруг захотелось защитить свое еще нерожденное дитя. Если няня к Эйлерту не слишком тепло отнеслась, то как воспримет новость о его ребенке? 

– Меня целитель дома Лёре осмотрел сегодня.
– Решившись, все же начала она издалека.
– Ты не волнуйся, я здорова. Но то, о чем мы с тобой во время плавания говорили - все подтвердилось. В тягости я.

На этот раз стул срочно понадобился рейве Калвине.

– Ох!
– Присела она поспешно и схватилась за грудь.
– Ох! Четыре Столпа! Значит, все-таки удалось нэйту Дьярви приплод после себя оставить!