Чтение онлайн

…Лейса не могла даже предположить, что в тот миг, когда она затеплила лампадку и встала перед Черным Змеем, ее муж тоже стоял перед алтарем храма Четырех в Шарсоле, а все четыре Столпа испытывали его своей силой!

Она вышла из храма - бледная, потрясенная, на нетвердых ногах - и попала в дружеские объятия Нанны, Ювины и Бастинды. 

– Что случилось? На тебе лица нет!
– испуганно бросилась к ней рассветница.
– Может, тебя подлечить, а?

– Дархи! Не молчи!
– подступила с другой стороны Бастинда. 

– Мой муж жив, - не вдаваясь в подробности, объявила Анналейса и показала подругам левое запястье.
– Браслет снова ожил. 

– И что ты будешь делать?
– округлила глаза Ювина.

– Учиться. Развивать Дары. Рожать ребенка. 

– Но как же твой… супруг? Ты будешь его искать?

– Я не знаю способа заняться поисками. Откуда мне знать, где он? У меня нет ни денег, ни связей, чтобы обратиться к кому-то за помощью. Если я все еще нужна Эйлерту - он найдет меня сам. 

– Значит, ты намерена ждать, - понимающе кивнула Бася.

– Что мне еще остается?
– Лейса уныло пожала плечами. 

Кажется, она начинала понимать Нанну с ее стремлением к независимости. Как же, должно быть, хорошо иметь возможность самостоятельно распоряжаться своей жизнью, своим имуществом, своим будущим! Но это позволено только женщинам из аристократических семейств, и то при условии, что нет ни одного мужчины, способного взять под опеку свою родственницу. 

– Нужно сказать наставникам, что твой браслет ожил, - несмело предложила Ювина. 

– Придется. Такое не скроешь.
– Лейса подняла руку, на запястье которой слабо мерцали четыре тонких кольца.
– Но это - завтра. Всё завтра. 

Подруги согласились, что разговор с квеллом и квеллой Лёре вполне может подождать до утра, и повели Лейсу во дворец, где всех четверых ждали уютные теплые постели. 

Укладываясь спать, Лейса, уже закрыв глаза, приложила ладонь к животу и прошептала:

– Прости, маленький, все мои метания и сомнения… Обещаю любить тебя больше жизни!

Путь до кельи Эйлерт не запомнил. То, как оказался раздет и уложен в неожиданно мягкую и теплую для простой кельи постель, тоже утонуло в тумане беспамятства. Разум отключился раньше, чем тело, и отдыхал до рассвета и еще пару хвалей после. Возможно, Эйлерт спал бы и дольше, но его разбудил незнакомый мужской голос - тихий, бесцветный:

– Главный служитель велел пригласить вас на завтрак, наследник. 

– Как вы меня назвали?
– не понял Эйлерт.

У него даже глаза открылись от удивления и сон как рукой сняло. Сразу вспомнилось странное поведение Столпов и то, как изменилось отношение служителя.

– Наследник. Следующий король.
– Служка, явившийся в келью, был полностью скрыт от взора сутаной с капюшоном. 

У Эйлерта возникло множество вопросов. Но он понимал, что простой храмовый служка не сможет на них ответить. Поэтому заговорил о другом. 

– Мне бы умыться, - произнес он полувопросительно. 

– Я провожу вас, наследник. До завтрака половина хвали. 

Служка привел Эйлерта в купальню, выдал простыню, мыло в горшочке, опасную бритву.

– Жду за дверью.
– Коротко поклонился и вышел. 

Эйлерт с наслаждением влез в бочку, полную горячей воды, намылился, прошелся по телу скребком, ополоснулся. Завернувшись в простыню, встал перед зеркалом. Глянул на свое отражение и чуть не отшатнулся: покрытое бугристыми шрамами лицо принадлежало, казалось, не магу-аристократу, а жуткому чудищу, порожденному магическим завихрением. 

«Лучше не бриться. Борода хоть отчасти скроет уродство», - решил сын Дома Ночи. Провел ладонью по короткой поросли на темени. Волосы с головы ему сбрили селянки в пещере, когда отмывали от грязи Гнездовья. Сказали, что по-другому подровнять прическу не выйдет: драконий огонь успел проделать в шевелюре мага несколько заметных проплешин. 

Эйлерт недовольно оскалился, отчего лицо его стало совсем уж пугающим, отвернулся от зеркала и пошел одеваться. Вынуждать главного служителя храма долго ждать было бы невежливо. 

Служка, как и обещал, сторожил сразу за дверью купальни: сидел на корточках, прислонившись к стене и, склонив голову, перебирал четки. Завидев Эйлерта, он вскочил, снова поклонился.

– Идите за мной, наследник. 

Эйлерт молча кивнул и пошел следом за юнцом по узким, темным, извилистым коридорам - настолько безликим, что без провожатого он мигом заблудился бы, и вряд ли когда-нибудь выбрался из этого лабиринта. 

Лабиринт закончился внезапно. Эйлерт и его провожатый в очередной раз завернули за угол и вдруг оказались в просторном помещении, похожем на столовую в обычной казарме, каковых бывший маг Ночи перевидал немало. Три ряда столов с простыми, без спинок, скамьями вдоль них, снующие между ними служки-подавальщики - все это было так знакомо! 

Но Эйлерта не усадили в общий ряд, а провели в дальний конец зала, где на небольшом возвышении стоял отдельный стол. За ним восседал главный служитель и несколько храмовников рангом пониже. 

– Наследник!
– главный храмовник встал, поклонился Эйлерту. Остальные сделали то же самое. 

– Милости Четырех вам, темплары*, - ответил поклоном Эйлерт.
– Боюсь, я ничего не понимаю. Почему вы называете меня наследником? 

– Присядь, наследник. Позволь накормить тебя, чем Столпы послали, со мной переслали.
– Главный храмовник шевельнул бровью, и остальные темплары, подхватив свои уже пустые миски, быстро простились и ушли. 

Эйлерт сел напротив главного темплара. Кивнул с признательностью разносчику, который поставил перед ним миску наваристой похлебки и дощечку с зерновыми лепешками и парой пластов охлажденного вареного мяса. Аппетит проснулся зверский. Сын Дома Ночи положил кусок мяса поверх лепешки, зачерпнул ароматного варева. 

Главный храмовник одобрительно кивнул:

– Ты ешь, Эйлерт Дьярви Вебранд, а я буду рассказывать. Разговор нам предстоит длинный. Ты вот спрашиваешь, с чего мы тебя наследником называем. Понимаю твое недоумение, ведь считается, будто наследника из числа магов выбирает король. 

– Разве не так?
– поспешно проглотив кусок мяса, переспросил Эйлерт. 

– Не так. Наследника выбирают Столпы, а уж после его величество король объявляет имя своего продолжателя народу. 

– То есть все, что произошло со мной вчера?..