Чтение онлайн

– И ты так спокойно говоришь мне об этом?!
– снизу вверх гневно воззрился на собеседника Селорн.

– Патриарх, Изменчивый уже в курсе, а раз так - волноваться не о чем, - пожал плечами Анар.

– Мне бы твою уверенность...

– Думаю, чтобы обрести её, патриарху Селорну пришлось бы стать наполовину драконом Изменчивого, как я.

– Какая гнусность!
– От одной мысли, что в его жилах могла бы течь не чисто эалийская кровь, Селорна всего так и передёрнуло.
– Как вообще эти камни попали в Адорские скалы?

– У драконов есть легенда, что Изменчивый не всегда был бесплотным. На заре существования Энхиарга у него было тело - драконье, разумеется. И вот, когда «боги, маги и наэй» творили Адорские скалы, он, желая понаблюдать за этим, спустился слишком низко, и его... засосало внутрь гор. Его тело запеклось в них, как изюм в булке. Изменчивый, конечно мог вырваться, но происшедшее настолько ему не понравилось, что с тех пор он обходится без тела. А оно по-прежнему замуровано в толще скалы. То есть вполне может оказаться, что находка отряда Иреры_это никакие не камушки, а, в некотором роде, кости Повелителя Ветров, - заявил Анар, доставая из кармана невзрачный камень, немного повертел его в пальцах и добавил: - Тот ан Камиан, который догадался попробовать его на вкус, озолотится, продавая запись своего ощущения - отгрызть кусочек от самого Изменчивого!

– Это только легенда. И притом идиотская.
– Селорн неприязненно воззрился на камешек.

– Да... Но когда отец... Криан ан Сай рассказал мне о том, как сам Повелитель Ветров настоял на союзе между драконами и кошками, и подумал, что два эти события могут быть связаны. Что, если адоры опередили нас, показав камни одному из тамошних драконов? Я снизался с послом Драконьих Клыков в Адорских скалах, спросил, не приносили ли ему каких-нибудь необычных камней. Ему приносили, он изучил их, тоже вспомнил эту легенду и на всякий случай обратился к Изменчивому.

– И?
– нетерпеливо спросил Селорн.

– Изменчивый всё подтвердил. Харнианцы растаскивают то, что осталось от его тела. Он в бешенстве от того, что наш общий враг решил... подделаться под его детей, вторгнуться в его вотчину. Этому мы, видимо, и обязаны его покровительством.

– Этот мир окончательно рехнулся. Адоров предупредили?

– Да. Как раз сейчас они обсуждают, что предпринять. Рано или поздно Хозяева придумают, как переправлять в Адорские скалы харнианцев - или кого похуже - так, чтобы они не теряли память. И тогда адорам придётся туго.

– Им нужны налары, - задумчиво проскрипел Селорн.

– Им нужны налары, - подхватил Анар, - но у адоров нет никаких связей с народом Нель-Илейна. Им не обойтись без нашей помощи. И без той работы, которую делает сейчас Аниаллу.

– Надо отправить к адорам Танаона, и - кто там с ним остался? Следы, по которым они шли, оборвались в какой-то воронке, словно этих хелраадских тварей сбросили с неба. Больше им в лесах делать нечего. И поторопить Аниаллу. Да, поручить ей эту работу было первым разумным решением Кеана за последнее время...

– Разумным?!
– тут же вскинулся Анар.
– Патриарх, тебе ли не знать, что дельце, которое Аниаллу намеревалась провернуть в Линдорге, могло принести нам всем ничуть не меньшую пользу. Отменить всё, после того как столько трудов было затрачено на подготовку, отменить самовольно, без позволения Совета, без твоего позволения - это что, разумно?
– вкрадчиво поинтересовался он. На Селорна его слова возымели должное действие: прорычав под нос что-то вроде «давно пора вывернуть этого Кеана наизнанку», патриарх двинулся по коридору... всё так же немилосердно когтя ковёр.

– Разумно?! Да это ещё умней, чем девке в Линдорг поступать?!
– раздался вдруг резкий, нагловатый голос, и из-за группы статуй выступила его рослая обладательница.

Не будь Анар и Селорн алаями, они ни за что не узнали бы воздушную, загадочную и неизменно элегантную Алию Аэн, матриарха дома ан Элиатан, в этом обличий. И дело было не только в росте, зелёных глазах, эльфийских ушах, утыканных множеством мелких серёг, и устрашающем одеянии - вся её мимика и жесты невообразимо изменились.

Разве могла бы она пройтись такой вот расхлябанной походочкой, покачивая раздавшимися бёдрами и шурша по правой ляжке объёмистой бутылью, обёрнутой в потрепанный лист пергамента? И всё же алаи чувствовали, что это именно она. Анар смотрел на Алию Аэн с интересом, но без удивления - у него было время привыкнуть к её превращениям, пока они вместе путешествовали по Долине Снов. Хотя в этом облике она ему тоже не являлась. Селорн прошёлся вокруг неё, приподняв верхнюю губу в специфическом оскале, словно анализировал её запах. Алия переступила с ноги на ногу, усмехнулась и залихватским, совершенно не своим жестом откинула рыжую косу с груди.

– Алия, дорогая, ты что, собралась в Бездне шлюхой подработать?
– с ласковым участием полюбопытствовал Селорн.

– Ха, ну нет, - она накрутила огненную прядь на кончик острого уха, - в Бездне эльфки нынче не в моде. Их там и так перебор - беженцы, всё такое. Все цены сбили, дряни, и здесь, у нас, тоже намереваются!
– Она в сердцах плюнула на пол и принялась растирать плевок носком сапога, бросая на Селорна быстрые хитрые взгляды.

– Алия, тогда что же ты такое?
– спросил он, не сводя с неё глаз.

– Я? Я самый большой кошмар господина Ректора Линдоргской Академии!
– кокетливо объяснила матриарх ан Элиатан, нагнувшись вперёд и большим пальцем чуть приспустив декольте.
– Наглая, развратная, рыжая эльфья девка, с недурными способностями мага, - вздёрнула бровь Алия и уже своим голосом закончила: - Которая поступит-таки в Линдорг и получит посох, посрамив всю местную шайку.

– Если у него такие кошмары, хотел бы я заглянуть в его более приятные сны, - хмыкнул Анар.

– И тебя бы стошнило.

– Алия, мы живём под одной крышей с Энаором. Нас уже не от чего не может стошнить, - заверил её Селорн.

– Может, - очень серьёзно сказала Алия.

Метаморфоза коснулась не только ей голоса: вся её фигура подёрнулась лёгкой дымкой, очертания тела расплылись и стали меняться, перетекать во что-то новое. Она становилась миниатюрнее, нежнее. Эльфийские ушки превратились в кошачьи - большие, редкостного серебристо-персикового оттенка. Коса сама собой расплелась, и пряди мягким облаком окружили алайку. Нежно-рыжие, они испускали чуть заметное лиловое сияние, как и глаза Алии.