Тело в бане
Шрифт:
XIV
«Ты опоздал, Фалько, я не могу тебя сейчас…» Гневно глядя на Елену, чего он никак не ожидал, Помпоний замолчал. Он увидел короля.
«Я с нетерпением жду вашего нынешнего мнения о нашем проекте», — заявил королевский заказчик. Архитектор мог только кипеть от злости. «Просто сделайте вид, что меня здесь нет», — любезно предложил Тогидубнус.
Это было бы непросто, поскольку его переносной трон, его свита и волосатые слуги, подносившие ему подносы с импортными закусками в маленьких сланцевых блюдцах, теперь занимали большую часть зала, где строился план. Оливки в густом масле, приправленном травами, уже пролились на некоторые чертежи фасадов.
Помпоний послал за парой помощников-архитекторов. Они должны были помочь с презентацией. Так он, по крайней мере, обеспечил себе восхищенную аудиторию. Оба были на десять лет моложе его, но перенимали все свои дурные привычки на его прекрасном примере. Один копировал прическу руководителя проекта, а другой купил своего огромного скарабея у такого же поддельного александрийского ювелира. Личности у них было меньше, чем у облетевшей мухами морковки.
Эти старые бараки, должно быть, разваливаются. В них было ветрено, как в армейских палатках. Планировочная отапливалась старинными жаровнями. От такого количества людей, набившихся туда, мы уже вспотели. Скоро обложки на чертежах архитектора высохнут и потрескаются. Библиотекарь из картографической комнаты пришёл бы в ужас от такого климата. Я чувствовал, что готов деформироваться.
Для нас уже был вывешен обширный планировочный чертеж – ну, готовый меня впечатлить. На нём был изображен огромный четырёхугольный комплекс с бесчисленными комнатами, окружённый огромным огороженным садом. Он был обведён синей штриховкой там, где плескалось море. Зелёные участки обозначали не только огромный главный сад в центре четырёх крыльев, но и ещё один обширный парк на южной стороне, спускающийся прямо к гавани.
«Новый дворец, — начал Помпоний, обращаясь напрямую ко мне, словно от него нельзя было ожидать интереса к племенным царям или женщинам, — должен стать крупнейшим и самым великолепным римским сооружением к северу от Альп».
Предположительно, резиденция губернатора в Лондиниуме будет столь же огромной. Чтобы произвести впечатление на официальных лиц, ей потребуется роскошь, а также для размещения администрации провинции.
Подробно. Поскольку я этого не видел, я промолчал. Возможно, мой бережливый коллега Фронтинус решил управлять Британией с фестивального маркиза.
Помпоний прочистил горло. Он злобно посмотрел на меня, думая, что я его не слушаю. Я улыбнулся, сверкнув зубами, словно подумал, что ему нужны какие-то заверения. Это сразу его оттолкнуло.
«Э-э... основной подход осуществляется по дороге Новиомагус, по которой проходит большая часть транспорта из столицы племени и других мест. Чтобы приветствовать их, моя концепция предусматривает потрясающий внешний фасад. Монументальный восточный фасад — это первое, что предстанет перед посетителями; его будет доминировать центральный входной зал. Снаружи он будет иметь два эффектных фронтонных фасада, каждый с шестью массивными колоннами высотой двадцать футов. Внутри пространство разделено на более мелкие элементы, такие как аркады, которые, во-первых, обеспечивают боковую поддержку...»
«Крыша немного весит?» Это прозвучало более шутливо, чем я имел в виду.
«Очевидно. Во-вторых, особенности дизайна будут привлекать людей вперёд, создавая сквозной проход в интерьер».
"Великолепно!"
Помпоний подумал, что я его оскорбляю. Возможно, так оно и было. Я вырос в переполненных квартирах, где поток людей обеспечивала мама, орудуя метлой по ягодицам бездельников.
«Планируемые преимущества включают в себя изысканные скульптуры и эффектный бассейн с мраморной окантовкой и эффектным фонтаном», — пропел архитектор. «Я стремился подчеркнуть масштаб и высокое качество отделки, не угнетая жильцов, и в то же время подчеркнуть вид через холл на парадные сады. Это превосходная концепция изысканного аристократического жилья для взыскательного, высококлассного клиента».
Тогидубнус жевал чрезвычайно сочное яблоко, которое отняло у него все внимание, так что вялая лесть была утрачена.
«В восточном крыле также находится зал собраний, предназначенный для общего пользования. Отдельные комнаты с ванными комнатами, оборудованные по высоким стандартам и имеющие собственные закрытые дворики, спроектированы с учётом тишины и покоя».
«Не будет ли слишком шумно, если их расположить так близко к главному входу?» — спросила Елена, пожалуй, слишком вежливо.
Помпоний уставился на неё. Артисты умеют обращаться с высокими девушками с аристократическим акцентом и вкусом, но только как с покорными любовницами.
Он бы позволил ей разносить лакомства на вечере, но в любом другом случае Елена Юстина представляла угрозу. «Это гостевые комнаты для чиновников низшего ранга, временно прикомандированных».
«О, Фалько! С нетерпением жду твоего следующего задания в Новиомагусе», — лукаво воскликнула Елена. (Я ни за что не собиралась возвращаться.) Она тут же снова подтолкнула Помпония: «Ты упомянул парадные сады?»
Центральный двор будет сочетать в себе изысканную элегантность и сдержанную формальность. Великолепная аллея из живой изгороди шириной сорок футов перенесет посетителей в зал для аудиенций напротив. Слева и справа гармоничные партеры экстравагантных размеров привносят величие, смягченное спокойствием открытого пространства. Вместо строгих линий эта главная магистраль будет оформлена скульптурной зеленью, вероятно, самшитом: чередующимися арками и квадратами фигурной стрижки кустов в строгих темных тонах листвы.
– отсылка к лучшим средиземноморским традициям».
«Почему, — спросил я, — там отмечено хотя бы одно дерево?» Крупный экземпляр был отмечен в северо-западной части парадных газонов. Он находился в довольно странном положении.
Архитектор слегка покраснел. «Только для информации».
«У вас есть отвратительный сливной бак, который нужно спрятать?»
«Дерево развеет однообразие!» — резко вставил король.
Он, конечно же, понимал планировку своего участка. «Когда я выйду из зала аудиенций и остановлюсь, глядя налево, взрослое дерево разбавит унылые горизонтальные линии северного крыла...»
"Мрачно? Я думаю, ты найдешь," - хмыкнул Помпоний, "изящное повторение"
«В противоположной четверти должно быть ещё одно дерево, уравновешивающее это, чтобы таким же образом защитить южное крыло», — холодно перебил Тогидубнус, но Помпоний его игнорировал.
«Урны, — продолжал он тараторить, — станут прекрасными темами для разговоров; строятся фонтаны, которые будут радовать слух. Все пешеходные дорожки будут очерчены тройными живыми изгородями. Посадки будут высажены в геометрически правильные клумбы, опять же с фигурной стрижкой вокруг. Я попросил ландшафтного дизайнера стремиться к изысканным видам…»