Чтение онлайн

"Может быть."

«Не притворяйся, что ты об этом знал, Фалько!»

«Нет». Но, учитывая произошедшее, я мог назвать дворцовое бюро, в досье которого должен быть Марцеллин. Должна была быть какая-то причина, по которой Анакрит послал сюда Переллу. Вполне типично, что он действовал, основываясь на устаревшей информации, поскольку текущие проблемы новой схемы делали Марцеллина лишь второстепенным.

«В конце концов, Марцеллин считал свой источник снабжения правильным? — заключил я. — Он не видел в этом ничего плохого».

«Все здесь считали, что снабжать архитектора подарками — обычное дело, — подтвердил Магнус. — Моя главная проблема — сломать это отношение. Я думал, король всё ещё в деле, он же провинциал.

Марцеллин должен был его исправить».

«Я уверен, что в конечном итоге он опозорил короля».

«Слишком поздно», — сказал Магнус. «Они были слишком близки. Король не мог отделаться от Марцеллина. Вот почему Помпоний ненавидел посвящать Вероволька в какие-либо дела».

«Длинная тень Марцеллина мешала всем попыткам сохранить новую схему платёжеспособной? Я сам видел это, — сказал я ему. — Даже в моём присутствии Марцеллин открыто опирался на людей вроде Милчато, чтобы обеспечить себе безвозмездные пожертвования».

«Чёртов Милчато лишился части, — прорычал инспектор. — Я в этом чертовски уверен».

«Мы можем это уладить. Он работал здесь, на предыдущем здании. Пора ему сменить сферу деятельности».

«О, ты имеешь в виду «для дальнейшего развития его личных ремесленных навыков»?»

«Вижу, дорогой Магнус, ты знаешь, как это делается!»

«Просто решите проблему».

«Переведите его на работу над военным туалетом в неблагополучном конце Мезии».

«У них нет мрамора», — педантично поправил меня Магнус.

"Довольно."

Мы размышляли о недостатках и, в конечном счёте, о силе гигантской бюрократии. Когда это стало слишком серьёзным, я с сожалением подумал:

«Сначала, должно быть, всё казалось таким аккуратным. Тогидубнус отремонтировали, теперь и Марцеллин тоже».

«А потом Рим все испортил и прислал совершенно нового менеджера проекта».

«Помпоний делает себя непопулярным, и Марцеллин видит в этом шанс изменить своё положение. Но царь приспособился к стилю Веспасиана; он определённо становится недовольным». Несмотря на их знаменитую дружбу, я теперь был уверен, что Тогидубнус специально послал меня посмотреть на эту виллу. Мне предстояло раскрыть мошенничество. «Тогидубнус хочет положить конец коррупции».

Магнус уставился на меня. «Насколько сильно он этого хочет, Фалько? Это убийство кажется слишком уж удобным».

Я был поражен. «Вы же не хотите сказать, что он к этому причастен?»

«Он чертовски убедился, что покинул место преступления до того, как это произошло».

«Не хочется объяснять на Палатине, что фаворит Веспасиана — убийца!» — простонал я. «Но он ли это организовал? Надеюсь, что нет».

«Палатин, возможно, не совсем чист, Фалько. Держу пари, это начинается гораздо дальше, чем Новио». Магнус был резок. Возможно, даже слишком резок для собственного блага. Он, возможно, не слышал имён Анакрита и Лакты, но знал, что происходит.

Я попытался возразить: «Это угроза. Убийства привлекают слишком много внимания».

«Но таким образом не придется проводить неловкий судебный процесс по делу о коррупции», — отметил Магнус.

"Истинный."

Было ли избегание политических неприятностей достаточным оправданием этого убийства в глазах Анакрита? Да, его махинаторская и склонная к двойным стандартам секция во Дворце, безусловно, расценила бы это именно так. И им бы не понравилось, если бы мы с Магнусом догадались об их поступке.

Елена Юстина вышла во двор, чтобы присоединиться к нам. Она перевела взгляд с меня на Магнуса. «Что ты нашёл?»

Я указал на кучу сложенных материалов, а затем махнул рукой в сторону дома. «У Марцеллина был прекрасный дом, любезно предоставленный ему за счёт государства».

Елена отнеслась к этому спокойно. «Значит, этот человек был несколько беспринципным?»

«Зачем избегать клеветы? Он был совершенно продажным», — вздохнула Елена. «Это будет тяжёлым ударом для жены», — сказал я.

Тут моя собственная вспыхнула гневом. «Сомневаюсь! Во-первых, Маркус, они долго жили здесь вместе. Эта глупая женщина должна была заметить, что происходит. Если она не подозревала, значит, нарочно закрыла глаза». Хелена была непреклонна. «О, она знала! Ей нужен был её прекрасный дом. Даже если ты расскажешь ей сейчас, она всё отрицает, будет настаивать, что её муж был замечательным, и откажется от всякой ответственности».

Магнус был поражен ее злобой.

Я обнял её. «Элена презирает кротких женщин, которые утверждают, что ничего не смыслят в деловом мире».

«Паразиты, которые с удовольствием пользуются доходами!» — прорычала Хелена. «Когда эта женщина проснётся, её первой мыслью будет, сможет ли она сохранить дом».

«Если все это замять, — с горечью ответил Магнус, — то, наверное, она сможет».

«Ожидайте всеобщего затишья. Император, — сухо сказал я ему, —

«не хочу, чтобы меня считали тираном, который преследует вдов».

Елена Юстина была сыта по горло. Она резко заявила, что если мы собираемся вернуться в Новио этим вечером, то нам следует отправиться сейчас. Оставьте труп. Пусть эта женщина разбирается с его останками.

«Ты жесток».

«Я злюсь, Маркус! Я ненавижу продажных мужчин и женщин, которые позволяют им это делать».

«Успокойся. Вдова, возможно, будет шокирована и пожалеет об этом, когда узнает, что её муж был мошенником».

«Никогда. Она никогда этого не увидит».

«Она может передать все благодарному казначейству».

«Не будет», — не сомневалась Елена. «Эта жена будет яростно цепляться за эту виллу. Она устроит Марцеллину пышные похороны. Соседи соберутся почтить его память. Будет установлен огромный памятник с пышными резными фигурами. Память об этом вороватом вельможе будет бережно храниться десятилетиями. И самое худшее, что она будет говорить о вас с Магнусом как о простых путниках. О людях с ограниченным кругозором, о людях, которые ничего не понимают».

«Моя госпожа расстроена», — сказал я землемеру. В моём голосе слышалась гордость за неё, могу сказать с гордостью. Я отвезу её домой.

«Она чертовски права!» — воскликнул Магнус.

«О, я знаю».

XLVII

Вероволкуса и его людей не было видно, и я не питал особых надежд на результаты их поисков. Я нашёл нашу лошадь и отправился обратно в Новиомагус вместе с Еленой. Мы уже устали. Гнев усугублял ситуацию. Мы ехали долгий путь почти молча, но время, проведённое вместе, вдали от других, было для нас обоих отдыхом.