Чтение онлайн

Ну раз уж денщик!

К счастью, необходимые в этом мире кулинарные навыки ей тоже достались от Гагары. Той в родном доме приходилось стряпать на всю семью. То ли генерал оказался демократом, то ли сработало ее мнимое знатное происхождение, но за стол пригласил. И сказал, помешивая в тарелке сомнительный супчик из сушеных овощей:

– А Кайрен-то, бедняга, потерял голову.

– Он, конечно, интересный, - ответила дипломатично Полина. – Но сейчас точно не до того.

– Да? – насмешливо приподнял брови Грумайт. – Не до того? Или вы замахнулись на птицу покрупнее?

– На игремона? Я вас умоляю, генерал. Кто он – и кто я?

Помимо очевидного социального подтекста, тут были еще и скрытые слои.

Например, так: он наглый сопливый пацан, а я – пожилая леди, которая раньше ела таких с кашей. Без хлеба. Да он мне во внуки годится!

Плюс легенда о начинке из Тариона. Хотя генералу об этом, конечно, неизвестно.

– Ну а кто вы? Закон, согласно которому игремон мог жениться только на равной, отменили два столетия назад. Достаточно высокого происхождения. Если вы игера, этого хватит.

– Перестаньте, генерал, - разозлилась Полина. – Для всех я мужчина. Игер Поль Маверти из Муфланы. Новый телохранитель Его Светлейшества. Не мог же он взять на эту должность женщину.

– Как интересно! – выпятил губу Грумайт. – По правде, на мужчину вы не тянете. Собственно, как и на женщину. Хотя это неважно. Как телохранитель вы себя оправдали. Благодарю за обед. Выберите свободную комнату и отдыхайте.

Последнее прозвучало как приказ, поэтому спорить Полина не стала. Убрала со стола, помыла посуду и устроилась в одной из гостевых спален.

Снова томительное ожидание – но теперь хотя бы ясно, чего ждать. Дня солнцестояния, коронации и парада. Знать бы только еще, где Джилиан.

Как все-таки несправедливо устроено, думала Полина, лежа в постели. Почему магические способности распределяются случайным образом? В смысле, кому какой дар достанется. Вот было бы: есть у тебя призвание к этому делу, можешь выбрать специализацию. Чтобы не получилось так, что наиполезнейший маг с даром дальновидения существует в единственном экземпляре, да еще при этом стар и обитает в заднице мира. Им бы такие способности сейчас ой как пригодились. Не пришлось бы думать, где Джилиан, все ли с ним в порядке.

Она и правда беспокоилась. Но говорила себе, что беспокоится исключительно по политическим соображениям, а вовсе не по личным. И даже вроде бы убедила, но тут за стеной раздался какой-то шум и голоса, а потом в дверь постучали.

– Игера, вы можете выйти? – услышала Полина голос генерала.

– Минуту!

Натянув штаны на белье, которое не мешало бы уже сменить, и набросив на плечи мундир, она выглянула в коридор.

– Архимаг здесь, - сказал Грумайт тихо, махнув рукой в сторону гостиной.

Тиккер сидел в кресле и смотрел на огонь в камине. Услышав шаги, повернулся к двери.

– Приветствую, игера Полина. И благодарю за то, что известили генерала.

– Добрый вечер. Где игремон?

Наверно, это было не слишком любезно, но раздутый пузырь ее терпения лопнул с громким хлопком.

– В надежном месте.

Она посмотрела на Грумайта, но тот пожал плечами.

– То есть вы перенеслись сюда, чтобы сказать об этом? Что он в надежном месте?

– Не сюда. В дом Маргуля. Именно так – чтобы сказать об этом.

Полине захотелось вцепиться ему в бороду. Хотя ее и не было.

– Успокойтесь, игера Полина. Так лучше – если сейчас никто не будет знать, где игремон. Даже вы. Мало ли что может случиться. Под пытками невозможно сказать о том, чего не знаешь.

– А если с вами что-то случится? Вы ведь оставили его одного, так?

– Да. Если что-то случится? Это будет прискорбно, но не фатально. Его Светлейшество не младенец, не слепой и не безногий. Не погибнет.

– А если его найдут?

– Не думаю.

– Мне это не нравится.

Архимаг вскинул брови, и Полина поняла, что маленько растеряла берега. Кто, собственно, она такая, чтобы так разговаривать с верховным магом? По официальной версии – обыкновенная девушка из глухой провинции, хоть и знатного происхождения. Ну да, телохранительница игремона, которая трижды спасла ему жизнь. Но это не давало ей права высказываться в подобном ключе.

– Игера, - вмешался Грумайт, - мне понятно ваше беспокойство, но думаю, Архимаг прав. Игремону необходимо надежное убежище, о котором никому не известно. До самой коронации и парада. Осталось всего три дня. Однако утром в день солнцестояния я должен увидеть его лично. Вы же понимаете, что нам нет никакого резона устраивать побоище, если некого предъявить толпе.

– Разумеется, - кивнул Тиккер. – Рано утром, на рассвете, я перенесу игремона обратно в дом Маргуля. А сейчас вынужден вас покинуть. Тут нет какого-нибудь черного хода в проулки? Маги под подозрением, не хотелось бы, чтобы меня заметили выходящим из вашего дома.

– А как вы заходили? – не удержалась от ехидства Полина.

– Со всеми предосторожностями, - отбрил маг.

– Есть. – Грумайт покосился на нее не без усмешки. – Сейчас покажу.

– Доброй ночи, игера Полина, - слегка наклонил голову Тиккер и последовал за ним.

Она юркнула обратно в свою комнату: не хотелось, чтобы генерал поинтересовался, с чего вдруг ее так растащило. Да она и сама не понимала.

Только потому, что не посчитались с ее мнением? Но если подумать здраво, маг и Грумайт были правы. Лучше Джилиану находиться в таком убежище, о котором не знает никто. И он не маленький мальчик, не запертая на замок кошка. Хотя, конечно, если взрослого человека запереть куда-нибудь в подземные казематы, он тоже вряд ли выберется.

В общем, несмотря на доводы здравого смысла, Полина все равно беспокоилась.

Обиженный таким наплевательским к себе отношением, здравый смысл заметил ядовито, что подобное рвение несколько подозрительно.

Может, все-таки тут личный интерес, а не политический? А, Поля?

Умолкни, попугай, мысленно гаркнула она и спрятала голову под подушку, как страус в песок. Хотя и говорят, что это миф, но неважно.

Очень хотелось, чтобы приснился Мишенька и подсказал, как ей быть, но нет. Не приснился. Хоть и обещал.

Но вообще-то нет. Подсказывать, как вести себя с малолетними наглецами, которых свергли с трона, он не обещал. Тут уж как-нибудь сама.