Чтение онлайн

– Понимаем, – смиренно кивнул здоровяк Виктор. – Мы были немного неправы.

– Немного? – переспросила я, заломив бровь.

– Сильно, – просипел недавно пришедший в себя Александр Форт, встретился с моим осуждающим взглядом и медленно отвернулся к окну. Быстро он не мог – сил пока не хватало.

И кричать на него в таком состоянии было бесполезно. Только голос потеряю, ничего не добившись. Форт даже моргал в замедленном темпе, что уж говорить о его умственных способностях в ближайшие дни?..

Отличился он, конечно, сильно. Все понимали, где Александр был ночью, что там делал и кому помогал устроить побег. Но этот крепкий орешек не признавал вины, пока на него не надавил Конрад. А дальше мы узнали совсем прекрасное: оказалось, виновник совершал преступление не один. К делу суккубы был подключен пособник. Эллис Умс. Я думала, он тихий милый улыбчивый василиск, а оказалось – пригрела змею на груди!

Оказалось, у Эллиса был дар создавать временные иллюзии. Очень качественные. Умс с гордостью сообщил, что (если он реально постарается) иллюзию можно было бы даже пощупать. Но удерживать ее он мог максимум три минуты – больше пока не получалось.

Вот вам и нюансы в деле василиска.

Хуже того! Именно этот нехороший студент поджег дом сбежавшей геры Стаум, а потом, смешавшись с толпой, имитировал присутствие несчастной на чердаке.

Все это мы узнали из утреннего мини-допроса в моей комнате.

Прикрыв глаза, я припомнила детали того разговора:

– Как ты объяснишь свое поведение? – вперившись в него яростным взглядом, спросила я.

– Нужно было помочь Александру и той несчастной, – ответил он. – Дать ей сбежать, чтобы через час поймали – это негуманно, согласитесь? Потому пришлось пойти на небольшие хитрости.

– Ты сжег ее дом и обманул следствие! – напомнила я, дрожа от гнева. – Это, по-твоему, небольшая хитрость?

– Да, – уверенно заявил Эллис. – Вот если меня поймают, я применю иное определение к содеянному.

– Верно мыслит, – заметил тогда Конрад. – Теперь суккуба считается погибшей и сможет начать жить заново. Но если ее поймают, полетит очень много голов.

– Ее не найдут, – пролепетал Александр, едва шевеля губами. – Она понимает, чем это ей грозит, и будет очень тщательно скрываться. Бэлла и так настрадалась от мэра с директором. Позвольте ей уйти.

– Бэлла! – воскликнула я, посмотрев на Конрада. – Теперь он зовет ее по имени! Суккубу!

– Красивое имя, – пожал плечами Конрад. – Почему бы и нет? Бэлла. Ей идет.

Александр улыбнулся, кивнул и едва не упал со стула. Эллис помог ему сесть обратно. Я закатила глаза к небу и несколько раз топнула, не в силах удержать всю злость внутри.

– Может, заказать пирожных в дорогу? – деловито уточнил Умс. – Слышал, у них в меню совершенно потрясающие корзиночки.

– А ты вообще молчи! – взорвалась я. – Понимаешь, что будет, если всплывет наше вмешательство в это дело?

– Мое, а не ваше, – кивнул он.

– Отвечаю за вас я. Значит, все ваши косяки тоже на мне. Бестолковый! – Я всплеснула руками и прошлась по комнате.

– Понимаю, – тихо сказал василиск, поправляя очки. – Спасибо за то, что отвечаете за нас.

Я бросила на него испепеляющий взгляд, но гаденыш даже не задымился. Только едва заметно улыбнулся.

– Предлагаю сохранить конфиденциальность этого дела, – неожиданно внес предложение Конрад. – В конце концов, никто не пострадал, а практика закончена. – Лиара? – позвал меня Конрад. – Что думаешь про обещание молчать о нюансах дела?

Я думала нехорошими словами. И хотела кричать. Возможно, даже крушить. Но вместо этого потребовала со всех присутствующих дать клятву о неразглашении случившегося. Потому что обещания – это чушь. Сама тоже поклялась молчать. Затем, когда дело было сделано, сказала, что в следующий раз, если такое повторится, всех сдам полисмагии и Налсуру!

И гордо ушла. Заказывать пирожные в дорогу.

И вот теперь, когда мы наконец уезжали из опостылевшего городка, я была решительно настроена сначала испортить всем настроение (как они портили его мне три дня), а потом съесть корзиночки и поспать.

План был грандиозен, но имел пробелы. Потому что, осмотрев присутствующих, я вдруг поняла, что осталась единственной, кто действительно не пострадал за время практики. А ведь именно мне поручили отвечать за студентов и Конрада.

Говоря про их вину, я признавала бы и собственные упущения, а этого категорически не хотелось.

Я обернулась. Конрад уже дремал рядом. На его лбу алела огромная шишка от удара при падении под дверь. Таттис Чесс кутался в безразмерное черное пальто и дрожал всем телом. Он еще не восполнил потерянные при борьбе на кладбище силы. Марк Лис без конца зевал и поглаживал несчастную Юлию, спящую на его плече.

Когда она пришла в себя, попросила обрезать длинные светлые волосы под каре. И, пока она ела три порции тушеного мяса, Марк на удивление ловко справился со стрижкой. Потом Юлия выпила укрепляющую настойку, приготовленную Даниэлем, и снова уснула. Так что даже в магобус ее переносили на руках.

Даниэль Астрид все еще плохо говорил и слегка хромал на обе ноги. Половину его лица украшал здоровенный сиреневый синяк. Александр Форт говорил притормаживая и частенько совсем замолкал, начиная блаженно улыбаться и забывая, о чем шла речь.

Конрад поклялся мне, что это влияние суккубы скоро пройдет.

Виктор Томс и без того смотрел на меня с видом огромной побитой собаки: грустно и с огромным сожалением. Ему еще предстояло снова вправлять сломанный на кладбище нос…

В общем, практика вышла та еще. И отчитываться за нее перед Налсуром не хотелось. Впрочем, я лелеяла надежду избежать встречи с начальством. Было бы хорошо передать документы через Нилу и избежать нервной встряски. А что? Все три дела мы раскрыли. Как могли… А могли мы пока плохо. Зато от души.

Кивнув собственным мыслям, я прекратила экзекуцию наставлениями, так ее толком и не начав. Отвернулась от студентов и принялась распаковывать пирожные.

Сзади послышался дружный благодарный вздох облегчения.

– Подышите мне еще таким тоном! – рявкнула я для поддержания дисциплины. После чего впилась зубами в песочную корзиночку с тремя восхитительными кремовыми грибочками и молочным суфле…

– Что с моими студентами? – повторил вопрос Налсур.

Первый раз я его проигнорировала, провожая задумчивым взглядом уезжающий магобус.