Чтение онлайн

— Приятно побеседовал с матерью и узнал кое-что.

— Ну и? Рассказывай, давай! — поторопил его Малфой.

— Если опустить описание жизни слизеринцев полтора десятка лет назад, то я, оказывается, являюсь очень-очень дальним (хоть на этом спасибо) родственником Волан-де-Морта, и, что следует отсюда автоматически — еще более дальним родственником Слизерина.

— Вообще-то, наоборот — следствием того, что ты находишься в родстве с Салазаром Слизерином, является так же и то, что вы с Темным Лордом родственники, — нервно усмехнувшись, заметил Уизли, но, тут же справившись с собой, быстро добавил: — И что тут такого? Я вот, например, из рода Прюэттов, а именно из него, как говорят, пошло большинство Темных Лордов.

— Ага, но они по сравнению со Слизеринами… в глубоком пролете, — философски заметил Драко. — Да ладно вам. Вот если бы Поттер при такой выдающейся родословной был гриффиндорцем (а непросто в их мантию обрядился, как сейчас) и таскался со всеми этими Грюмами и Сириусами Блэками — вот это было бы позорище на всю жизнь. А так все в порядке. Я вот, например, тоже не из самой светлой семейки, так ничего же — не умер до сих пор от огорчения за себя любимого. Короче говоря, нам твое происхождение, Поттер, фиолетово — оно никому ничем не мешает.

— Что-то больно проникновенные речи тут говоришь, — усмехнулся Рон. — Непривычно.

— Ну а если ты молчишь как рыба, надо же кому-то положение спасать, — пожал плечами тот. — Вообще, кому какое дело, кто в предках значится? Меня это не волнует — главное, что вы двое совершенно нормальные люди и… э-э-э… и что-то я действительно уже какую-то ерунду начинаю говорить.

— Нет, продолжай-продолжай! — усмехнулся Уизли. — Когда еще мы услышим такую невероятную вещь, как признание в вечной дружбе от Драко Малфоя!

— Да ну вас обоих! — отмахнулся развеселившийся Поттер. — Мы уже почти пришли. Кто-нибудь пароль знает?

— Э-мм… Шоколадные лягушки? — попытался угадать Рональд.

Горгулья, охранявшая вход в кабинет только презрительно фыркнула.

— Драже Берти Боттс? — следующим был Малфой.

Статуя натуральнейшим образом изобразила рвотные позывы.

— Лакричные палочки? Тоже нет. Тогда может тыквенное печенье? Или магическое варенье? — наперебой перечисляли они. Горгулья только мимикой комментировала их ответы, не желая открывать проход.

— Так все, хватит. Раз по-хорошему нас пропускать никто не хочет, будет по-плохому, — Гарри демонстративно закатал рукава. — Раз уж Грэйбека прищучил, то и с какой-то там статуей смогу разобраться…

Горгулья опасливо покосилась на него и, чуть-чуть отползла в сторону, открывая какой-никакой, а все-таки доступ к лестнице. Впрочем, протиснуться мимо статуи троим мальчишкам не составило никакого труда.

— Ну и хитрые же чары на статую наложены! — восхищался Уизли. — Дамблдор наверняка заранее предупредил горгулью нас пропустить в любом случае, а она еще и покуражиться решила…

Из-за двери в директорский кабинет раздался грохот. Все трое замерли на месте, старательно прислушиваясь к доносящимся голосам.

— …Во-первых, Аластор, я совершенно недоволен сложившейся ситуацией, — спокойно произнес Дамблдор, лишь немного повысив голос, чтобы его было слышно. Хотя, судя по непрекращающемуся громыханию, в его кабинете творилась какая-то вакханалия. — Во-вторых, я категорически против предложенного тобой плана. И вообще, объясни мне, как такое могло получиться? Твои авроры должны были охранять школу, а не на матче болеть за команды!

— Они и были на своих местах! — возразил Грюм.

— Тогда почему Пожиратели совершенно спокойно разгуливали у них прямо под носом? Почему на помощь ученикам пришли только Сириус Блэк и Ремус Люпин?

— Существует множество чар, рассеивающих внимание, да и эта Карта Мародеров…

— Но вы же лучшие из авроров! Вы должны быть готовы к любой ситуации! Откуда взялся такой вопиющий непрофессионализм?

— Хорошо, Альбус, это моя ошибка, признаю. Но чего ты от меня требуешь? Большую часть отряда составляют одни стажеры! Одна Тонкс чего стоит… сплошная головная боль.

— Если у тебя такая острая нехватка людей, почему же ты Лили Поттер не позволил патрулировать территорию школы? Джеймс, насколько я знаю, тоже хотел помочь Хогвартсу с защитой, но ты его отослал на задание.

Грохот и крики, из-за которых так трудно было расслышать, о чем же говорят Грозный Глаз и Дамблдор стихли.

— Мерлин Великий, Альбус! Да они же дежурить спокойно не смогут — обязательно пойдут к детям! Это уже не упоминая о том, что сначала переругаются вусмерть. Да не сверли ты меня взглядом, Эванс! Я твое заявление подписал? Вот и гуляй на все четыре стороны!

— Да как ты смеешь, старый параноик…

— Прекратите немедленно! — рявкнул Дамблдор. — Аластор, я требую, чтобы все дементоры немедленно убрались вон с территории школы! Если хочешь знать, даже от них было больше толку, чем от твоих авроров! И какой дьявол приключился с Сириусом Блэком? — в кабинете установилась идеальная тишина. — Почему он не смог все вовремя организовать? Какого Мерлина обычные ученики должны делать за него его же работу?

— А вот только этого не надо говорить! Ни черта они не обычные! Если за Джереми я ручаться могу — под моим присмотром рос, то Гарри этого черт знает…

— Не смей про моего…

— Утихни, Эванс! Да он весь в тебя пошел! Один к одному — очередной Салазар Слизерин! — разъярился Джеймс Поттер. — А вы Дамблдор, его еще и балуете…

— Я? — повысил голос директор Хогвартса. — Значит, по-твоему…

— Прекрати пороть чушь, Джеймс Поттер! — взвизгнула Лили. — Это ты у нас — всеобщий любимец, и как был главной сволочью Хогвартса, так и останешься ею! Еще и Джереми испортил дальше некуда! Хвала Мерлину Гарри не такой — пусть уж лучше таким же, как Слизерин будет, чем походить на тебя…

— Ну и разборки… — присвистнул Рон.

— Гарри, будь так добр, и для меня дверь придержи! — воскликнул Люпин, поднимавшийся по ступенькам к кабинету Дамблдора. Вид у него был не слишком-то дружелюбный.

Решив, что в таком шуме от деликатного и вежливого стука особенного толку не будет, в кабинет зашли без наличия приглашения. При виде Гарри Поттера в гриффиндорской мантии, его отец схватился за сердце. Лили с пренебрежительным фырканьем мгновенно сменила цветовую гамму мантии на зеленую и продолжила «дискуссию».