Чтение онлайн

— Идем-идем, — Гарольд прятать палочку не спешил.

Стена между статуями, повернувшими свои каменные головы к замершим мальчикам, вдруг стала расплываться и терять четкие очертания, превращаясь в проход-портал. Первым к нему шагнул Поттер. Его статуи приветствовали так же, как и их близнецы в Лютном переулке — склонившись в почтительном поклоне. Следом двинулись и Драко с Роном.

Портал их перенес практически в самую гущу толпы крупнейшего черномагического рынка в мире, раскинувшегося на сотни тысячи футов. Вокруг кипела жизнь, и творились самые необычайные и невероятные сделки. Утекали в неизвестных направлениях суммы, услыхав о которых гоблины позеленели бы от зависти. На прилавках заманчиво поблескивали склянки с зельями, о части из которых мало кто слышал, а те же, кто знали, готовы были за мельчайший флакончик продаться в бессрочное рабство. На расстеленных прямо на земле коврах, переливаясь всеми цветами радуги, сложенные в причудливые горы лежали всяческие артефакты, собранные со всего мира. Тут же, недалеко, продавались книги. Сверху, над вырезанной из дерева вывеской, прямо в воздухе висел рельефный герб: орел, прикрывающий крыльями изображение ветхой книги. Похоже, сия книжная лавка находилась под патронажем Сорвина, поскольку именно такое изображение было на вывеске «Иллитриса». Что ж, за этого хитрого и изворотливого дедка оставалось только порадоваться — и здесь он урвал себе кусок. В отдалении, на возвышении, виднелся особняк в несколько этажей, к которому вела широкая каменная лестница.

— А я всю жизнь думал, если Темная Аллея — мировой магический черный рынок, то почему там всегда по улицам так мало народу ходит… теперь все ясно, — восхищенно произнес Малфой-младший.

— Ну и ну, — выдавил из себя Рон, жадно вглядываясь в прилавки. — Вот это да.… А мы-то думали, что Темная Аллея — это только та улица…. С ума сойти!

Портал же, через который трое слизеринцев попали в Темную Аллею, здесь выглядел совсем иначе: огромные врата, вырастающие будто из-под земли, в центре которых постоянно что-то вспыхивало, а по воздуху шла рябь.

— А вот и то самое правило, для всех пребывающих в Аллею, — Гарри указал на письмена, покрывающие врата. — «Всяк, кто пришел сюда, мы тебя приветствуем. Оглядись, походи по округе. Коли здесь тебе по нраву — оставайся, тебе найдется дело по душе. Но помни: не поднимай меча своего на собратьев, ибо хрупка мирная безмятежность, ответственность за нее на тебе». Именно об этом я и читал в «Исторических Местах Темных Магов». Только там это упоминалось как негласное правило, а не закон…

— Я тоже читал, но, согласись, там даже не сказано, что основная часть Темной Аллеи — этакий чистый и опрятный древневосточный базар. А что, мне тут действительно нравится! — Уизли веселел прямо на глазах. — Вот уж, в самом деле, никогда бы не подумал, что в Темной Аллее могут быть и жилые кварталы, но раз тут сказано, что можно остаться… Я в восторге!

Пока друзья хлопали глазами, Рон успел приноровиться к торопливому току толпы и даже поторговался с одним из торговцев ингредиентами для зелий. Плотный усатый дяденька в бархатной шапочке к своему юному клиенту отнесся со всей ответственностью и уважением, так что парой минут позже довольный Рон уже укладывал по карманам джинсов маленькие свертки. Малфой закатил глаза, мол, Рону — Роново, да и чего еще ждать от этого Уизела?

— Эй, Малфой, глянь-ка вон туда. Это случайно не Эйвери с твоей теткой там? — вдруг нахмурился Гарольд, вглядываясь в толпу.

— Черт! Что делать? — вся радость Малфоя сразу же исчезла, будто ее и не было. — Нам с ними никак нельзя сталкиваться! Это просто катастрофа! Нельзя им на глаза попадаться! — заметив, что Лестранж вместе с провожатым направляются именно к ним, он запаниковал.

Рон мгновенно просек ситуацию и потащил друзей к прилавку с мантиями.

— Нам, пожалуйста, те три черных, с капюшонами, — протараторил он.

— Замечательный выбор, — растягивая слова, произнес торговец, медленно прошагиваясь мимо висящих мантий. — Очень выгодное решение — на капюшоны наложена магия…

— Да-да, нам, пожалуйста, побыстрее, — поторопил его Малфой, нервно оглядываясь в сторону приближающейся Беллатрис.

— Вы уверены, что хотите именно черные? — так же медленно и степенно вернувшись с мантиями к непосредственным покупателям, спросил торговец. — Сейчас лето, на улице очень жарко, хотя, впрочем, о чем я? На мантиях особая магия…

— Нельзя ли немного побыстрее? — процедил Рон.

— Но может быть вам нужна другая расцветка… — продолжал тот.

— Вас, кажется, попросили обойтись без лишних разговоров, — прошипел Поттер, смерив торговца убийственным взглядом.

Тот сразу весь сжался, что-то залепетал и протянул мантии.

— Сколько? — спросил Малфой.

— Только из уважения к вам, я готов понизить цену на эти замечательные, редчайшие изделия… — затараторил торговец, но, глянув на сузившего глаза Гарольда, выдал: — Семьдесят галеонов.

— Сколько? — ахнул Уизли. — Да это же грабеж! За что тут такие деньги платить?

Малфой безропотно отдал требуемую сумму, чем вверг своих друзей в еще больший ступор, чем цена мантий, и первым же накинул на голову капюшон. Рону и Гарри ничего не оставалось, как последовать его примеру и отойти к прилавку с оружием, с деланным интересом оглядывая ассортимент предложенных на выбор орудий убийства (ну или самозащиты). В мантиях, к слову, оказалось не так уж и жарко — видать, не врал торговец о наложенной на них магии. Только вот оказались они на размер больше чем нужно, хотя, впрочем, чего было ожидать, если мальчики даже перед покупкой и померить-то толком ничего не успели, спеша скрыть свои лица от Беллатрис Лестранж, которая, кстати, как раз проходила мимо.

Изменилась она с их последней встречи мало, по крайней мере — внешне, а вот внутри, как подозревали трое слизеринцев, перемены произошли разительнейшие. С виду она походила на степенную высокородную даму, случайно оказавшуюся в этой разномастной толпе, однако резкие, нервные движения, прожигающий насквозь взгляд и крепко сжатая в руке волшебная палочка выдавали Беллатрис с головой. Потеря дочери по ней ударила очень сильно, и теперь она собиралась мстить всем виноватым в этой трагедии.

— Белла, говорю же, показалось тебе, — настаивал Эйвери. — Нет тут никого! Люциус сказал, что выслал мальчика куда-то на лето, и в Англии его нет. Белла, заклинаю тебя, пойдем домой!

— Я видела, — отрезала она.

— Мерлин и Моргана, Беллатрис, я так больше не могу! Четвертый час уже здесь по солнцепеку мотаемся! Это же невозможно! Вот хоть у этих почтенных господ спроси — не было тут никого, — трое «почтенных господ» на которых нежданно-негаданно обратил внимание Эйвери, внутренне сжались. Но глубокие капюшоны их пока спасали от разоблачения. — Вы здесь троих мальчиков лет четырнадцати не видели? Один из них светленький такой, Малфой-младший.… Нет? Вот видишь, Беллатрис…Беллатрис? Ты куда собралась? Погоди! Черт, а ты что ко мне прицепился? Отстань малец, не до тебя!

Маленький мальчик, все это время нарезавший вокруг него круги и предлагавший провести экскурсию по Темной Аллее и показать самые примечательные места, с разочарованным вздохом отступил, но тут же уставился с открытым ртом на замерших в напряжении Гарри, Рона и Драко, глядевших в спину удаляющимся Пожирателям. Похоже, внушительный внешний вид «благородных господ» и на него произвел впечатление.

— Пронесло, — облегченно выдохнул Малфой-младший. — Так, все, надо отсюда срочно уходить, пока они не вернулись. Предлагаю попытаться отыскать тут проход в «Иллитрис» и схорониться до вечера у Сорвина.

— Я могу вас туда проводить, — обрадовано пискнул мальчик.

— Что за черт тут происходит? — тихо спросил Рональд, одним глазом подозрительно косясь на мальчонку — Может, все-таки объяснишь, с какой-такой радости мы от твоей тетки прячемся? Ну, я, конечно, понимаю, что мы летом напортачили сильно… но виноватыми Пожиратели вроде бы сочли Блэка и Люпина — ты сам об этом говорил.

— Если господа желают пройти к книжному магазину мага Сорвина…. — начал юный проводник, но опять остался без внимания.