Чтение онлайн

— К тому же, какие у нас места знаю только я — ни отец, ни, тем более, крестный, в это не посвящены. Так что если им взбрендит в голову нас выискивать и отлавливать, сделать это будет просто-напросто невозможно — им придется весь стадион обшаривать. К тому же, на самом видном месте они искать ни за что не догадаются, — он злорадно ухмыльнулся, уже представляя, какая пакость поджидает Малфоя-старшего и Снейпа, если они вздумают помешать.

— М-да, предусмотрительные вы, оказывается, — протянул Рон, судорожно соображая, чем может обернуться такой «поход» для них самих. То, что главным «сдерживающим элементом» вместо Малфоя теперь был он, Уизли категорически не нравилось. — Ну, с тобой-то все ясно, а как же Гарри?

— А что со мной не так? — набычился Поттер.

— Скоро ведь полнолуние…. Вдруг ты себя плохо почувствуешь? Или случится что-нибудь?

— Во-первых, Уизел, для этого есть мой портал, который я перенастрою обратно на Паучий тупик сразу же, как только мы окажемся на стадионе, — снисходительно пояснил Драко. — А, во-вторых, есть я с моей эмпатией и в случае чего…

— Да видел я уже, что с тобой в этом самом «случае чего» происходит. От тебя толку в такой ситуации полный ноль — у тебя же самого голова напрочь отказывается работать, — охладил его пыл Рональд. — Надо что-нибудь более действенное. И пока мы с этим не разберемся, планы побега я рассматривать отказываюсь.

— Это ты меня так агитируешь за употребление ваших со Снейпом зелий? — ехидно осведомился Гарри.

— Не вижу ничего смешного! — нахмурился Уизли. — Тебе надо принимать зелье как минимум два раза в день, и если ты не хочешь таскаться весь день по стадиону, бренча склянками в кармане, нужно будет каким-то образом усилить утреннюю порцию…

— Знаешь, Рон, чему я всегда поражался? Ты вечно умудряешься свести все мировые проблемы всего лишь к изготовлению какого-нибудь зелья!

— Ничего себе — «какого-нибудь»! Я как представлю, что мне за эти два дня надо провернуть.… Менять на свой страх и риск снейпов состав…

— Так у тебя же давно руки чесались, — подначил его Драко.

— Да еще и каким-то образом под носом у Снейпа сварить усиленное зелье… — с каждым словом Рональд оживлялся все сильнее: наконец-то нашлась достойная проблема, над которой можно поломать голову! — Короче, я уже примерно представляю, как нам все это провернуть.

— Тогда все нормально — если с нами Рон, значит, все получится, — ехидно произнес Гарри. — Ну да ладно. У нас есть практически двое суток, чтобы продумать план, а пока давайте-ка вернемся в лабораторию и изобразим глубочайшее раскаянье, чтобы никто ничего не заподозрил.

Глава 18. Без приключений не обошлось

План Рона, постоянно корректируемый Гарри и Драко, был прост, как крышка от котла: днем он с помощью друзей быстренько напортачит в лаборатории (а сам на самом деле еще быстрее сварит для Гарольда усиленную версию целительного отвара имени Северуса Снейпа). Мастер Зелий, естественно, им устроит за это «жизнь в алмазах» — назначит какой-нибудь аналог школьного взыскания (худшим вариантом из всех было чистить чердак — там находились залежи вековой пыли и мусора, которые благодаря «пробегавшему мимо» Гарри превратились в черт знает что…). Малфой подсуетится с порталом, наложит отвлекающие чары, и трое находчивых слизеринцев с чистой душой на пару часиков смотаются на новый Британский квиддичный стадион. Снейп, которого они, по идее, должны будут своим поведением довести до нервного тика, по заверениям Малфоя-младшего, в таком состоянии о них и до утра не вспомнит. Вроде бы никаких препятствий на пути юных любителей национальной игры волшебников не было. Все было продумано до мелочей (в допустимых приделах, конечно же).

Матч должен был начаться ближе к вечеру, а это значит, что мальчикам, собиравшимся телепортироваться аккурат к его началу, надо будет очень точно рассчитать время. К этому делу подключили изнывающего от нездоровой жажды действия Поттера. Так что пока Рон придумывал, какой же «суперклей» ему придется варить в этот раз, Гарри расписывал по времени все их действия, что было совершенно не удивительно — с деканом Слизерина ухо надо было держать востро. Чего только стоило его неожиданное возвращение раньше времени, пока трое ребят совершенно спокойно и беззаботно прогуливались по Темной Аллее, ни сном, ни духом не чуя никаких подвохов. В общем, весь предшествующий матчу день был посвящен разработке и утверждению плана. Гарри, Рон и Драко, дабы не вызвать лишних подозрений у Снейпа, прилежно делали вид, что все в порядке, и ничего не случилось, чем они, собственно, и занимались со времени своего маленького «совета». Люпин тоже легко мог почуять неладное, поэтому комедию пришлось разыграть и перед ним. Но только он все равно как-то странно косился на мальчиков, что те, не слишком-то мудрствуя, списали на приближающееся полнолуние (как и некоторые «неадекватности» в поведении Гарольда). Сам Поттер, кстати, никаких тревожных перемен в себе не замечал и, каждый раз, когда его друзья начинали волноваться и всерьез рассматривать идею об отмене «крестового похода», он всеми силами их убеждал, что ничего не случится и все будет в порядке. Малфой и Уизли до поры до времени ему верили.

Итак, час «икс» наступил. Оказавшиеся такими замечательными и незаменимыми мантии уже были упакованы, портал был заранее настроен, а сами «юные герои» были решительно настроены и ни за что не собирались упускать свой шанс. Рональд с самого утра окопался в лаборатории (разумеется, с разрешения подозрительно косящегося на мальчиков Снейпа — в противном случае Уизли бы тут в жизни не залез). Там он таинственно позвякивал банками с ингредиентами, хрустел пергаментом, бормотал что-то и на ходу (точнее — прямо в процессе варки) пытался доказать неправильность утверждения «лучшее — враг хорошего». Его в очередной раз втянули в свою бредовую затею Гарри и Драко, хотя и сам он не особенно-то сопротивлялся, да и на матч страсть как хотелось — такое событие…

«Добавить волос из шерсти мантикоры, — Уизли сопровождал свои действия мысленным монологом. — А лучше сразу два — так, на всякий случай. А теперь мелко порезанный пучок травы априн, и основа готова. Еще хорошо был один листочек хирогии, но его легко можно заменить толченым когтем гиппогрифа…. Легко-то легко, а вот надо ли? Ну ничего, чем больше я тут наворочу — тем вернее сработает любимый принцип научного тыка. Главное все-таки не переборщить».

Пока Рон с умным и в высшей степени просветленным видом рылся в запасах ингредиентов в поисках чего-нибудь этакого, его друзья были предоставлены самим себе и усиленно готовились к предстоящему побегу. На самом же деле они просто без дела слонялись по дому, изредка перекидываясь фразой-другой. Периодически заглядывали на кухню и «кусочничали» — все были на нервах, и особенно плотно есть никому не хотелось. К вечеру запас тем для светского разговора «ни о чем» успел истощиться, и мальчики решили заглянуть к Уизли. Тот сидел в центре помещения перед огромным котлом, зловеще побулькивающем на огне, и грыз ногти. Похоже, первоначальный план дал трещину — у Рональда ничего не выходило. Коротко глянув на лицо товарища, Малфой-младший, с присущими ему временами непосредственностью и простодушием, схватил первую попавшуюся банку и щедро сыпанул ее содержимым в котел. Вопль Рона «Осел, зачем так много-то?» заглушил грохот. Котел, будто снабженный реактивной тягой, взвившись к потолку, намертво там прилип и, повисев там в раздумьях пару секунд, взорвался.

Довольный делом рук своих Драко, моментально закрывший их с Поттером чарами щита, с чувством внутреннего удовлетворения и явно читающейся в глазах фразой «хочешь, чтобы результат был таким, какой нужен, — делай все сам» разглядывал постапокалиптический пейзаж лаборатории. Из-под перевернутого стола выбрался Рон, спешно стирая с лица сажу. Гарольд флегматично обозревал обстановку из дверного проема, даже и не собираясь проходить дальше. Как ни странно, лаборатория мало пострадала. Ни один из хрустальных флаконов с зельями, ровными рядками стоявших на полках, не лопнул и даже не треснул — некоторые из них лишь слегка закоптились, а другие и вовсе остались стоять так же. Это было несомненным плюсом — если бы мальчики в порыве чувств и благородных намерений ради разбомбили абсолютно все, их ожидал бы печальный конец. Некоторые из банок с ингредиентами все же разбились, и теперь перед шкафами и под полками лежали ровные кучки смешанных друг с другом порошков и трав. Это было куда печальнее, но все же не смертельно. В довершение всего до головешек были сожжены стулья, а вот вышеуказанный стол, послуживший Рону своеобразным щитом таки «выжил», правда, тоже порядочно пообгорел. Так же цвет «легкой палености» приобрели и каменные стены. А на потолке так и висели приклеенные к камню ядрено-желтой коростой останки котла, лишившегося своего днища, вместо которого зияла живописная дырища.

Чтобы оценить ситуацию и возможные варианты развития событий потребовалось ровно столько времени, сколько заняло у Северуса Снейпа спуститься со второго этажа в подвал и, отпихнув в сторону Гарри, войти в лабораторию. Чтобы понять, что происходящее катастрофически не соответствует планам, было достаточно увидеть выражение лица «главного слизеринского благодетеля». Чтобы окончательно понять, что все не просто плохо, а очень плохо, и что все присутствующие за исключением Снейпа — полные идиоты, хватило только одной реплики Мастера зелий, решившего ради успокоения буйных голов пойти на крайние меры. Троих гениев-камикадзе пинком выкинули из лаборатории, загнали на чердак (это еще кое-как вписывалось в рушащуюся на глазах схему побега), и, в довершение всего, лишили палочек. Снейпова «мстя» была ужасной, и оспаривать сей факт не смела ни одна букашка.

Чердак встретил троих ошеломленных полным провалом своих грандиозных планов слизеринцев унылой и безрадостной обстановкой: в углу примостилось наполовину ободранное стараниями Гарольда кресло с насмерть въевшейся в обивку пылью. Повсюду валялись обрывки страниц из каких-то книг, припорошенные щепками и подсохшей грязью. Вдоль стен возвышались устрашающие кучи старого и никому не нужного барахла, из которого выглядывали парочка плафонов от торшера, замусоленный край скатерти (в своей далекой юности, надо сказать, имевшей чистейший белый цвет)… Над верхним краем маленького слухового окошка, не чищенного, казалось бы, как минимум пол века, сплел для себя уютное «гнездышко» разжиревший на охоте за местными мухами паук. Заскользив на ниточке-паутине вниз к одному из своих мушиных «продовольственных складов», он приветливо махнул лапкой разом позеленевшему Рональду, рухнувшему на ближайший стул. Спасибо древнему слою пыли, успевшему, похоже, спрессоваться, «посадка» была мягкой.