Чтение онлайн

Тем временем на поле схватились друг с другом лепреконы и вейлы, успевшие подначками довести друг друга и судью до белого каления. И если лепреконам в качестве оружия использовать было особенно нечего (разве что метко кидаться монетками), то преобразившиеся от злости в ужасных гарпий и разом потерявшие все свое очарование вейлы обеспечили своим аргументам весомую поддержку в виде какой-то огненной гадости, который они швырялись в талисманов Ирландии. Чтобы разнять вейл и лепреконов, на поле пришлось выйти аврорам. Но это мало чем помогло — просто теперь во всеобщей сваре участвовали еще и они. Однако все внимание зрителей обращено было отнюдь не на эту баталию — они наблюдали за происходящим в воздухе. Ирландцы, чуя, что развязка близка как никогда, с утроенным рвением бомбардировали ворота Болгарии. Квоффл буквально пулей перелетал из рук в руки, а Бэгмен снова не успевал называть имена игроков.

Вздумавшему в этот острый момент помочь своим товарищам Виктору Краму ирландский загонщик Куигли засветил бладжером в лицо, внеся и свою лепту в травмирование многострадального, ломанного-переломанного крамовского носа. Стадион протяжно охнул. Но здоровье болгарского ловца судью интересовало меньше всего — ему успела подпалить мантию какая-то вейла, и Мустафа с азартом включился в «успокоение» аврорами этих озлобленных фурий. Впрочем, и самого Крама собственное состояние не шибко волновало — вслед за Эйданом Линчем, разглядевшем-таки далеко внизу снитч, он рванул к земле. Через несколько секунд томительного ожидания болельщикам снова было наглядно продемонстрировано, кто лучше летает: Линч опять пропахал землю и исчез под в остервенении на него накинувшимися вейлами.

— Все, Линч уже играть не сможет, — прокомментировал Драко, так же как и другие, крупным планом через омнинокль наблюдавший за зрелищным столкновением двух «твердынь»: упрямца-Линча и земли. — Не видели, снитч-то он хоть поймал?

— Не-а, это был Крам, — довольно заявил Рон.

В подтверждение его слов, Виктор Крам, в насквозь пропитавшейся кровью спортивной мантии, медленно поднял вверх руку с зажатым в ней золотым мячиком.

Табло мгновенно вспыхнуло: «Болгария — сто шестьдесят, Ирландия — сто семьдесят».

— Ирландия победила! — взревел Бэгмен, перекрывая радостные вопли ирландских болельщиков, готовых своих героев на руках носить. — Виктор Крам ловит снитч, но побеждает Ирландия! Просто невероятно!

— И зачем он это сделал? — недоумевал Джереми Поттер, поднимаясь со своего места. В Высокой Ложе был относительно тихо — никто не выражал своей радости (или наоборот — разочарования) какими-либо воплями, поскольку это совершенно не соответствовало статусу большинства присутствующих.

— Это очень мужественное решение, — заметила Гермиона, вместе со всеми хлопая Ирландской команде, совершавшей по полю круг почета. — Крам знал, что им все равно не догнать по очкам ирландцев — слишком уж велика разница в умениях и опыте. Да вы посмотрите, у него просто ужасный вид! А он еще играл!

— Ну, все, теперь Грэйнджер из-за Крама обрыдается, — не удержался от комментария Драко, заранее отодвигаясь подальше от Гарольда, зло швырнувшего на сидение омнинокль.

— Очень приятно слышать такую рассудительность от столь юной девушки, — заметил болгарский Министр Магии, который, как оказалось, прекрасно говорил по-английски. — Что ж, во всяком случае, мы храбро сражались — победа досталась Ирландии в честном бою.

— Так вы…? — возмущенный Фадж недоуменно на него уставился. — А еще весь день делали вид, что ничего не понимаете!

— Шут гороховый, — буркнул себе под нос Поттер.

— Что верно, то верно, — со вздохом заметил Уизли, бросив взгляд в сторону своих братьев и отца.

— Кубок мира вносят в Высокую Ложу, где его вручит победителям Министр Магии Британии Корнелиус Фадж! Поаплодируем!

В глаза присутствующим ударил яркий свет. Высокую Ложу осветили так, чтобы всем было видно, что происходит внутри. Спешно поднялись по лестнице игроки ирландской сборной. Все еще раздраженный Фадж буквально всучил в руки Трою кубок (Линч окончательно так и не пришел в себя после сильного удара и, слегка окоселый, но донельзя счастливый, поддерживаемый Моран и Конолли, улыбался во все оставшиеся зубы). Всюду защелкали фотоаппараты. Бэгмен пожимал руки победителям, покровительственно хлопая их по плечу. Естественно, те это принимали с большой благодарностью, да и кто не болел в детстве за легендарных Уимблдонских Ос, чей выдающийся загонщик сейчас переквалифицировался в министерского работника? Болгарская команда прощалась с болельщиками на поле, поскольку им никто ничего вручать не собирался. На том и закончился самый необычный финал Чемпионата Мира по квиддичу.

* * *

— Ребята, а давайте задержимся слегка? — канючил Рон, спускаясь по лестнице следом за друзьями.

Впереди шел Министр со своими «приближенными» и авроры. Грюма среди них не было. Да и вообще, кроме них почему-то никого больше не наблюдалось. Неужто лестницу ради удобства Фаджа перекрыли? Впрочем, удивляться тут было совершенно нечему.

— Ну что нам тут еще делать? — раздраженно осведомился Гарри. — На матче побывали, на ирландцев с близкого расстояния поглядели, даже Крама вживую видели. Все план выполнен, можно домой возвращаться. К тому же и так нас уже долго не было — Снейп наверняка пол Лондона перевернул в поисках своих непутевых воспитанников.

— Нет, направление мыслей правильное, не спорю, — влез Драко. — Но позвольте вам напомнить, что палочек-то у нас нет, и я не знаю, как переколдовать портал на дом крестного. У кого какие на этот счет предложения?

— Прибить Малфоя, — сразу же отреагировал Гарольд.

— Э? Поттер, ты чего? — опешил Драко. — Я-то чем виноват?

— Не будешь всякой гадостью в котлы кидаться.

— Так, Уизел, утихомирь нашего буйного друга — ему пора очередную порцию зелья принять. А разнервничался-то как… Подумаешь, Грэйнджер Крама похвалила! Ничего особенного не случилось, и небо нам на головы не упало! Что бы ты знал, Поттер, девчонки всегда западают на мировых знаменитостей. Вон, за твоим братцем целый вагон поклонниц таскается еще с первого курса. И что, помер от этого кто-нибудь? Ну, разве что только какая-нибудь слезливо-сопливая особа, которая трагически погибла от разрыва сердца, когда Крыс ей случайно улыбнулся в коридоре.

— Крайне рекомендую кое-кому заткнуться, — не терпящим возражений тоном отрезал Гарольд.

— Все, все уже умолкаю! Уизел, что ты копаешься? Зелье ищи, олух!

— И без тебя знаю, что мне делать, — огрызнулся Рон, судорожно разыскивая флакончик с зельем. — Нет, ну ведь точно же помню, что я его успел сварить и даже прихватил, когда нас твой крестный поганой метлой из лаборатории гнал… Моргана побери, ну куда я его засовал?

— Погодите, а что это они встали? — удивился Драко, наблюдая за тем, как Фадж останавливается у выхода со стадиона. — Ну и ну! Так вот зачем лестницу-то перекрыли!

Из бокового прохода показались игроки сборной Болгарии, успевшие себя к этому времени привести в относительный порядок и сменить мантии. В первую очередь они, конечно же, поздоровались со своим Министром, а потом раскланялись и с остальными. При этом Облонский, быстро о чем-то заговорив с Крамом, вскользь упомянул и о словах Гермионы, сочтя, что ловцу будет приятно услышать такую лестную оценку от совершенно постороннего наблюдателя. Грэйнджер мгновенно покраснела и потупилась. Гарри еще разве что не зарычал от злости, и что самое интересное, причину мгновенно вспыхнувшей к Краму ненависти он объяснить не смог никак и ничем. Малфою, которому опять досталось со всех сторон, оставалось только уповать на постепенно разряжающийся амулет и собственные силы. Джереми же, на время лишившись всеобщего внимания (после представления его болгарам о нем благополучно забыли), не испытывая ни малейшего смущения, сразу же полез наводить мосты с игроками болгарской сборной и, само собой, Виктором Крамом в первую очередь.

— Ну, так мы пойдем или нет? — добавив в голос как можно больше язвительности, осведомился Гарольд, неприязненно поглядывая в сторону братца, который разговорился с Крамом и представил ему Джинни и Гермиону.

— Еще секундочку, — попросил Уизли, успевший ввязаться в спор с одним из болгарских загонщиков, увлекавшимся зельями (о том, что он должен разыскивать отвар для Гарольда, Рон давным-давно забыл). Если бы Волчанов знал, с кем он спорит (а спорит он с без пяти минут четверокурсником, а не профессором зельеварения), и кто именно в порыве чувств схватил какой-то прутик и принялся выписывать на земле схемы, его бы удар хватил.