Чтение онлайн

Котяра похлопал ее мечом по завязанным лианами ботинкам, но она не шевельнулась. Он воткнул меч в торф и наклонился ниже, увидел, что женщина еще жива, снял с пояса жезл силы и вложил ей в руку.

Это ничего не дало. Она была слишком слаба - уже умирала.

Вор осмотрел грязную сетку ее нагрудника и нашел на воротнике контакты для жезла. Присоединил к ним янтарный стержень - и снова ничего не случилось.

Он налил в руку дождевой воды из фляги и стал отмывать ее лицо, ища раны, которые пропустил при беглом осмотре. Распухшее лицо дернулось, когда капля воды замкнула контакт с жезлом силы, и Чарм полился в изможденное лихорадкой тело.

Она вскочила и направила ружье на человека-зверя, склоненного над ней.

Котяра отступил за меч Таран, подняв руки.

– Я - друг, - произнес он индигово-синим голосом, и это помогло Чарму жезла успокоить испуганную женщину.
– Я использовал жезл власти, чтобы вас вернуть. Вы умирали.

Женщина приложила руку к воротнику и опустила ружье. Опухшее лицо начало принимать нормальный вид.

– Вы спасли мне жизнь.
– Она говорила тихо, рассеянно, будто слушая шорох сна.
– Но мой брат, Поч, - его вы видели? Я потеряла его в джунглях.
– Он покачал головой:

– Только вас.

Она вгляделась в черненый Глаз Чарма на плече, увидела, что он не работает, посмотрела в другой. Он тоже оставался темным, и возня с чармопроводом не помогла.

– Я должна его найти, - пробормотала она, ничего не соображая, потом когда Чарм стал сильнее, закончив восстановление жизненно важных органов, пришла в себя. Ее взгляд стал острее.

– Кто вы?

– Котяра, - ответил он, поднимаясь с земли.
– Но это не я вас спас. Вас нашел меч герцога, а я - всего лишь его несчастный наследник.

Она села, поднялась на колени, глядя сразу на зверечеловека и на торчащий из земли меч.

– Это меч Таран.

– Да- - Наследник?
– Она встала на ноги. К ней полностью вернулось сознание.
– Если вы - наследник меча, значит, вы союзник лорда Дрива.

– Я был его союзником, - ответил Котяра.
– Лорд Дрив мертв.

Женщина обмякла, но нарастающая сила Чарма в нагруднике подхватила ее. Отчаяние сменилось решимостью. Этому ужасу надо положить конец!

Она протянула Котяре руку.

– Я - Джиоти, маркграфиня Одола. Я обязана тебе жизнью, Котяра. И потому ты должен теперь мне сказать: мы оба - союзники против общего врага?

Он восхитился работой ее амулетного нагрудника, видя, как быстро разлился Чарм по ее телу, исцеляя и очищая женщину прямо у него на глазах. Он принял ее руку и взглянул в бледное веснушчатое лицо, выражающее гнев без жестокости. Она была - ярость, сила, управляемая более высокой целью. Ему она сразу же понравилась.

Она проявила к нему равное уважение, сильно пожав его руку, когда он заявил:

– Враги лорда Дрива - мои враги.

Сев под бородой гигантского леса, они рассказали друг другу историю своих бедствий.

Пока Кот говорил, Джиоти мысленно благодарила его за Чарм, который он ей дал, ибо с помощью этого Чарма она смогла скрыть свою первую реакцию на его внешний вид. Всю свою жизнь в Арвар Одоле она общалась со звериным народом, от товарищей детских игр и до дворцовых стражей, но никто и никогда не вызывал в ней столь всепоглощающий интерес, как этот человек с кошачьей внешностью. Когда Джиоти узнала о его амнезии, его резкие черты показались ей всплывшими из человеческих глубин, куда более глубоких, чем его звериные метки, и ей захотелось помочь ему вспомнить.

Он упомянул Бульдога, и Джиоти вспомнила велеречивого философа, глубокомысленного Пса, который вывел ее из Заксара - кажется, уже очень давно. Чарм сшил их судьбы вместе. И в этом она почерпнула надежду, жадную надежду выжить и положить конец этому кошмару.

"Я опьянела от Чарма, - поняла она и слегка протрезвела от мысли: - Я должна была погибнуть".

Сильные чувства, которые пробудил в ней этот незнакомец, решила Джиоти, всего лишь прилив Чарма в изголодавшееся тело. Когда пришел ее черед рассказывать о страшных потерях, она изложила их будничным тоном.

Котяра слушал и размышлял, не вел ли его меч Таран именно к этой женщине. Может быть, разыскивая Тиви, возлюбленную погибшего герцога, магическое лезвие нашло двойника его души? Он хотел в это верить. Ее характер, ее горячность манили его к себе. Она совсем не была похожа на женщину с черными волосами из его сна, но пробуждала в нем то же всеохватывающее желание.

"Как это может быть?" - подумал он и стал искать сходство черт, а когда не нашел, решил, что у нее тот же дух, что у возлюбленной из его снов, и этого достаточно, потому что в своей реальности и смертности Джиоти была тенью его вечной души. Когда он узнал, что она прошла обучение воина, он понял, что меч нашел ее, чтобы заменить Дрива.

Он отстегнул перевязь с ножнами и положил ее рядом с мечом.

– Меч лорда Дрива принадлежит тебе.

Джиоти встала и подошла к мечу. В этот самый момент ее брат был где-то в Нхэте, живой или мертвый - неизвестно. Змеедемоны наводили ужас на Ирт. Все это было слишком реально, и она, не надеясь справиться с бедой, но благодарная за шанс попытаться, положила руку на рукоять и поклялась посвятить свою жизнь и смерть делу этого клинка.

Потом, подняв глаза от меча, посмотрела на Котяру.

– Я пойду с тобой, - сказал человек-зверь, - если будет на то твое позволение.

Радость, которую она ощутила, глядя на него - гибкого, с синей шерстью, лишенного Чарма, полного звериной божественности, - мешалась с невероятным удивлением от того, что она снова оказалась жива и полна Чарма. Она не откажет ни этому мечу, ни доброму вестнику, который его принес.

– Пойдем искать моего брата.

Ралли-Фадж стоял в горячем свете дня, ощущая, как истекает лучами из его пор Чарм. Медленно шла по небу Извечная Звезда, и его физическое тело опадало, а разум летел на порыве Чарма далеко над этим небом.

Высоко в бушующей атмосфере, в потоке Чарма от Извечной Звезды, колдун наслаждался трансом и пустотой. На сообщение Властелину Тьмы о поимке Дрива еще не пришел ответ, и колдун на время ожидания оторвался от Ирта.

Когда пришел вызов от Худр'Вра, внизу мало что изменилось: на ярком треугольном фасаде Дворца Мерзостей все так же клацал конвейер боли, волоча тяжелый по своему бесконечному пути груз страданий Дрива. Все так же спали в хижинах рабочие, отдыхая перед трудами грядущей ночи. Влетали и вылетали в окна пирамиды занятые строительством змеедемоны.