Чтение онлайн

Агата, устроившись на моём плече, тихо мурчала мне в ухо. Её теневая шерсть чуть заметно шевелилась, впитывая рассеянную энергию. Умная кошка. А ещё до меня только сейчас дошло, кого она напоминает.

Были у в моём мире теневые гончие, от воя которых кровь из ушей шла. Возможно, в этом мире теневые ирбы стали аналогом гончих. Если так, то я получил бесценного питомца, способности которого будут лишь развиваться со временем.

Изредка в чаще мелькали смутные тени, но стоило Агате встопорщить уши или кому-то из гвардейцев щёлкнуть затвором, как они тут же исчезали. Скорее всего, монстры низкого класса не хотели связываться с большим отрядом, хотя в сибирском очаге каждая тварь бросалась в бой, не разбираясь, кто сильнее, а кто слабее.

– Ничего, ребятки, сейчас дойдём, – проговорил Демьян, зорко глядя по сторонам. Его рука не отпускала автомат. – Потерпите ещё, немного осталось.

Бойцы мрачно кивнули и чуть ускорили шаг. Сквозь редкие стволы деревьев уже виднелись огни дозорных башен и платформа, похожая на ту, по которой мы спускались. Но расслабляться было рано. Последние метры всегда самые опасные.

И вот, когда до отмеченной на карте финишной точки оставалось не больше полусотни шагов, из-за огромного валуна вышел Пётр Григорьевич Лутковский. На нём был безупречный, без намёка на пыль или помятость, мундир главы Тайной Канцелярии. Руки Лутковского были спрятаны за спиной, а на лице застыло выражение вежливого, почти отеческого интереса.

– Ваше сиятельство, – кивнул мне канцлер. – Поздравляю с успешным завершением испытания… и с победой. Выглядите, прямо скажем, не самым презентабельным образом.

Агата растворилась в тенях, едва заметила канцлера, а Демьян чуть дёрнул плечом, бросив взгляд на потяжелевший рюкзак, но ничего не сказал. Я остановился, давая сигнал отряду замедлиться. Гвардейцы инстинктивно выстроились в более плотный порядок, прикрывая раненых.

– Пётр Григорьевич, – я слегка склонил голову, чувствуя, как от этого движения темнеет в глазах. – Не ожидал встретить вас в очаге. Может быть, вы недовольны итогами? Ставили не на того победителя?

Лутковский усмехнулся. В его глазах мелькнул холодный огонёк игрока, видящего всего лишь одну из фигур на доске, которой можно легко пожертвовать в угоду своим интересам.

– Не стоит так переживать, ваше сиятельство, – канцлер продолжал усмехаться. – У меня нет задачи подтасовывать результаты испытания.

Сразу видно, что Лутковский давно в политике. Первое, о чём я подумал, увидев его здесь, что он и впрямь решил лично проконтролировать, чтобы победил нужный человек. И я знал, что им должен был стать Эдвард Рейнеке, а не я.

Из очага раздались звуки сигнальных ракет. Видимо, Воронов и Ерофеев пришли в себя и решились покинуть очаг. Я не стал оборачиваться, сосредоточив всё внимание на канцлере.

– Видите ли, граф, я всегда предпочитаю получать информацию из первых рук, – Лутковский сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. – Истребители монстров докладывали мне о каждом шаге участников испытания. Полагаю, вас заинтересуют их выводы.

– Вовсе нет, – сухо ответил я. – В первую очередь меня интересует то, что мне нужно привести в порядок себя и своих людей. Четырём из них требуется помощь целителя.

– Безусловно, – Лутковский согласно кивнул, но было заметно, что он удивился отсутствию у меня интереса к выводам наблюдателей.

Я и без того знал, что они видели и что могли подумать. Опять слушать байки про Вестника Тьмы? Вот уж нет. Прежде всего нужно позаботиться о людях, а потом уже всё остальное.

Канцлер убрал правую руку из-за спины и щёлкнул пальцами. Из-за деревьев появилось около десятка человек в лёгком, но функциональном снаряжении с шевронами императорской гвардии. Это были истребители монстров, но я не видел ни одного из них в лагере перед началом испытания.

– О ваших людях позаботятся, – канцлер указал рукой в сторону дозорной башни с выдвижной платформой и неспешно направился к ней, поманив меня следом. – В лагере есть всё необходимое для первой помощи пострадавшим.

Команда истребителей, не дожидаясь дальнейших приказов, разделилась. Трое из них подхватили Лаптева, Орехова и Голубева на особый манер – закинув тех на плечи. Ещё один протянул прихрамывающему Назарову ампулу с обезболивающим.

Я видел, как напряжение наконец-то начало спадать с лиц моих гвардейцев. Плечи Демьяна Сорокина расслабились, и он впервые за долгие часы повесил автомат на плечо.

Через минуту истребители побежали к платформе так резво, будто на их плечах не болтались раненые бойцы. Мои люди не отставали – без ноши в виде раненых они двигались куда быстрее.

Я перевёл взгляд на Лутковского, который наблюдал за этой сценой с тем же учтивым, нечитаемым выражением.

– Ну что, Константин Валерьевич, – произнёс он, когда все бойцы оказались на расстоянии пары метров. – Позвольте проводить вас. Его величество будет ждать отчёта. А мне не терпится услышать вашу историю из первых уст. Думаю, она будет куда увлекательнее сухих строк протокола.

Он сделал изящный жест рукой, приглашая пройти вперёд, к платформе, где заканчивалось испытание и начиналась новая игра, уже на политической арене. Я кивнул и сделал последний шаг, чтобы выйти из леса. Лутковский шёл рядом с таким видом, будто наслаждался прогулкой.

– Когда-то это место называлось Воробьёвыми горами, – сказал он вдруг. – Видом отсюда любовались иностранные послы и горожане, он был символом мощи и величия Российской Империи. Именно сюда привозили важных гостей, чтобы произвести впечатление.

– Благодарю за экскурс, – равнодушно ответил я. – Я изучал историю.

– Ещё бы, – добродушно усмехнулся канцлер. – Насколько мне известно, вы много чего изучали. Но в ваше поле интересов никогда не входила усиленная боевая подготовка, тем более, магическая.

– Обстоятельства изменились, – я пожал плечами, глядя на то, как истребители цепляют себя к металлическому тросу и поднимаются на выдвижную платформу. – Пришлось многому научиться за короткий срок.

– Кстати, об обстоятельствах, – Лутковский замедлил шаг. – Его величество ожидал увидеть другого победителя.

Я промолчал. Наконец-то мы дошли до сути. А то я уж решил было, что канцлеру стало скучно и он отправился в очаг любопытства ради.

– Если вы ожидаете почестей и наград, то можете забыть о них, – серьёзно сказал он.

– Что вы? Как я могу ожидать награды? – я усмехнулся. – Я с самого начала знал, что получу то, что было у моего рода полторы сотни лет.

– Не дерзите, граф, – в голосе канцлера появилась угроза. – Вы отстояли своё право на врата, сохранили целостность своих земель и защитили честь рода. И вы остались живы – это уже немало.