Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия
Шрифт:
– М-м, – я прищурился и посмотрел на неё. – Ты видела моё пламя на испытании и во время сражения с князем Давыдовым? Его описание было в тех учебниках, которые ты изучала?
– Я уже думала об этом, – Юлиана выпрямилась и сделала шаг в сторону. – Твоё пламя, способности Виктории, Борис и его пустой взгляд, Юлия Сергеевна, сбросившая тридцать лет и, как ты только что сказал, ментальный блок. Ничего из этого не вписывается в известные таксономии даров. В Особом Корпусе нас учили, что магия – это система. Жёсткая, предсказуемая, с чёткой классификацией.
Она принялась расхаживать вдоль окна.
– Сначала я решила, что в тебе проснулась кровь Тишайших, поэтому ты способен на большее, чем кто-либо другой, – проговорила она, не глядя на меня. – Но ничего из того, что ты показал, не вписывается. Твоя магия… она другая. Она не системная, а первозданная.
Юлиана замолчала и остановилась на месте. Её взгляд замер на моём лице, а пальцы сжались.
– Ликвидаторы, о которых все шепчутся, но никто не может поймать… ты убил двоих. В одиночку, – щёки Юлианы побледнели, а в глазах вспыхнул исследовательский огонёк. – Это может значить только одно. Ты знаешь их слабости, ты знаком с их природой лучше, чем Тайная Канцелярия. И ты даже сделал своего брата таким, как они.
– К чему ты клонишь? – с интересом спросил я. Мне нравилось, что Юлиана умеет анализировать увиденное и услышанное.
– Ты знаешь всё о моей направленности дара, и ты подсказал решения для Виктории, – голос Юлианы стал тише. – Ты сказал, что «тьма переиграла» тебя в ситуации с Борисом. Не магия, не дар, а именно тьма. Константин… ты говоришь о ней, как о живом существе.
Она отступила на шаг, будто испугалась собственной догадки.
– Ты никого не боишься – ни князей, ни императора, ни тьму. Ты будто воплощение самой тьмы… ты и есть тьма.
– Поздравляю, – спокойно сказал я, встав с диванчика и шагнув к ней. – Тебе удалось постичь то, что другим не дано. Я – тьма. Я – её голос, её вестник и страж. И тебе нужно решить для себя, сможешь ли ты выдержать рядом со мной дольше, чем несколько месяцев.
– Ты разве ещё не понял? – сдавленно спросила она. – Я чувствую не ужас, не страх перед тобой, а облегчение. Потому что стоять рядом с тобой – единственный шанс не быть раздавленным, когда весь мир полетит гроксам в глотку.
В её голосе не было лести или подобострастия. Вместо них была прагматичность и голая правда, которую я всегда ценил в людях.
Я преодолел оставшееся между нами расстояние и обнял Юлиану. Она на мгновение застыла, напрягшись всем телом, а потом резко выдохнула и расслабилась. Я чувствовал, как она мелко дрожит, но постепенно успокаивается.
Юлиана упёрлась лбом в моё плечо и положила ладонь мне на грудь. Мы стояли так несколько минут. Без слов и без каких-либо намёков на нежность. Я показал своей невесте, что принял её, а она – что готова довериться мне.
Наконец она отстранилась. В её взгляде появилась та самая решимость, которую я уже успел оценить в московском очаге.
– Завтра на приёме мы покажем, что выстоим против всех них, – уверенно сказала она. – Спасибо, что не оттолкнул и не прогнал меня. Ты не пожалеешь об этом, обещаю тебе.
– Спокойной ночи, Юлиана, – сказал я и направился к двери.
– Спокойной ночи, Константин, – она проводила меня взглядом, в котором больше не было прежней отстранённости и сомнений.
Отлично, значит, она разобралась в себе и больше не станет метаться между образами стеснительной девицы и холодной аристократки. Завтрашний день покажет, напрасно мы готовились к приёму или он ничего не значит.
Выспавшись, я вспомнил, что до сих пор не выполнил обещание, данное Владу Ерофееву. Я откладывал расчистку леса на их территории за стеной, но скоро это будет выглядеть совсем уж неприлично. Времени до вечера у меня навалом, все свои дела я уже сделал и, в отличие от Юлианы и бабушки, мне не нужно готовиться к приёму несколько часов.
Попросив Якова принести мне завтрак в апартаменты, я набрал номер соседа.
– Константин, рад слышать тебя, – раздался в трубке довольный голос Ерофеева. – Как у тебя там дела?
– Всё хорошо, спасибо, – улыбнулся я. – Я тут вспомнил, что истекает срок моего обещания по поводу деревьев на вашей территории. Как смотришь на то, чтобы прокатиться с ветерком по очагу?
– Положительно смотрю, – рассмеялся княжич. – Буду рад тебя увидеть, сосед. И кстати, мой отец хотел с тобой познакомиться лично.
– В таком случае, жду вас у врат через час, – я глянул на часы. – Или это слишком рано?
– Шутишь? Мы привыкли вставать на заре, так что уже успели позавтракать и как раз решали, чем занять день, – со смехом сказал Ерофеев. – Будем через час на месте.
Положив трубку, я принялся за еду. Всё же нравился мне мой сосед. Если его отец хоть немного похож на сына, в чём я не сомневался, то мне очень повезло.
Хорошо иметь союзников под боком, а не врагов, готовых воткнуть тебе клинок в спину. Сначала Давыдов пытался убить моих близких и избавиться от меня, теперь в его имении поселились боевые маги света, которым позарез нужен потенциальный Вестник Тьмы.
Я не сомневался, что Мироновы не от большой любви предлагали мне брачный союз. Не удивлюсь, если они вообще все тёмные рода будут перебирать в поисках нужного кандидата в мужья для Софьи. И наверняка это будет кто-то, у кого больше всего шансов стать главой рода, чтобы князь мог заполучить ручного тёмного, за которым не стоит сильный род.
Если подумать с такой стороны, то я был идеальным кандидатом. Лучше может быть только полный сирота. Ну или тот глава рода, которого можно сделать сиротой без большой шумихи.
Я отставил в сторону приборы, оделся и вышел на улицу. Машину подали через пару минут, а через полчаса я уже стоял у врат со своим отрядом, ожидая Ерофеевых.
Они подъехали в оговорённое время без опозданий. Первым из машины вышел гвардеец Ерофеевых, следом за ним Влад и только потом – глава рода.
Князю Ерофееву на вид было около пятидесяти. Это был подтянутый мужчина в доспехах и с такой же стрижкой, как у сына. Выбритые виски отливали серебром, а светлые волосы на макушке были собраны в высокий хвост.
– Константин, познакомься, – это мой отец Юрий Александрович Ерофеев, – представил мне отца Влад.
– Рад знакомству, ваше сиятельство, – я склонил голову в приветствии и оценил ауру стихии воды вокруг князя. Ещё один грандмаг.
– И я рад, ваше сиятельство, – пробасил он. – Раз уж вы с моим наследником поладили, предлагаю титулами язык не мозолить. Чутью Влада на людей я доверяю, так что давайте попроще.
– Как скажете, Юрий, – согласился я. – Выдвигаемся или у вас есть, что обсудить?