Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия
Шрифт:
– А потом?
– После завершения приказа все твои эмоции вернутся, – пообещал я. – Ты изменишься, это факт. Но изменения будут происходить постепенно и будут похожи на обычное взросление. Именно для этого я здесь – чтобы быть рядом и разделить с тобой эту ношу.
– Я проливаю кровь, ты меня останавливаешь, а потом я становлюсь обратно собой? – уточнил он ещё раз.
– Да, именно так всё и будет происходить. Ты будешь слышать только мой голос и ничей больше, ведь это я отдам приказ пролить кровь, – сказал я. – Это непреложный закон. Тьма даёт только один шанс перехватить контроль.
– Тогда давай сделаем это, – улыбнулся он, храбрясь изо всех сил.
– Конечно, сделаем это вместе, – я улыбнулся в ответ.
– Вижу монстров, – крикнул Игорь Лаптев, останавливая бойцов. Сегодня он командовал отрядом вместо Демьяна или Максима. – Иглошёрсты, второй класс.
Через минуту и мы увидели, как Агата гонит в нашу сторону тех самых шипастых зайцев, про которых она говорила. Они были похожи на дикобразов и кроликов одновременно – скручивались в шар и выставляли длинные иглы. Моя питомица выглядела счастливой, когда подцепляла одного такого иглошёрста лапой и подкидывала его в нашу сторону.
– Всем отойти в сторону, монстров убивать только после того, как дам команду, – сказал я, положив руку на плечо Бориса. Агата поняла, что я её заметил, и взяла левее, завернув монстров по дуге. – Первым атакует Борис, вы добиваете.
– Мне нужно дождаться твоего приказа? – спокойным голосом спросил Боря, не спуская взгляда с иглошёрстов.
– Да, выбери одного монстра и рань его, – тихо сказал я. – Остальное сделают гвардейцы и Агата. Твоя задача – пустить кровь.
– Понял, – кивнул он с серьёзным видом.
– В бой! – выдохнул я приказ.
Брат смотрел на монстров ещё пару секунд, а потом метнул в них теневые кинжалы с обеих рук разом. Теневые клинки достигли цели через мгновение, пронзив иглошёрстов насмерть. Борис замер, став похожим на статую самого себя.
– Добивайте! – крикнул я, сделав рывок к брату, который уже скользнул к монстрам коротким прыжком через тень.
– Будет сделано, – отчеканил Боря и исчез в долю секунды.
Он не переместился на изнанку, а просто перестал существовать. Я не слышал его шагов, не видел ауру, не ощущал его энергию.
Гвардейцы вскинули автоматы и успели сделать несколько выстрелов до того, как я остановил их.
– Всем замереть на месте! – рыкнул я. Гвардейцы замерли на полушаге, а Агата свалилась на землю в прыжке. – Никому не дёргаться, не двигаться, не дышать! И ни единого звука!
Я сделал несколько шагов к разбегающимся монстром, как они вдруг начали умирать. Невидимые лезвия кромсали их и отшвыривали обратно, а мой брат уже бил следующих. Бойня продолжалась недолго, всего секунд тридцать, за которые Борис перебил всю стаю иглошёрстов.
Когда он материализовался передо мной, в его глазах не было ни единой эмоции. В них не было ничего, даже отблеска жизни. Я видел лишь тень, стелющуюся под ногами моего брата и укутавшую его в теневой доспех.
Вот и всё. Первый бой прошёл. Мой брат больше никогда не станет прежним. Это не его выбор, и не мой. Так решила тьма, а спорить с ней – всё равно что спорить с камнем.
– Борис, отбой, – приказал я. Брат повернул ко мне лицо, на которое ещё не вернулись эмоции. А потом тишину разрезал дикий визг.
– Боря! Братик! – успела прокричать Виктория, до того, как Юлиана зажала ей рот ладонью.
Борис повернулся на крик, склонил голову к плечу и вдруг поднял взгляд на Юлиану.
– Вижу цель, – сказал он и растворился в туманной дымке.
Глава 24
У меня было меньше секунды, чтобы среагировать. Я рванул к Юлиане и окутал её тьмой. И уже через мгновение в барьер ударили теневые кинжалы, пропарывая его насквозь.
– Виктория! – прорычал я, вливая больше энергии в барьер. – Прикажи ему отступить! Быстро!
– Это не Борис, – взвизгнула она. – Это не он!
– Если ты не прикажешь отступить, то больше никогда не увидишь своего брата, – прошипел я, доставая кинжалы. Сражаться с восьмилетним мальчиком мне хотелось меньше всего на свете, но какого-то грёбаного демона всё пошло не так. – Живо!
– Б-борис, – пролепетала Вика, упав на колени. – Отступи… пожалуйста…
– По-твоему это похоже на приказ? – рыкнул я.
– Борис, назад! – закричала она, не сдерживая рыдания. – Пожалуйста- пожалуйста… Борис, отступи!
Мой барьер продолжал трещать от ударов теневыми клинками. Борис не реагировал на слова Вики, хотя принял от неё задание. Я уже ничего не понимал.
– Стоять! – заорал я во всё горло. – Назад!
Удары прекратились, а через пару секунд Борис проявился из тени. Его взгляд был пустым и безжизненным, но он хотя бы остановился.
Юлиана прижала руки к шее, будто прикрывая то место, куда был направлен первый удар. Её плечи были напряжены до дрожи, а в глазах читался животный ужас. Не столько перед возможной смертью, сколько перед тем, во что превратился ребёнок на её глазах.
– Убери теневой щит, – приказал я, понизив голос. Борис молча убрал тень и встал на месте. – Вика, прикажи ему сесть.
– Ч-что? – она подняла на меня заплаканные глаза. – Зачем?
– Делай, как я говорю, – я сдерживал раздражение изо всех сил. Нельзя сейчас поддаваться эмоциям, нам нужно вытащить брата, а наказать Вику за самоуправство я ещё успею.
– Борис, сядь на землю, – растерянно сказала она.
Борис сел на землю, скрестив ноги. Я убрал теневой барьер и встал напротив брата, пытаясь понять, что произошло. Никогда тьма не раздавала таких щедрых даров, чтобы у её орудия было сразу два покровителя.
Крик Виктории проигнорировал все законы и каким-то образом ударил напрямую в Бориса. Нужно подождать, когда он придёт в себя, чтобы понять, что делать дальше.
– А дышать уже можно, господин? – шёпотом спросил Игорь.
Я повернулся к гвардейцам и увидел, что они стоят с красными напряжёнными лицами. Кивнув им, я услышал жадные вдохи. Не помню, чтобы я отдавал им приказ не дышать, но они держались без воздуха почти две минуты.
– Костя… – начала Вика, но напоролась на мой ледяной взгляд и замолчала, опустив глаза.