Чтение онлайн

Дед Михаил с парой наших инженеров заканчивал последние подключения, что-то ворча себе под нос.

— Да не тот разъём, олухи! — раздался вдруг его голос из недр машины, превращённой в помесь броневика с вахтовкой. — Смотрите на схему! Или мне самому гайки крутить?

Мотаясь по разломам, я успел подзабыть, каким требовательным бывает дед, когда речь заходит о деле. Всегда найдёт, к чему придраться. Хотя, если честно, после недели общения с придворными подхалимами его ворчание звучало как музыка.

Бронированных машин нам выделили без ограничений, лишь бы получилось. Хорошо быть княжеским родом — князьям можно не только гвардию иметь, но и бронетехнику, и даже боевую авиацию. От собственного «Горбунка» я бы, пожалуй, не отказался.

А машину пехоты мы переделали. Экипажу предстояло провести в ней, не выходя на улицу, три дня до перевахтовки. Так что пришлось оборудовать практически жилой модуль, вплоть до туалета и кухни.

Вместе со мной окончания приёмки ждал Ратмир, привычно оглядываясь по сторонам в поисках угроз.

— Всё, система запитана, — сообщил дед, выбираясь на улицу. — Можно начинать.

Прикоснувшись к холодному металлу, я сосредоточился и влил в артефакт небольшой импульс чистой энергии — ровно столько, чтобы «разбудить» душу щелкунчика внутри и запустить автоколебания. Под моими пальцами кожух едва заметно вздрогнул, и от него пошла низкочастотная вибрация, которую можно было уловить, только если хорошо знать, на что обращать внимание.

И каждый такой импульс ввинчивался в головы всех тварей в округе, как буравчик в зуб, прямо по живому нерву.

— Начинай движение по направлению к центру, — приказал Ратмиру по рации.

— Я прогуляюсь в тенях, посмотрю, как твари реагируют, — предупредил я. — Далеко не заезжайте, на первый раз ста метров хватит.

— Принято, — кивнул Ратмир.

БМП тронулась с места, её гусеницы заскрежетали по промёрзшей земле. Я шагнул в тени и быстро обогнал машину, наблюдая за эффектом.

Это было… впечатляюще.

Разломные твари, до этого мирно пасшиеся или грызущиеся друг с другом, внезапно поднимали головы, тревожно принюхивались и бросались наутёк. В их движениях, в том, как они метались, я чувствовал растерянность. Невидимое излучение, создаваемое «глефой», действовала на них, как ультразвук на собак. Они не понимали, что происходит, но чувствовали дискомфорт и угрозу. В панике они бежали вглубь эпицентра, подальше от нашего «раздражителя».

Работает артефакт, — констатировал я про себя. — Ещё как работает. Даже лучше, чем я рассчитывал!

— Тварей не наблюдаем, — раздался в наушнике голос Ратмира. — Система работает стабильно.

— На текущих настройках фронтальный радиус действия около ста метров, — вернувшись к машине, поделился я наблюдениями. — В стороны не ходил, там должно быть пару километров, но по касательной, так что сложно будет оценить. Пока хватит, наблюдаем.

Я оставил Ратмира с его вахтовым экипажем патрулировать первый сектор и вместе с дедом вернулся в лабораторию. Нужно было обсудить результаты и посмотреть последние новости с другого фронта. А главное — впервые за пять дней заняться настоящим делом.

?

В лаборатории нас уже ждали мои красавицы. Аня специально приехала из усадьбы, чтобы показать ежедневную сводку, а Ариэль, как допуск в лабораторию и мастерские получила — так готова была здесь ночевать.

На столе дымились кружки с кофе, рядом с дорогущим оборудованием стояла тарелка с недоеденными бутербродами — как будто мы все разом вдруг переехали сюда жить.

— Свежее от Разумовского, — Аня с довольной улыбкой протянула мне планшет. — Тебе понравится. Наши активисты в Японии жгут напалмом.

Ариэль отложила в сторону какие-то схемы и тоже подошла посмотреть.

Я пробежался глазами по отчёту, и на лице непроизвольно расплылась улыбка. Информационная война шла полным ходом, и ребята из «конторы» работали на совесть.

Сводка состояла из коротких, но ёмких видеороликов.

Вот митинг в Осаке. Толпа возмущённых граждан с плакатами «Хватит кормить армию!» и «Мир с Россией — процветание Японии!»

Неплохо работают. Вон какие фотогеничные лица в первых рядах. Интересно, сколько им за этот перформанс платят? И где они нашли столько аутентичных японских лиц в рядах нашей разведки? Хотя, зная Разумовского, он и настоящих японцев мог завербовать.

— О, а вот это наше пиво! — хихикнула Аня, заглянув через моё плечо.

Следующий ролик действительно был шедевром. Типичный японский бар, приглушённый свет, пожилой японец в поношенной куртке наливает в стакан пиво «Четыре Егеря», смотрит прямо в камеру и на чистом японском толкает речь о том, что простым людям война не нужна, и что с русскими надо договариваться, а не воевать.

— А вот это уже тонко, — одобрил я. — И пиво рекламируют заодно, молодцы.

— Папа доволен, — кивнула Аня. — Рейтинги Мусасимару падают всю неделю. Ладно народ — даже аристократы начали в открытую сомневаться в необходимости войны.

План работал. Медленно, но верно мы раскачивали лодку под императором Мусасимару. А ощущение контроля над ситуацией грело душу после недели бессмысленной придворной суеты.

Что ж, лучший бой тот, который не состоялся. Скоро японцы сами императора своего свергнут и попросят мира.

Внезапно прямо посреди лаборатории материализовалась Тёмная.

Выглядела она… хреново. Бледная, с тёмными кругами под глазами, и от неё веяло таким мрачным фатализмом, что даже у меня по спине пробежал холодок. Словно она только что с похорон вернулась. Причём со своих собственных.

— Артемис, — она уселась за стол напротив меня. — Надо выпить. Что там у тебя есть самого крепкого?

— А если ничего нет? — усмехнулся я.

— А если найду?

Интересно, а на богов алкоголь вообще как действует? И действует ли вообще?

Я молча достал из криптора бутылку абсента. Она взяла её, свернула пробку и выпила залпом прямо из горла, даже не поморщившись. Как будто это была вода. Или как будто ей было всё равно, что пить.

— Тяжёлый день? — осторожно поинтересовался я.

— Неделя, — мрачно ответила она, вытирая рот тыльной стороной ладони. — И это только начало.

Она внезапно исчезла и через секунду вернулась с ящиком розовых бутылок, который водрузила на стол.

— Держи, — настойчиво протянула она мне бутылку. — Только ты сможешь меня понять.

Аня и Ариэль переглянулись и молча сели за соседний стол, греть уши, делая вид, что изучают схемы артефакта. Дед, подумав, тоже отложил все дела и присоединился к девчонкам. И только Яна с Дилей отошли в самый дальний угол лаборатории. Судя по вытянутому лицу лаборантки, Диля ей сейчас как раз очень активно рассказывала, кто именно к нам пожаловал.