Чтение онлайн

Я же подошёл к Могриму. Он всё так же стоял, оцепенев, глядя на то, как его мёртвые собратья поднимаются из праха. Я положил руку ему на плечо.

— Могрим, — сказал я тихо, не отводя взгляда от приближающихся мертвецов. — Это твои братья, обращённые в рабство. Эти тела — рабская клетка для их душ. Мы упокоим их окончательно, их души освободятся и смогут вернуться в круг перерождений.

Гном медленно поднял голову. Слёзы на его лице высохли, а в глазах зажёгся яростный огонь. Он посмотрел на руины — и его пальцы сжали рукоять секиры так, что побелели костяшки.

Я почувствовал мощнейший всплеск силы, исходящий от него. Земля под его ногами треснула от переполняющей его энергии. Благословение Лексы, умноженное на его ярость, превратило Могрима в нечто совершенно новое.

— ЗА МОЙ НАРОД! — зарычал он, срываясь с места.

Этот рёв, полный боли, скорби и всепоглощающей ярости, прокатился по мёртвому миру, отразившись эхом от руин.

?

И завертелось.

Лавина. Безмозглая, но плотная костяная лавина обрушилась на нас.

— Ратмир, распредели по площади! — бросил я в канал штаба.

— Принято! Заслон и отряд Чернова — второй квадрат… — тут же отозвался начштаба из рубки Стража.

Не дожидаясь окончания распределения, я призвал Шейру, Весту и Мальфира с Лавой. Пантер я сразу подключил к Лиане, она с ними ещё в Арапахо общий язык нашла.

— Ратмир, — позвал я. — Лиана отвечает за взаимодействие с кошками. Драконы на мне!

Энергетический канал между Лексой и Могримом вспыхнул в астрале, и по нему хлынул поток чистой силы. Гном, уже врезавшийся в первые ряды нежити, буквально взорвался мощью.

«Лава, наверх! — скомандовал я своей виверне. — Мальфир, давай поджарим самых прытких!»

«С удовольствием!» — прорычал дракон, расправляя крылья.

С высоты, с шеи Мальфира, открывалась завораживающая и жуткая картина. Руины города шевелились. Куда ни кинь взгляд серебристо-белая рябь костей вставала их праха и ползла к площади. «Реки» нежити текли по бывшим проспектам, «озёра» скапливались на перекрёстках. Враг был повсюду, лез из-под каждой арки, вываливался из окон, полз по грудам мусора. Город выплёвывал кости.

Но наша позиция оказалась на удивление выигрышной. Площадь оказалась достаточно большой, чтобы мы смогли на ней развернуться в полную силу, а примыкающие улицы — достаточно узкими, чтобы нежить не могла накинуться на нас всем скопом.

Так что если они думают, что заперли нас со скелетами, то хрен им по лбу. Это их заперли с нами.

В центре этого ада царил даже не Ярик — Могрим. Он был аватаром мести. Его секира двигалась с нечеловеческой скоростью, не просто разрубая, а дробя костяные тела в пыль. Каждый взмах превращал десятки скелетов с ржавыми секирами и молотами в облако костяной крошки. Он не защищался — он шёл вперёд, прорубая просеку в бесконечной армии мертвецов.

Император Голицын и его «Заслон» действовали как слаженный огнемётный комплекс. Они создавали стены огня, выжигая целые улицы. А будто этого мало, Голицын плавил сам камень мостовой, превращая улочки в реки раскалённой лавы, которая поглощала целые отряды нежити, оставляя за собой блестящие пятна чёрного стекла.

— Командир, к руинам в седьмом квадрате подходит отряд бронированных скелетов! — доложил Ратмир.

— Задержите, я их сверху угощу! — скомандовал я. — Мальфир, ныряем!

Дракон сложил крылья, и мы камнем рухнули с неба. Бронированные скелеты — возможно, бывшие королевские гвардейцы — размахивали двуручными мечами. Мальфир, пройдя над ними на бреющем полёте, выжег драконьим огнём целую просеку. Скелеты рассыпались, превращаясь в обгорелую пыль.

— Голицына сюда, — передал я Ратмиру, — Ариэль пусть перебросит. Тесса на подборе

Пять секунд, и Ариэль, прихватив императора, телепортировалась через всю площадь прямо ко мне. Я жестом указал на потом бронепехоты и Голицын понял. Когда мы с Мальфиром заходили на второй заход, тяжёлые скелеты уже вязли в ставшем вдруг жидким камене. А тех, кто прорывался, встречал взвод Тессы. Их мечи с магопроводностью взрывали скелетов изнутри, не оставляя им никаких шансов.

Но в основном инферны сражались не на площади — они использовали руины. Хлопок телепортации — и пятёрка инферн появляется на крыше полуразрушенного здания, обрушивая на головы нежити огненный шторм. Ещё хлопок — и они уже внизу, в тылу очередной волны, их мечи прошивают позвоночные столбы скелетов, магия огня сквозь магопроводящие клинки превращает черепа и кости в мелкое крошево.

— Командир, у нас четвёрка попала в окружение! — сообщил Сергеев по рации.

— Ариэль, Нага! — я переключился на канал своего отряда. — Выручайте хлопцев, где-то во втором квадрате.

Хлоп, хлоп — и окружённые гвардейцы один за другим исчезли, телепортированные обратно к основному отряду.

А в самом центре, как несокрушимый утёс, возвышался Ярик. И он не разменивался на мелочь.

— Ратмир, в пятом квадрате, скопление тяжеляков! — передал я, заметив группу скелетов-великанов.

— Принял. Седьмой взвод, отойти. Ярик, цель справа, — перераспределил задачи Ратмир.

Молот Ярика, выкованный из танковой брони, опускался с гулким, сотрясающим землю ударом. Но это был не просто удар — Ярик бил по земле, и от точки удара расходилась концентрическая ударная волна, которая не только сносила сотни скелетов, но и обрушивала полуразрушенные стены на их головы.

— Аня, присмотри, чтобы наших не зацепило, — вызвал я невесту напрямую. — Там, где работает Ярик.

— Приняла! — отозвалась она.

Трещины в земле, поползшие было по площади, остановились, сменили направление и поползли в сторону очередного скопления очередных скелетов.

Мы же с Мальфиром и Лавой контролировали небо, поливая самые плотные скопления врага драконьим огнём и синим пламенем Кодекса.

А Шейра с сестрёнкой прыгали на дальних подступах, давя скелетов лапами, как тараканов. Души уничтоженных ими скелетов попадали ко мне, но я тут же отправлял их на перерождение.

— Лекса, как дела? — связался я с полубогиней по приватному каналу.

— Купаюсь в благодарности, — её голос дрожал от эмоций. — Артём, каждая освобождённая душа касается меня, благодарит… Это невероятно!

Я переключился на астральное зрение. С каждым уничтоженным скелетом от него отделялась светлая искра — освобождённая душа. И эти искры не уходили сразу — они словно касались Лексы в рубке Стража, а от неё уже расходились потоки чистой энергии к нашим воинам.

Час. И ещё один. Костяная река не иссякала. Повсюду громоздились барханы костей — местами по колено, а некоторые кучи были выше человеческого роста. Реки расплавленного камня текли по улицам, унося с собой тысячи скелетов. Файерболлы Голицына прореживали толпы нежити, как коса траву.