Чтение онлайн

— Это… — кайзера заметно передёрнуло, — достоверно известно?

— Я присутствовал при ритуальном самоубийстве ацтекского жреца, — я посмотрел Фридриху в глаза, чтобы понять, насколько он в курсе той старой истории с Чипахуа, но, похоже, до ацтеков ему дела не было. — Как артефактор, я чувствую такие вещи, Ваше Величество.

— Нам, видимо, придётся поверить вам на слово, — заметил Карл.

— Не совсем, — улыбнулся я. — Мы провели реинжиниринг алтаря в пирамиде Арапахо и сумели воспроизвести технологию, только без кровавых жертв. Чистая техномагия! Полагаю, это достаточно убедительно доказывает нашу компетентность в данном вопросе?

— Но сторонним экспертам ознакомиться не дадите? — прищурился кайзер.

— Почему? Пожалуйста, знакомьтесь. У ацтеков ещё много пирамид, до которых мы пока не добрались, — развёл я руками. — Рекомендую найти одарённого с двумя дарами — сканера и артефактора, или сканера-менталиста, и отправить поприсутствовать при жертвоприношении.

— Вы имеете в виду Йеллоустоунские пирамиды? — уточнил Карл.

— Да любые, — пожал я плечами. — Все пирамиды существуют лишь для сбора энергии развоплощённых душ. На поддержание Периметра идёт от силы три процента этой энергии.

— Вот как?! — кайзер удивлённо приподнял бровь. — А остальное?

— Они откармливают тёмного бога, — я откинулся в кресле, наблюдая за эффектом. — И я не знаю, как далеко они продвинулись. Возможно, близки к завершению, и скоро молодой и очень голодный бог явит себя. А может, уже откормили. Многие боги не очень любят публичность.

Фридрих с Карлом переглянулись. В их взглядах прямо-таки читалось «допился, вызывайте санитаров».

— Старые легенды говорят о возможном пришествии тёмных богов, — осторожно заговорил Карл. — О Рагнарёке… Но… создать бога? Для чего? А главное — зачем?

— Не создать, — я прикинул, как много могу рассказать, прежде чем вопросы появятся уже ко мне. — Раз в тысячу лет рождаются люди или иные разумные, которые потенциально могли бы стать богами. Чаще всего — погибают, так и не осознав своих возможностей. И главная из них — возможность напрямую поглощать души других разумных. Не остаточную энергию ритуалов, как некроманты, а именно сами души. Если такая личинка бога оказывается достаточно сильным и, что не менее важно, везучим одарённым — то через сотню или может быть тысячу лет он может пойти по пути бога. Это качественная трансформация, разрыв с привычной материальной формой. Путь светлого бога — это молитвы и вера, тёмного — кровь и жертвы. Угадайте, какой путь выбирает большинство будущих богов?

— Тот, что выгоднее, — кивнул кайзер. — Вы считаете, князь, что ацтеки нашли такого одарённого?

— Скорее, это он их нашёл, — хмыкнул я. — Сумел создать артефакт, отпугивающий разломных монстров, а потом стал взимать за пользование им абонентскую плату. Сами ацтеки, кроме разве что верховного жреца и возможно императора, даже не подозревают, с чем имеют дело. Я общался со жрецами — они не имеют ни малейшего представления об истинном положении вещей.

— В то, что вы говорите, трудно поверить, — вздохнул Карл и добавил: — Да и не хочется, если уж начистоту.

— Лекса, Лиана, Могрим и Ри пережили плен у тёмного бога-коллекционера, — я посмотрел на Аню и та, спохватившись, принялась рыться в своём телефоне. — Не самый сильный божок, захватывать множество миров не спешил, судя по свите из высших вампиров, начинал с некромантии. Коротал вечность, занимаясь коллекционированием, и если бы он собирал редкие марки — к нему и вопросов бы не было. Но он собирал редкие души.

Аня как раз нашла нужное видео и включила его на большом экране. Половине присутствующих пришлось повернуться, а вот Лиана наоборот, предпочла отвернуться.

На видео была наша с Лексой схватка с вампирами и самим коллекционером.

— Это ведь другой мир? — уточнил кайзер, внимательно глядя на экран.

— Да, это была короткая вылазка перед Арапахо, — кивнул я.

— По виду очень сильный маг, но вполне материальный, — заметил Карл. — Уж ядерный взрыв-то точно не переживёт!

— Даже мы легко пережили ядерный взрыв, уйдя глубоко в тени, когда разбирались с вормиксом, — улыбнулся я такой наивности. — Самое сложное в победе над тёмным богом — заставить его сражаться лично. Этот попался на том, что защищал свою коллекцию.

— Правильно ли я понимаю, князь, — нахмурился кайзер, — что по вашей классификации вормикс — это была не очень большая проблема? И что тёмный бог — гораздо серьёзнее?

— Вормикс — просто хорошо защищённая, но довольно тупая тварь, — я глянул на Голицына, и тот кивнул, подтверждая мою правоту для своих «коллег». — Я сходу назову десяток тварей куда опаснее вормикса. Да взять хоть ту же гидру. Тоже жрёт всё подряд, регенерирует с бешеной скоростью, но при этом умная, быстро учится и способна передвигаться со скоростью поезда. Или балахонник — энергетический вампир, который присасывается к своим жертвам и годами тянет из них энергию. Выглядит как тряпьё на ветру, поэтому такое название. Может выпить население крупного города, и от этого, понятное дело, только сильнее становится. Медуза Леоса, способная сожрать всё живое в океане и в конечном итоге заполнить его собой целиком. Теневой Джинн — этот вообще неуязвим для обычных магов и оружия, потому что живёт в теневом плане, очень глубоко. Есть такие твари, Ваше Величество, которые целенаправленно охотятся на богов, но сами ещё хуже.

Но кайзер мне, кажется, не поверил. Может, я перегнул палку?

— Вы, кажется, сомневаетесь в словах Артёма? — неожиданно заговорил Могрим. — Мой мир оказался полностью уничтожен просто потому, что одному тёмному богу показалось удобным проложить через него дорогу. В один день, ставший судным, открылись тысячи порталов, и из них повалили мёртвые воины. Мой народ сражался, как никогда в жизни, но был уничтожен полностью. А потом возрождён из праха, чтобы служить завоевателю.

— Я покажу, — Аня углубилась в телефон. — Только какую запись выбрать…

— Погоди, наши спецы смонтировали небольшой фильм, — остановил её отец и запустил видео со своего телефона.

Что сказать, спецы Разумовского поработали на совесть. Сколько прошло времени, как мы вернулись? Дней пять, наверное? За это время они собрали всё, что фиксировали камеры в походе — Анина, моя, Голицына, гвардейцев «Заслона», и конечно, Стража. С него вообще нон-стоп панорамная съёмка велась.

Ну и колонки в императорской трапезной оказались как в небольшом кинотеатре. Вибрацию очень хорошо передавали!

— Вот они, братья и сёстры, — Могрим, глядя на экран, вытер тыльной стороной ладони глаза.

Продолжить рассказ он не смог, и пришлось мне.

— Это был первый Мёртвый мир, в который мы пришли. Большинство этих скелетов — гномы, но попадались и явно чужеродные. Битва продолжалась несколько часов, потом поток иссяк. Мы их упокоили, а потом пошли дальше. Двести пятьдесят шесть миров за неделю.

— Так вот вы куда пропали… — потрясённо выдохнул кайзер.

— Да, Фридрих, — кивнул Голицын, — пока мы тут возимся в песочнице, там, за пределами нашего мира, идёт Большая Война. И хотим мы того или нет — мы в прифронтовой полосе.