Тень чужой души
Шрифт:
– Откуда ты знаешь про мои сны? – упрямо продолжаю я, не отпуская его, но чувствую, как он обмякает.
Внезапно он хватает меня за кисть руки и шепчет в лицо:
– Книга.
После этого он теряет сознание, а я…
…пустые лица.
Они возникают из ниоткуда, и вскоре я вдруг замечаю, что на месте глаз и рта у них проявляются впадины. Словно маски на Хэллоуин, они смотрят на меня отовсюду. Искажённые рты открылись в беззвучном крике.
– Ты боишься, – шипит голос существа в моих ушах, и я затыкаю их руками.
– Нет! – ору так громко, насколько позволяет осипшее горло.
Да, они хотят, чтобы я боялась. И я боюсь.
Страх такой сильный, что, кажется, будто я вот-вот упаду в пропасть безумия и сойду с ума. Но я не схожу с ума. Я кричу, выплескиваю всё и даю им бесполезный отпор.
– Я вас… не боюсь!
И в этот же миг я открываю глаза в кабинете Фракса.
– Каролина? Как ты? – вижу его озабоченное лицо перед собой.
– Нет! – пытаюсь выкрикнуть я, но получается какой-то хрип.
Толкаю Фракса, и он отшатывается.
– Нет!
Я лихорадочно соображаю. Вспоминаю, что было.
Гипноз? Нет! Это сумасшествие! Безумие! Фракс сошёл с ума! Он ненормальный…
Я должна спастись от него…
– Каролина, всё хорошо! Что ты чувствуешь? Что ты видела?
Перед глазами ужасное костлявое существо… Лица… Отрубленные руки… В моей голове хаос.
Я не могу ни о чём думать. Фракс. Фракс сделал это со мной Как он мог? Он заставил меня пережить это! Мои мысли путаются. Кажется, среди них нет ни одной разумной.
«Сойти с ума» – крутится в моей голове. «Ты должна сойти с ума».
С громким душераздирающим криком я опрокидываю стол. Фракс пытается успокоить меня, но я толкаю его так сильно, что он падает. Хватаю со стола лампу и кидаю в него. Он уворачивается, и она разбивается.
– Каролина, прошу!
«Он никогда не был тебе другом, раз решил поступить так» – мечется в мыслях.
В комнату входят люди, я не могу на них сфокусироваться.
– Помогите… Кажется, она… – Фракс набирает воздуха, словно не решается произнести то, что хочет вслух. – У неё приступы… Она будто сходит с ума.
– Это ты… – шиплю я. – Ты сошёл с ума!
Меня хватают за руки, но я вырываюсь, издаю безумные звуки. Мне нравится, что я могу вести себя так. Это помогает выплеснуть эмоции. Хоть немного.
Я легко отталкиваю людей, схвативших меня, и раскидываю книги с книжной полки. В дверь заходят ещё люди, они снова хватают меня. Я вырываюсь, но внезапно понимаю, что совершенно выдохлась. Я делаю это, чтобы они думали, что я сошла с ума, но мне хочется, чтобы они как можно скорее увели меня отсюда.
И они уводят. В дверях я с отвращением смотрю на лежащего на полу Фракса, и он одними губами произносит: «Прости».
– Это твоя вина! Я ненавижу тебя! – кричу я вслед, но не слышу, что он говорит в ответ. Дверь в его кабинет передо мной закрывают и меня тащат дальше.
Глава 5
…передо мной вдруг возникает человек. Он скучающе водит пальцем по лежащему перед ним топору. Я поднимаю глаза и начинаю дрожать, когда вижу над ним висячие руки. Отрубленные руки.
Вокруг темно, свет падает лишь на человека и отрубленные развешанные руки, и меня охватывает надежда, что в темноте он меня не увидит, но тут незнакомец поднимает глаза.
– Я устал, Каролина, – произносит вдруг мужчина низким голосом. – Мне всё это надоело. Тебе нравится это?
– Нет, – сбивчиво отвечаю я.
– Я могу тебе помочь, – говорит он медленно и берёт в руки топор.
– Нет, – выдыхаю я. – Не надо…
– Не хочешь?! – обиженно кричит он, замахиваясь.
– Не хочу, не надо!
Я закрываюсь руками, и вдруг наступает тишина.
– Мне она нравится. – Тихий, спокойный голос пронзает тишину, отзываясь эхом.
Снова тишина.
– Проводи её ко мне. – Голос звучит ближе
Чувствую чью-то ледяную руку у меня на плече и другую на спине, они толкают меня вперёд.
– Каролина, – шепчет голос прямо на ухо, и я вздрагиваю. – Открой глазки.
Я сжимаю веки сильнее.
– Такая трусишка. Я таких люблю.
Чья-та шершавая, сухая ладонь касается моей щеки, и я резко распахиваю глаза.
– А ты не такая уж трусиха, да?
Передо мной тощий, серый человек. Он очень длинный и напоминает скелет, поэтому вряд ли «человек» подходящее слово для него. На его лице бордовая маска с нарисованным чёрной краской улыбающимся лицом.
– Я тебя не боюсь, – нахожу в себе силы сказать.
Его рука, костлявая, неприятная и не по-человечески длинная обнимает меня.
– Что ты пытаешься доказать? – наклоняется ближе ко мне, и я чувствую его холодное, неживое дыхание.
Внутри меня всю трясёт, и я сжимаю челюсти, чтобы он не увидел, как дрожат мои зубы.
Внезапно он отворачивается и смотрит в другую сторону. Я слежу за его взглядом и вижу того человека с топором. Он стоит посреди мрачных игрушек, окружающих нас, и будто ждёт чего-то.