Тень дигитайзера
Шрифт:
Книгохранительные палаты встретили Ибрагима тишиной и блеском. Здесь всегда царила неимоверная чистота и тишина. На счет этого у Фотия был пунктик. Словно он был главбоцманом на линкоре, а не степенным монахом библиотекарем. Здесь чинно сидели немногочисленные переписчики. Плавно двигались подростки, коим повезло попасть в команду Фотия, а где-то за стенкой так же тихо лязгали примитивные книгопечатные машины. Перед келью Фотия маячили две рослые фигуры его подопечных. Один из бойцов, особо не таясь таскал на поясе огнестрел, второй судя по плотно надвинутому капюшону сутаны имел запрещенную гарнитуру связи.
Фотий изволил почивать. Это стало ясно по его помятому и слегка не выспавшемуся лицу. Он молча протянул руку и развернул листок пергамента. Затем резко смял написанное, помедлил, но затем спокойно произнес: "Передай адмиралу, пусть не беспокоиться, все будет выполнено точно согласно приказа".
***
– Госпожа, к исходу суток мы достигнем указанных вами координат. Наш звездолет миновал передовой аванпост вольной космической станции "Звездный поток". Уверенная зона приема дальнобольной связи начнется через час. Как только будет сигнал, я лично запрошу шлюз для стыковки и гравитационную платформу и медицинское сопровождение для госпожи Элис.
– Капитан космического корабля "Надежда" с содроганием смотрел на вольготно развалившуюся в его кресле кинеж и проклинал тот день, когда он повелся на огромные деньги и заключил этот злополучный контракт о найме.
– Это хорошо. Размышляешь, оставлю ли вас я в живых?
– Ингрид засмеялась низким грудным голосом, от чего тучный капитан пошел серыми пятнами.
– Кстати милейший Лесконт, если вы и дальше будете так нервничать, то вам гарантирован глубокий обморок или нервный срыв, тахикардия и как следствие посещение медкапсулы, а ведь она занята.
– Состояние госпожа Элис стабильно хорошее. Она идет на поправку. Еще три дня и ее вполне можно будет разбудить.
– Капитан Лесконт оправился от невинной шутки кинежи и смог взять себя в руки. Его экипаж, целых двенадцать человек были не в состоянии справиться с одной единственной кинеж и оставалось только терпеть ее выходки. Благо, что за грань разумного она не выходила.
– Ну значит тому и быть. Я сохраню вам жизни Лесконт. Только если кто из вашего экипажа проговориться, то вам не жить. Попробуйте довести эту мысль до своих.