Чтение онлайн

– Тебе ведь нужно мое тело невредимым? – пискнула я, обмирая.

– Я передумал.

Длинные когти серебристо блеснули в свете луны. Я не могла кричать. Не могла шевелиться. Но могла закрыть глаза и стиснуть зубы.

– Что-то подсказывает мне: тебе никто не поможет. Спрятавшись в круге, они будут дрожать от страха, радуясь, что находятся внутри, а не снаружи.

Резкий рывок – и я ударяюсь о ближайшую повозку. Мимолетное прикосновение к щиту причиняет большую боль, нежели сам удар.

– Ты не можешь мне противостоять, ты не можешь убежать. Тебя никто не спасет. Смирись.

«Улей» поднял мое безвольное тело с земли. Когтистая рука сжала горло. Удушье сменилось тьмой, разреженной красными пятнами.

Крики Грэма стали последним, что я услышала…

Сырость и холод привели в чувство. Я лежала придавленная чем-то тяжелым и мокрым. Дрожа, открыла глаза – и тут же зажмурилась. На мне валялся скрюченный труп. Труп демона! Досчитав до десяти, снова всмотрелась в лицо мертвеца, надеясь, что это не вражеская уловка. Нет, одержимый не притворялся. Он был мертв. Что-то невероятно острое рассекло череп офицера от макушки до подбородка. И это что-то было немыслимо опасно.

Пошатываясь, поднялась на ноги и вгляделась во тьму.

Шорох за спиной. Резко обернувшись – так, что закружилась голова, – я уставилась на полотнище, прикрывающее повозку. На уровне чуть выше моей головы виднелся разрез, края ткани слегка трепетали на ветру. Отчаянно труся, я подцепила ткань и потянула на себя. Полотнище легко сползло вниз, обнажив толстые прутья клетки, между которыми могла пролезть человеческая рука. И не только человеческая. В клетке сидел скованный хианитовыми цепями монстр. Самый настоящий монстр! И смотрел на меня с надеждой в светящихся по-звериному зеленоватых глазах.

– Я убил твоего врага. – Густой, бархатный баритон не мог принадлежать этому. – Освободи меня, потерявшаяся девочка.

По его обращению я поняла, кто он. Житель Вискура.

Ненавидя бросивших меня родителей, я с упоением слушала сказки и легенды о меняющихся. И только повзрослев и ощутив проклятие многоликости, возненавидела и весь свой народ.

Мне хватило мгновения, чтобы рассмотреть его. Впервые в жизни я увидела хэмелла, находившегося в боевой ипостаси, которую могут принимать только мужчины. Под сизо-серой, покрытой шипами кожей перекатывались бугры мышц. Звериные глаза, крылья за спиной, как у демона-камийца, заканчивающийся кинжально-острым жалом хвост. Да, боевую форму хэмелла ни с чем не спутаешь. Многоликий до упора натянул цепь, крепящуюся к ошейнику. Настороженный, он был готов к прыжку.

– Почему я должна помогать тебе? – хрипло прошептала я. Кажется, демон повредил голосовые связки. – Я не просила о помощи. Ты оказал ее добровольно.

– Хэмеллы помогают своим, даже если они полукровки.

Может, на мне написано, что я из меняющихся?! Если это так, то нужно эту надпись найти и стереть!

– Ты ошибся, я не принадлежу к твоему народу. – В моем голосе столько искренности, что любой другой в нее бы поверил. – Я – человек.

– В какой-то мере так и есть, – спокойно согласился монстр. – Но ты хэмелл, я вижу тебя сквозь все предыдущие смены облика.

Мое сердце забилось быстрее. Он видит мое настоящее лицо?! Мое истинное лицо? То, которое я успела забыть?

– Значит, маленькая полукровка, ты не собираешься отдавать долг жизни? – прошипел хэмелл.

– Разве ты использовал силу, чтобы убить демона? Поправь, если я ошибаюсь: ты всего-навсего поиграл мышцами и своим чудным хвостиком. – Усмехнувшись, я сделала несколько шагов назад, попасть под горячую руку – или правильно сказать «лапу»? – разъяренного чудовища отнюдь не хотелось.

– Какой глупец учил тебя, младшая? Долг жизни и смерти отдают независимо от способа его воплощения.

«Помоги ему, если сможешь, – шепнул сатуриец, – он спас нас обоих».

«О боги, Грэм! Я боюсь его, закованного в хианит, до дрожи в коленках. Я умру от страха, если он окажется на свободе!»

«Он – меняющийся, представитель твоего народа».

«Вот поэтому-то я его и боюсь. Хэмеллы – страшные, кровожадные существа. И я не чувствую к нему никаких родственных чувств!»

Волна осуждения, идущая от Грэма, в прямом смысле сбивала с ног – я даже пошатнулась. Вот поганец! Нашел способ влиять на меня! Ладно, я когда-нибудь припомню ему произвол…

«Хорошо, Грэм, я постараюсь, но только ради тебя».

Чтобы спасти вискурца, нужно сделать две вещи: сломать защитные заклинания на клетке и разбить цепи. Но прежде всего – преодолеть проклятый щит, что может оказаться самым сложным. Определенно и хэмелл и Грэм спутали меня с радужным магом, которому заклинания любых стихий нипочем.

– Я попытаюсь тебе помочь. Но обещай не проклинать, если ничего не получится.

– Даю слово, что не буду требовать невозможного, – проворчал хэмелл и отступил в глубь клетки. Похоже, понял, как нервировал меня его жуткий вид.

Закрыв глаза, я призвала силу, вернее то, что от нее осталось. Внутренний взор позволял видеть двойное плетение щита. Красная сетка, тонкое витье – работа без пяти минут мастера щитов. Ненавижу работу огневиков! Слишком уж их заклинания болезненны для магов других стихий. М-да, игнисы – настоящие садисты в магии. Внутренне прикоснувшись к алой нити, слегка потянула, распуская первую петлю. Огненная вязь покрылась рябью – я в панике отступила и лишь через несколько минут осмелилась продолжить начатое. Осторожно скручивая нити заклинания в клубок, проделала небольшую брешь и попыталась закрепить промежуточный результат. Переплетение огненных нитей ярко засветилось, ослепляя и обжигая. Я сказала, что это работа без пяти минут мастера? Я ошиблась! Маг, сделавший ее, опытнее и сильнее, и не мне тягаться с ним…

Я открыла глаза и села на землю. Меня трясло и подташнивало. Напрасная трата сил и времени! Мне не по зубам этот проклятущий щит!

– Прости, мне не по силам такая защита.

Подавив вздох, меняющийся проявил благородство:

– Я и не виню, маленькая полукровка. Есть еще один способ… Эй, младшая, что с тобой?!

В который раз за последние сутки я ничего не слышала и не видела.

– Эва! Не смей терять сознание! – Передо мной вдруг мелькнуло взволнованное лицо Юлиана. Парочка бесцеремонных ударов по щекам привела в чувство.

– Ай! Больно же!

Юлиан прекратил экзекуцию и радостно воскликнул:

– Ну, ты даешь, подруга! Я думал, ты сожгла себе всю ауру. Кто ж так надрывается, да еще ради хэмелла?!

Меняющийся оскорбленно зашипел и ударил хвостом по прутьям клетки. Молодой маг засмеялся и ребячливо показал ему язык.

– Не знаю причин, по которым тебя поймали, но там тебе и место. Или сидите в Вискуре, или отправляйтесь в лаборатории магов! Пойдем, Эва.

Юлиан помог подняться и, поддерживая, повел прочь. Испытывая стыд, я не смела бросить на меняющегося прощальный взгляд. А вот хэмелл «попрощаться» не забыл.