Чтение онлайн

После новостей про ребёнка Эн и Бертрана Арманиусов работать было уже невозможно, да и Рон быстро откланялся, заявив, что ему необходимо наведаться в Императорский госпиталь и посмотреть на всё своими глазами. Виктория не возражала.

Когда Янг почти выбежал из зала заседаний, она, проводив его взглядом, медленно поднялась с места — и замерла, услышав негромкий голос Гая:

— Ваше величество, возможно, вы захотите прогуляться по скверу? До обеда ещё есть немного времени. Заодно и эмоции остынут.

Виктория понимающе улыбнулась — да, Гай угадал верно, в ней сейчас всё ликующе клокотало и безумно хотелось кричать. Судя по тому, как Янг прижал ко рту кулак, ему тоже хотелось. Хотя его статус позволял при желании орать и прыгать, а вот Виктории ребячество нежелательно.

Интересно, что сейчас чувствует Арен? Ему ведь тоже должны были доложить.

— Да, пожалуй, вы правы, — кивнула Виктория, делая первый шаг к двери. — Пройдусь. Вот только я не взяла с собой тёплую одежду.

— Ничего страшного, ваше величество. Я отлично умею создавать согревающий купол, вам не будет холодно.

На самом деле, подобное умели все её охранники, просто Виктории всегда было неуютно ходить в одном платье среди снега. Даже если было тепло из-за купола, всё равно императрица поневоле сжималась. Вот Арену прогулки без верхней одежды зимой не доставляли никаких неудобств, хотя он предпочитал не смущать окружающих, но Альго практически не мёрзли из-за огня в своей крови. София с недавних пор тоже так могла, да и Ариэлла — её родовая магия была огненной.

— Если хотите, с вами пойду только я, — продолжал Гай, двигаясь за Викторией след в след, как настоящая тень. — Остальных охранников оставим у входа. Это же не противоречит регламенту?

— Не противоречит. Я при необходимости имею право на уединение, но если охранники со мной не согласны, они имеют право оспорить это решение и обратиться к императору за прямыми указаниями. Хотя на моей памяти никто ещё этого не делал.

— Потому что вы благоразумная женщина, ваше величество, — откликнулся Гай с безукоризненной вежливостью, и его голос звучал настолько бесстрастно, что Виктория не смогла бы заподозрить в нём насмешку. Однако и серьёзно относиться к подобному заявлению она тоже была не способна, по крайней мере пока — слишком хорошо помнила, сколь много проблем доставляла мужу до снятия проклятья. Хотя побегов от охраны, в отличие от поведения племянника императора, за Викторией всё же не водилось.

Гай распахнул перед ней дверь, императрица шагнула в коридор и, скользнув взглядом по двоим оставшимся охранникам, отправилась в сторону лестницы. Обычно она объясняла сопровождающим, куда идёт и надолго ли, но сейчас ей вдруг захотелось промолчать и посмотреть, как с этим справится неопытный Гай.

А он справился… нормально.

— Её величество желает погулять в сквере института, — услышала она его тихий голос. — Я с ней, вы останетесь снаружи, у выхода.

Освоился, значит. Запомнил, что она говорила ему насчёт знаков отличия и его собственного статуса среди дворцовой охраны. Понял, что имеет право приказывать.

Наконец дойдя по коридору до лестницы, Виктория уже хотела поставить ногу на первую ступеньку, когда сзади её под локоть подхватил Гай.

— Я помогу, ваше величество, — вновь сказал он подчёркнуто вежливо, пока Виктория, обомлев от неожиданности, удивлённо на него смотрела.

— Мне не нужна помощь, — в итоге произнесла она негромко и холодно, пытаясь высвободить локоть. — Я умею ходить по лестницам. Кроме того, у меня есть амулет от падений. Даже если споткнусь, не упаду.

— Мне так будет спокойнее, ваше величество, — отозвался Гай и повёл Викторию вниз и не думая отходить.

— Вам император приказал? — уточнила она, не понимая, откуда такое рвение, и заметила, как Гай на мгновение напрягся, да и глаза дёрнулись в сторону будто бы панически.

Впрочем, в следующую секунду всё стало нормально — так что, возможно, ей всего лишь показалось.

— Даже если что-то делается по приказу императора, это не значит, что оно не делается искренне, — ответил Гай почти неслышно, и Виктория, задумавшись над смыслом подобной фразы, почти не заметила, как они дошли до первого этажа.

***

Мимо проходили сотрудники Института артефакторики, здороваясь и кланяясь, — и Гай, глядя на них, поневоле думал о том, что они ещё не в курсе: мир изменился, и изменился навсегда.

У первого ребёнка, рождённого в браке между аристократом и нетитулованной, есть родовая магия.

Значит, все чаяния принца Аарона были напрасны. Император Арен победил.

И Гай не мог сказать, что его это не радует. Он никогда не хотел участвовать в авантюрах своей супруги, но она не собиралась учитывать его желания. Амира хотела лишь одного — денег, и ради этого она делала всё. В том числе вербовала других участников заговора, и ещё во время следствия Гай услышал от дознавателей, что всех, кто занимался вербовкой, ждёт смертная казнь.

Было ли ему жаль Амиру? Теперь уже нет. Не после того, как она в своём стремлении стать обеспеченной и влиятельной аристократкой превратилась в слепую, начав шантажировать Гая даже жизнью Тейки. Причём вполне искренне шантажировать — он видел по её глазам, что Амира останавливаться не желает. Ещё бы, она к тому времени успела прилично заработать на выполнении заказов для заговорщиков, купила для себя дом в Грааге. Только для себя, Гай и Тейка ей были не нужны.

Интересно, поймали бы её вообще, если бы она не решила довериться Болдиусу? Встречаясь с ним на тот момент уже некоторое время, Амира была сильно в него влюблена и считала, что Вистан с удовольствием примкнёт к заговору. В принципе, Гай тоже так считал — с амбициями Болдиуса подобное было бы логично. И лишь потом, когда Вистан их всех сдал, Гай понял, что у его бывшего руководителя, на самом деле, другая логика. Стать одним из многочисленных артефакторов на службе у принца Аарона — или помочь дознавателям обезвредить заговорщиков, совершив уникальный для аристократа поступок? Выбор очевиден.

Между посредственностью и уникальностью Вистан всегда выбирал уникальность.

И кстати, вряд ли он уважал Амиру, учитывая тот факт, что артефактором она была слабым. Амира была не способна на открытия — она лишь работала по схемам, Вистан к таким коллегам относился с лёгкой брезгливостью. Другое дело — Арья Витайлиус, один из ведущих специалистов отдела экспериментальной артефакторики. У неё и родовая магия была уникальная: Арья умела плавить металл так, чтобы он не становился горячим. Очень полезное умение для артефактора.

Ещё уникальнее, конечно, была родовая магия Гая, особенно с учётом того, что кроме него и Валлей ни у кого такой не имелось. Если не считать Тейки, разумеется, — но она всё-таки пока не полноценный маг. Остальные аристократические роды с похожей магией вымерли.

И если бы не эта самая родовая магия, Гай бы точно считал, что император выбрал его лишь из-за рекомендаций Рона Янга. Однако он никак не мог отделаться от мысли, что видит лишь верхушку айсберга.

И всё имеет значение.