Чтение онлайн

Сейчас императрица напоминала Гаю небо и солнце на закате. Солнечное золото волос и алый бархат платья. Хотя насчёт бархата он был не уверен — в тканях не разбирался совсем, ограничиваясь лишь тем, что было необходимо знать артефакторам.

Кожа Виктории казалась Гаю светящейся, словно на самом деле была наполнена солнечными лучами, и настолько манила к себе, что он впервые порадовался приказу, данному императором. Не будь этого приказа, Гай знал бы точно, что никогда в жизни не посмеет прикоснуться к этой женщине, но сейчас надежда была.

Правда, она изрядно потускнела, как только Гай встретился с полным настороженности взглядом Виктории.

Хорошо это или плохо? Да, в глазах императрицы не было холода, но и радости — тоже. Она смотрела на него так, будто подозревала в чём-то. Впрочем, чему он удивляется? Забыл, что был в числе заговорщиков? Конечно, для Виктории его попытка угодить ей может выглядеть как намеренное усыпление бдительности, например. Или ещё что-нибудь такое же корыстное.

«А разве нет?» — шепнула совесть, и Гай вздохнул. В чём-то да, всё-таки он и не подумал бы ухаживать за Викторией, не услышав приказа императора. И тем не менее гораздо более важным фактором ему казалось то, что он на самом деле желал эту женщину.

Приказ его величества дал Гаю возможность, но никак не повлиял на чувства.

— В зал для переносов, — произнесла Виктория, отворачиваясь, и пошла по коридору, слегка цокая каблучками алых туфель.

Двигаясь по коридору вслед за императрицей, Гай молчал — заговаривать сейчас с Викторией он не собирался, предполагая, что ей нужно остыть и подумать. Но она завела разговор сама, негромко обратившись к Гаю:

— Я поинтересовалась у Дастина, кто дал вам допуск в мою комнату, когда меня там не было. Заходить в покои запрещено регламентом Ральфа Рильо. И Дастин ответил, что никто вас не пропускал.

— Всё верно, ваше величество, — кивнул Гай.

— Тогда как?

— А вы не догадываетесь? — едва уловимо усмехнулся он, глядя на Викторию. Гай не видел выражения её глаз, потому что она, в отличие от него, смотрела вперёд, но не сомневался — императрица изволит сердиться.

И это скорее хорошо. Эмоции — всегда хорошо, даже отрицательные. Равнодушие было бы хуже.

А он ещё и любопытство в ней умудрился пробудить.

— Понятия не имею, я же не главный дознаватель, — слегка раздражённо ответила Виктория. — И мне хотелось бы получить ответ на свой вопрос.

— Зачем, ваше величество? Пусть это останется моей тайной.

— В вас для меня слишком много тайн, — голос императрицы стал жёстким. — Ещё одна мне не нужна. Говорите.

— А если не стану?

Гай и сам не мог понять, по какой причине упорствует. В конце концов, Виктории вполне можно было сообщить правду. Даже если она рассердится на аньян наследников — невелика беда.

Видимо, ему просто хотелось подразнить императрицу.

— Что значит — не станете? — впервые за диалог Виктория посмотрела на Гая с искренним изумлением. — Вы обязаны отвечать на мои вопросы.

— Немного не так, ваше величество. Я не способен вам лгать — на ложь наложен запрет. Но промолчать могу. Впрочем, вы можете заставить меня говорить, для этого достаточно отдать ментальный приказ. Умеете?

Виктория смотрела на Гая с возмущением, шагая вперёд по коридору слишком резко и быстро, почти зло… Не удивительно, что в итоге она споткнулась.

Конечно, упасть императрица не могла, но Гай не стал дожидаться, пока её величество подхватит магия, — сам придержал Викторию за локоть, испытав изрядное удовольствие от краткого прикосновения.

Да, наглеть он не стал — сразу отпустил императрицу, которая явно гневалась. Зачем искушать судьбу?

— Вы за кого меня принимаете? — процедила Виктория почти неслышно, кажется не обратив внимания на то, что едва не упала. — Заставлять человека отвечать на вопрос, используя ментальные приказы! Мы с вами не в Корго живём, это там рабы до сих пор существуют!

Гаю подумалось, что если бы императору понадобилось переломить его нежелание отвечать, то Арен использовал бы ментальный приказ без зазрений совести — но Виктория точно отличалась от своего мужа.

— Вы зря так сердитесь, ваше величество, — улыбнулся Гай. — Я всего лишь спросил, умеете ли вы отдавать ментальные приказы. Это ведь не все умеют. Мне было интересно, только и всего.

Виктория фыркнула:

— Как вы любопытно вывернули…

— Ваше величество, — перебил её Дастин извиняющимся тоном, — ещё немного — и вы опоздаете на выставку. Прошу прощения, что вмешиваюсь…

Гай едва не рассмеялся, осознав, что они с Викторией уже какое-то время стоят возле двери в зал для переносов и ругаются. Собственно, она и споткнулась рядом со входом… Два шага оставалось.

— Точно, — пробормотала императрица, косясь на дверь с лёгким удивлением. — Спасибо вам, Дастин. А с вами, Гай, мы потом договорим.

— Обязательно, ваше величество. — Он наклонил голову, пряча довольную улыбку.

***

Пространственный лифт по координатам Императорского музея строил Гай, и пока он это делал, Виктория пыталась успокоиться. Но очень уж её возмутила его выходка — сначала отказался ответить на вопрос, потом вообще… Она же не рабовладелец, чтобы заставлять человека делать то, что он не хочет! Как можно было подумать такое?!

Размеренно дыша и нарочито не глядя на Гая, Виктория старалась переключиться на что-то другое. Но в мысли, как назло, лезло лишь неприятное. Например, воспоминания о её весенней поездке в Императорский музей, закончившейся настоящей катастрофой — портальной ловушкой, в пламени которой погибли больше двухсот человек и едва не погибла Агата. Тот случай стал для Арена решающим для того, чтобы изменить действующий много сотен лет регламент прибытия членов правящей семьи на столичные мероприятия — раньше они должны были использовать магмобиль. Если выставки были связаны с местными художниками, то, как правило, с организаторами удавалось договориться, но на международные мероприятия приходилось приезжать как подобает. Однако после того, как Агата едва не сгорела заживо, Арен сказал, что больше ничего подобного не допустит. Пространственный лифт — и точка. А все оскорбившиеся на подобное поведение членов семьи Альго могут уезжать обратно в свои страны — их тут никто не держит.

Виктория тогда испытала колоссальное облегчение. По правде говоря, та история с портальной ловушкой повлияла на неё очень сильно, и Виктория до сих пор чувствовала беспокойство, садясь в магмобиль, — несмотря на то, что в тот весенний день не горела сама, а лишь смотрела на происходящее со стороны. А уж как она не любила переноситься в Императорский музей, и говорить нечего. Будь её воля, никогда в жизни больше не приблизилась бы к этому зданию, но увы — для Виктории подобное было невозможно. Единственное, что в данном случае мог сделать для неё Арен, — сократить количество посещений до минимума, оставив лишь международные выставки. Хотя и на такие мероприятия порой была возможность не ходить, особенно если речь шла об Альтаке — их западные соседи не оскорблялись отсутствием Виктории среди приглашённых. С Корго и княжеством Сизгурд всё было намного сложнее. И те и другие требовали неукоснительного соблюдения протоколов, закрыв глаза лишь на отмену магмобилей — остальное оставалось по-прежнему.