Чтение онлайн

Всё. Особенно — кровь.

***

Хорошо, что Гай вытащил её в сквер Института артефакторики. Виктория, шагая среди заснеженных тропинок, медленно продвигалась к заветному фонтану, замирая, как маленькая девочка перед елью на День перемены года. Вода в фонтане мерцала разными цветами и вспыхивала, расцвечивая снег рядом с фонтаном в оттенки жёлтого, зелёного, красного, фиолетового, насыщенно-розового… Но больше всего Виктории нравилось, когда вода светилась ярко-белым. В такие моменты и музыка, звучавшая из глубин фонтана, отличалась исключительной нежностью.

— Отличная работа артефакторов, — неожиданно произнёс Гай за её плечом, и Виктория невольно вздрогнула, поняв, что умудрилась забыть о его присутствии. — Такой фонтан можно сделать используя лишь технические приспособления, электричество. Здесь же всё функционирует лишь на артефактах. Их больше сотни.

— Сколько? — изумилась Виктория, и несмотря на то, что она не видела Гая, ей показалось, будто он улыбнулся.

— Больше сотни, — повторил он с теплотой в голосе, из-за которой Виктории показалось, что Гай набросил шерстяной платок ей на плечи, чтобы не мёрзла. Впрочем, она и не мёрзла — купол Гай над ними построил крепкий. А ещё он не пропускал звуки изнутри — можно было разговаривать о чём угодно, не таясь.

— Вы смогли бы сделать такой фонтан в одиночку? — поинтересовалась Виктория, и мужчина за её спиной на пару мгновений замешкался.

— Это было бы сложно, ваше величество, — сказал Гай в конце концов медленно, словно занимаясь расчётами в уме. — Но, скорее всего, да. Просто времени ушло бы много. Однако плетения, которые я здесь вижу, не вызывают у меня вопросов. Значит, разобрался бы.

«Значит, Гай не занимался магмеханикой, — сделала выводы Виктория. — Раз говорит о том, что нужно разбираться».

Она задавала однажды похожий вопрос Рону Янгу. И тот ответил, что при наличии всех материалов собрал бы подобную конструкцию за трое суток. Но специализацией Янга как раз и были эксперименты в области сочетания магии и механики, не считая пространственной магии.

Несколько минут Гай не произносил ни слова. Виктория стояла возле фонтана, смотрела на всплески разноцветных струй воды, слушала музыку — то быструю, то медленную, тягучую, — и чувствовала, как с каждой секундой настроение становится всё лучше и лучше. Она ещё не успела по-настоящему порадоваться новостям про ребёнка Эн и Берта Арманиусов — и теперь ощущала, как ликование постепенно начинает наполнять её кровь, будто пузырьки — бокал с шампанским.

— Как вы думаете, Гай, — сказала она, поворачиваясь к нему лицом, чтобы пройтись ещё по парочке ближайших аллеек, — этот ребёнок… Он поможет в нашей работе? Всё-таки у нас впервые будет кровь малыша, рождённого в подобном браке.

— Скорее всего, да, — ответил Гай, глядя ей в глаза как-то особенно пристально. — Сейчас мы имеем образцы двух видов наследуемых кодов — у аристократии и нетитулованных магов. А это будет третий тип. Можно попробовать сравнить, посмотреть, чем отличаются друг от друга все три типа. Будет забавно, если у этого ребёнка наследуемый код идентичен аристократическому… Но я очень в подобном сомневаюсь.

— Почему? Фамилия-то у него аристократическая.

— Это лишь теория… — продолжал Гай, по-прежнему не отрывая взгляда от лица Виктории. Смотрел то в глаза, то опускал взгляд ниже, изучая, кажется, губы — и она изо всех сил старалась не смущаться. Императрице всё же не подобает краснеть, будто маленькая девочка. — У меня нет доказательств, по крайней мере пока. Я считаю наследуемый код сложной системой, гораздо сложнее, чем мы представляем сейчас. И в нём не могут быть не записаны сведения о матери, которая не является аристократкой. Родовая магия ведь проявляется по отцу. У обычного аристократа она может проявиться и по матери, как я теперь понимаю после объяснений магистра Янга. А у ребёнка Арманиусов ничего подобного случиться не может. И это должно отражаться в коде.

Виктории показалось, что у неё внезапно заболела голова. Сложно, как же сложно, пусть и интересно.

Она уже открыла рот, чтобы сказать нечто подобное про сложность, — как Гай вдруг мимолётно улыбнулся и произнёс легко и непринуждённо:

— Вы очень красивы, ваше величество. — И почти сразу после этого подал Виктории локоть. — Вы, как я понял, хотите прогуляться ещё по аллеям? Тогда цепляйтесь.

— Я могу и сама, — вновь возразила она, стараясь выкинуть из мыслей слова про красоту. Да, охраннику не должно быть дела до её внешности, но Гай и не совсем охранник.

— Конечно, можете. Но мне необходимо с вами поговорить. Буду благодарен, если вы меня выслушаете. Это недолго, ваше величество.

Виктория удивилась, но решила не препятствовать и положила ладонь на локоть Гая.

Минут пять Виктория просто гуляла по дорожкам, слушая хруст снега под ногами. Вокруг было сказочно красиво, хотя императрица, любившая растения, всё же предпочла бы прогулку летом — легко представлялось, каким будет сквер института во время царствования зелени и цветов. Деревьев здесь росло множество, но сейчас, когда они были облеплены снегом, Виктория не всегда могла определить, что за деревья и кустарники её окружают. Кое-что, конечно, легко угадывалось — например, у яблонь и берёз весьма узнаваемые стволы, — но большинство растений оставались неузнанными.

В отличие от императорского парка, где дорожки расчищали до камней, в этом сквере приходилось шагать поверх утрамбованного снега. Он издавал характерный скрипящий звук, но в туфли не попадал — купол Гая защищал, за что Виктория могла бы его похвалить, как часто хвалила других охранников, но почему-то застеснялась. Всё-таки он не сотрудник комитета безопасности, а артефактор, но насчёт купола сообразил, что он должен быть не только сверху, но и снизу.

— Вам не холодно? — поинтересовался Гай, когда они с Викторией подходили к очередной скамье. Скамьи здесь были деревянными и нисколько не припорошенными снегом, несмотря на то, что мелкая белая пыль ненавязчиво сыпалась с неба.

— Нет, — откликнулась Виктория, разглядывая сиденье. Светлое дерево без всяких украшательств, только посредине спинки — герб Института артефакторики. Что именно на нём изображено, Виктория никогда не задумывалась, но ей казалось, будто там какие-то шестерёнки, обмотанные верёвкой.

— Не хотите сесть? — предложил Гай. — Судя по тому, что поверхность чистая, без снежинок, она с подогревом, не замёрзнете.

— Очередное артефакторское чудо? — усмехнулась Виктория, невольно развеселившись. В парке рядом с дворцом никакого подогрева у скамеек не было, да и зачем? Маги могли согреть себя сами, а не-маги либо имели подходящий артефакт для таких случаев, либо никуда не садились из-за отсутствия свободного времени.

— Я бы не назвал это чудом, обычный магомеханический элемент, встроенный в конструкцию спинки, — ответил Гай, разглядывая скамью. — Можете спросить у Вистана — в Корте тоже такие есть.

— В филиале института?

— Да, в парке перед филиалом, если быть точным. Хотя раньше не было, Болдиус и установил, как стал начальником. Возможно, здесь и подглядел. Он ведь учился в Грааге.

Поначалу, удивившись, Виктория хотела спросить, почему же переехал — талантливый ведь артефактор, мог бы и здесь работать, — но спустя пару секунд сообразила, что в столичном институте Вистан Болдиус вряд ли стал бы директором настолько быстро. Конкуренция куда сильнее.