Чтение онлайн

По комнате словно прошумел ветер, хотя Данила не пошевелился, продолжая улыбаться.

– Понеже я не просто камнерез.
– Хозяин достал откудато из-под стола сверкнувшую белым металлом корону с самоцветами и надел на голову; камень в ремешке пришелся точно в выемку в кольце короны.
– Я - князь Мстиша, верховный правитель Свентаны. Прошу любить и жаловать.
– Данила шутливо поклонился.

Никита и Толя вскочили, растерянно переглядываясь.

Данила засмеялся, снял корону, успокаивающе повел рукой.

– Садитесь, други, в ногах правды нет. Рад, что произвел впечатление. Нетипичный царь, верно? Этот дом - моя творческая резиденция, и знают о нем лишь друзья. Власть - тяжелый удел для творческой души, и здесь я отдыхаю. Но разговор не об этом.

Мы добрались до цели вашего визита.

Никита, поколебавшись, сел, прокашлялся.

– Я был уверен, что вы Яросвет.
– Усмехнулся, качнув головой.

– Явление княза Мстиши Удалого для меня оказалось более неожиданным. А... э-э, Лада...

– Жена, княгиня Лада, дочь Глеба Сварожича, единственная, Богом данная. Видимо, ваша Ксения очень на нее похожа, если вы так реагируете на нее. Но продолжим.

Сухов кивнул, отсекая ненужные ассоциации, мысли и вопросы, глянул прямо в глаза Данилы-Мстиши.

– В нашем мире существует легенда о богатыре Святогоре, а в вашем жил его реальный прототип. Мы пришли за его мечом.

Наступило молчание. Князь долго смотрел на свои руки, лежащие на столе, думал о чем-то. Лицо его стало хмурым и суровым, заботы и тревоги отразались в нем, как в зеркале. Наконец, он вспомнил о гостях:

– Зачем? Зачем вам понадобился именно меч Святогора, а не какой-нибудь иной? Этим мечом должен и может владеть только достойный его. По слухам, Яросвет пытался завладеть мечом, но не смог.

Никита расстегнул ворот рубашки, оголил плечо с родинками в форме семерок и звездой Вести. Цвет звезды из коричневого перешел в розовый, а поглощенные ею семерки налились кровью. Никита на мгновение напрягся, и звезда стала объемной, внутри нее метнулись крохотные голубые молнии, погасли, звезда снова стала плоской.

Данила погладил усы, "фамильным" движением взъерошил волосы.

– Надеюсь, это знак не только Посланника, но и мага... если только правда то, что я о Посланнике слышал. Что ж, я помогу вам чем смогу. Мой проводник отведет вас к Святым Горам, где поко ится сам Святогор и хранится его меч, а дальше все будет зависеть от вас.

– Больше и не требуется.

– Минута, - встрепенулся Такэда, видя, что князь собирается встать. Чем прославил себя Святогор и как погиб? По нашим легендам он был настолько могуч, что не имел врагов. Да и умер странно, не в бою.

– Да, умер он не от ран Святогор - один из антропоморфных великанов, живших задолго до появления человечества и принявших на себя первый нацеленный удар воинства Люцифера, которое расчищало поле деятельности для экспериментов своего господина. Святогор, по сути, родственник титанам, циклопам, дэвам, абасам, асурам и турсам, населявшим планету в те далекие времена.

Жалкие их остатки сохранились только в Мировой Язве, да и то лишь благодаря стараниям игв, содержащих их в качестве резерва.

Вот почему мне приходится держать на Порубежье лучшие воинские дружины, хотя Русь приходится защищать и с запада - от балтов, и с востока - от индо-китайцев, и с севера - от индейцев, потомков монголов, заселивших материк Северного полюса.

Данила посуровел, но ненадолго.

– Когда на эти земли пришли русские племена, от рода Святогора осталось всего несколько человек, великанов то есть, а по лику россичи мирный и трудолюбивый народ, Святогор подружился с ними и три сотни лет стерег границу со товарищи, пока те не умерли от старости. Сам он был еще достаточно силен и мог бы здорово насолить воинству Люцифера в готовящейся Битве, поэтому игвы заманили его в ловушку и таким образом исключили участие в Битве на стороне Собора Веера. Дальнейшая его судьба неясна, всетаки случилось это почти тысячу лет назад. Да и вообще вся эта история темна и загадочна. Существует поверье, что Святогор не умер, а спит где-то до лучших времен, чтобы проснуться и встать на защиту мира. Но никто не в состоянии проверить, так ли это на самом деле, разве что сам Яросвет. Может быть, он уже и проверил, ведь нашел же он меч Деда и его гроб.

Данила замолчал. Молчали и гости, переваривая сказанное.

Потом камнерез, он же князь, легко поднялся и, поклонившись, хитро улыбнулся:

– Я еще не отбил охоту у Посланника искать меч?

Сухов качнул головой и с невольным восхищением: оба походили друг на друга, как братья - высокие, плечистые, русоволосые, с бородами и усами, с типично славянскими чистыми лицами, разве что цвет глаз не совпадал, голубой у Сухова, желто-зеленый у Данилы. И от обоих исходило дыхание исключительной силы, не столько физической, сколь внутренней, психической, а также уверенности, рождавшей у тех, кто был рядом, ответную уверенность, бесстрашие и желание действовать.

– Мы идем!

– Тогда собираемся и в путь. Я иду с вами.

– Князь, вы не должны рисковать; отвечая за Русь, за благополучие рода. Мы дойдем и сами.

– А вот это я решаю без Собора и Речи. Разговоры на эту тему излишни. Идемте, кони ждут, распоряжения розданы, нужные службы предупреждены. Великий князь Мстиша Удалой и Спаситель отбывает на Порубежье с инспекцией.

Сборы не заняли много времени.

Никита и Толя переоделись в свои многодиапазонные "скафандры", придав им видимость местных доспехов, и ничем не отличились от всадников княжеского фиана - дружины сопровождения, присланной за ними великим князем. Сам Данила не мог отправиться в поход из своей творческой мастерской и вынужден был выезжать из Детинца-Кремля прилюдно, провожаемый женой, и слугами. По этой же причине гости Данилы не могли попрощаться с Ладой, но князь, словно зная их чувства, нарочно еще раз проехал с дружиной под стенами Кремля, чтобы те увидели княгиню. У Никиты, когда он поймал прощальный жест Лады - взмах белым платком, было ощущение, что он прощается с Ксенией, причем - навсегда. Сердце долго не могло успокоиться.

Друзья с радостью поздоровались с Рогдаем и Добрагастом, былыми проводниками, также вошедшими в число сопровождающих. Командовал отрядом в количестве ста всадников князь Могута, единственный из всех, чей возраст превышал тридцать лет. Возраст остальных дружинников, бороды, усы и серо-голубые глаза которых делали их братьями, колебался между двадцатью и двадцатью пятью годами. Все они были опытными воинами, универсалами, владеющими всеми видами оружия от меча до лука ("людьми боя", вспомнилось Сухову), поэтому отряд представлял грозную силу, способную отбить нападение любого, в пять раз превосходящего численностью врага. В том числе из-за Порубежья. В дружину входили бойцы-колдуны, не только имеющие навыки лекарей, но и обладающие внушительным арсеналом магических формул, с помощью которых удавалось справиться с колдовскими чарами многих древних существ с парапсихологическими способностями. Земляне убедились в этом на первых километрах пути, когда отряд встретил полевика, "злого духа", навевающего сон сродни наркотическому дурману.

Друзья еще ничего не заметили, только с удивлением обнаружили, что зевают вовсю, теряя ощущение скачки, а дружина уже перестроилась и помчалась цепью, охватывая луг с небольшой рощицей посередине. Полевик не ожидал такого сопротивления, заметался по лугу - виден был только его стремительный след в траве, да изредка возникал над зелеными волнами травы длинный язык черных волос - и наконец скрылся в болотине, оставив пятно изморози на кустах.

Такэда подскакал к Мстише, наблюдавшему за погоней с пригорка, снова отметив поразительное сходство Сухова и князя. Впечатление было такое, что они двойники, даже кони у них были одинаковые, белые, с черными отметинами на лбу и черными чулками.