Чтение онлайн

Дверь оказалась незапертой.

Инженер, выхватив из сумки нунчаки, а саму сумку повесив на шею, бесшумно пробежался по коридору первого этажа, пробуя двери. Ремонтом здесь не пахло, и все двери были закрыты на замок. Зато на втором этаже возились трое угрюмых мужчин в касках и оранжевых жилетах дорожцых рабочих, заделывая кирпичом торец читального зала. Строители такие жилеты не носили, Вселение!
– понял Такэда. Они привлекли оперативников "бархатного вмешательства". Хорошо, что не ЧК!

Под вселением инженер понимал внедрение психоматрицы конкретного субъекта, в данном случае оперативного работника из технической группы СС, в мозг нормального человека, который начинал действовать по приказу вселённого. Дорожные рабочие попались "эсэсовцам" случайно, им было все равно, кто выполнит задание по нейтрализации угрозы в лице Сухова.

Увидев Такэду, "дорожники" прекратили работу, переглянулись, двое двинулись к нему, а третий принялся доделывать начатое. Когда до инженера, ждавшего "рабочих" на верхней ступеньке лестницы, осталось метра, три, в руках незнакомцев появились короткие, мерцающие голубым огнем копья.

Инженер прыгнул им навстречу, начиная первым. Он знал, с кем имеет дело. Взметнулись нунчаки, и копья вылетели из рук "рабочих", врезались в стену коридора, пронзив их, как бумажные. Второй выпад оружия Толи пришелся по каске первого "рабочего" и по челюсти второго. Последний беззвучно лег, но первый, весь какой-то серый, пыльный, перекошенный, успел перехватить гладкую дубинку нунчака, змеистый зеленый огонь стек с его руки на дубинку, достиг бечевы, связывающей обе палки нунчаков и... сорвался на пол, потому что Такэда выпустил нунчаки из рук. В следующее мгновение он вытащил меч.

Тускло блеснуло лезвие, проделав зигзаги вонзившись в широкое запястье "рабочего". Убивать инженер не хотел, потому что ему противостояли обычные люди, не понимающие, что творят. В с еленные уйдут, а они снова станут людьми. Но остановить их было необходимо.

На кисти руки "рабочего" заалела глубокая царапина, он вскрикнул и отшатнулся, глядя на ручеек крови, стекающий на пол из пореза. Такэда сделал угрожающее движение - "рабочий" поспешно отступил. Но прыгнул Толя не к нему, а к третьему члену группы, который доставал из-под жилета знакомое копье. Бросить не успел: меч инженера коснулся его лица, проделав борозду от лба к подбородку, минуя глаз. "Рабочий" взвыл, инстинктивно поднимая руку к лицу, и нарвался на синюю молнию сработавшего копья. Это не был разряд электричества или плазменный выстрел - повеяло ледяным ветром, как из гигантского морозильника, и полголовы "рабочего" будто срезало бритвой: она исчезла, растаяла, испарилась! Боевик еще падал, когда Такэда прыгнул назад, к тому из "рабочих", которому досталось по челюсти. Но не успел.. "Рабочий" выстрелил в него сгустком зеленого огня, сорвавшегося, как показалось инженеру, с костяшек пальцев левой руки.

Он по-кошачьи извернулся в воздухе, одновременно защищая грудь мечом, и что его спасло: сгусток огня в форме когтистой медвежьей лапы врезался в лезвие меча, срикошетировал и пропахал плечо лезвием жуткого холода. В голове Толи взорвалась ледяная глыба, и на какое-то мгновение он потерял способность видеть и чувствовать, упав за одно из кресел возите лестницы, а когда очнулся, увидел заключительный акт драмы. "Рабочий", стрелявший в него огнем, засовывал в портфель типа "дипломат" или атташе-кейс черного цвета копья и предметы, похожие на черные кастеты. Затем коснулся "дипломата" головой и упал рядом навзничь. "Дипломат" свернулся в шар. прочертил черную линию в воздухе и исчез через окно. "Рабочие" лежали, не шевелясь: двое без сознания, третий был мертв. Вселение закончилось. На стене, требующей побелки, остался след от копий - два пыльных кольца и дыры в форме черных клякс.

Не чувствуя плеча, Такэда дотащился до стены, потрогал ее кончиком меча - твердая. Огляделся. Вздохнув, поплелся дальше по коридору, заглянув в читальный зал. Два тела на полу у полок - юноша и девушка, и третье старушки-библиотекарши за столом - уронила голову на книги. Живы, дышат. Слава Богу! Но где же танцор?

Такэда вернулся в коридор и внимательно оглядел свежую кирпичную стену, в которой осталось заделать лишь три верхних ряда Поискал глазами что-нибудь тяжелое, нашел молоток и стал методично разрушать стену, вытаскивая кирпичи: раствор еще не схватился и кирпичи выпадали легко. Никиту он нашел лежащим в нише, образованной пустой пожарной камерой, между старой и новой стенами. Сухов был жив, но в себя не приходил, парализованный, видимо, холодным разрядом копий или "кастетов" десанта СС. Позвонив в скорую и в милицию. Толя потащил тело друга вниз, чтобы успеть до приезда тревожных служб.

Сухов пришел в себя уже дома, на кровати. Долго глядел на инженера, не узнавая, потом отвернулся к стене, как бы давая понять, что обвиняет в случившемся именно приятеля. Толя, понимая его чувства, не торопился оправдываться. Приготовив тонизирующее снадобье: чай, отвар шиповника и женьшеневый настой, - заставил танцора выпить. Потом сел рядом и начал читать книгу.

Никита не выдержал первым. Жаловаться однако не стал, пересилил себя. Сказал с горечью:

– Взяли меня, как цыпленка! Эй, интеллектуал, говорят, пособи-ка подвинуть лестницу. Ну и я помог... "Свита Сатаны"? Или ЧК?

– Обычные люди, соотечественники.

– То есть какие еще соотечественники?!

– Боевики в них вселились, в их мозг. Это называется психовселением.

Никита немного поразмышлял.

– Я думал, такие трюки возможны только в литературе. А почему же тогда в меня никто не вселился? Насколько проще убрать меня таким образом: влез в мозги, приказал броситься вниз с высотного дома, и дело с концом.

– Психоматрица не всесильна, подать приказ телу выполнить акт самоубийства она не может, организм сопротивляется на уровне инстинктов, на уровне подсознания. А вот убить другого - пожалуйста.

Никита снова немного поразмышлял.

– Скоты! Зачем я только ввязался в это дело! Или еще не поздно выйти из игры?

Такэда молчал.

– Ясно, - вздохнул Никита, - значит, поздно. Но ведь я ничего еще не сделал, почему они решили меня убрать?

– Скорее всего, это профилактическая проверка работы "печати зла". Но могут быть, верными и другие варианты. Скажем, у них здесь есть свои наблюдатели. Или же "печать зла" обладает обратной реакцией, сигнализируя хозяевам о тщетности заклятия.

Факт, что они послали малый патруль "бархатного вмешательства".

– А что, есть и большой?

– Бывает малый, специальный и достаточный патрули. В малом - трое боевиков, в специальном - пятеро, ну а достаточный - это прайд СС, уйти от него, наверное, невозможно. Как и от десанта ЧК. Хорошо, что в нашем случае малый патруль был вселённым.
– Такэда помедлил.
– Тебе надо исчезнуть. Кит.

– Как это - исчезнуть?
– повернул к нему голову Сухов.
– Куда исчезнуть?

– Совсем. Из города. Из страны. Надо инсценировать твою смерть. Похороны.

– Ты с ума сошел! А мама? Ты о ней подумал? Ксения тоже...

У меня же куча родственников, друзей...

– Маму мы на некоторое время отправим куда-нибудь подальше, к родственникам, пока ты будешь овладевать собой. А с Ксюшей... тоже что-нибудь придумаем. Или у тебя есть другие идеи?

Никита отвернулся, несколько минут молчал.

– А я куда денусь? Буду жить под псевдонимом?

– Вместе со мной. Мне тоже придется "погибнуть". У японцев есть такой обычай - дзюнси: вассал следует в могилу вслед за своим господином, сюзереном.