Чтение онлайн

— И как это связать с моей личностью?

— По камерам. Если видеокамеры отметили твоё присутствие в конкретное время, и других ясновидцев на вокзале не было… значит…

— Это мой психотип.

— Верно.

— И где скрыты эти устройства? Они что, постоянно работают?

— Ресурса не хватит. Запускаются по требованию тех же инквизиторов. А прячут их на стойках регистрации. И возле багажных лент.

— Тонко.

— Сам в шоке.

— Но это не объясняет других… участников.

— У Изиды есть информатор в Стамбульской консистории. А эти туманные ушлёпки, думаю, проследили за оккультистами. Тени ведь и пришли позже.

— Логично, — согласился мой спутник.

За три часа я неплохо продумал стратегию. Скрываться мне надоело. Хватит уже чувствовать себя загнанной крысой. До предполагаемого закрытия дела Ахмета осталась неделя, но инквизиторы как с цепи сорвались. А ещё меня не устраивают операторы Расширителя. Кем бы они ни были, но игры с многомерностью — это палка о двух концах.

Я понимал, что на аэровокзале Смоленска нас опять засекут. Поэтому для начала поехал на Главпочтамт, работающий в больших городах круглосуточно, и заказал телефонный разговор с Бродягой. Договорился о том, что мне нужна постоянная телепатическая связь через Ольгу. После этого отправился за билетами. Уже в такси Ольга установила со мной контакт и организовала трансляцию на домоморфа.

— Чего? — охренел ясновидящий, когда услышал мой план. — Не включать иллюзион?

— Хочу проверить кое-что.

— Это самоубийство.

— До сих пор ты выполнял мои инструкции. Результат — живёшь на свободе.

Беглец обречённо вздохнул.

Мы купили билеты на свои паспорта, выбрав ближайший рейс до Москвы. А они тут летают чуть ли не каждые полтора-два часа. Нам оставалось до посадки минут сорок, и я использовал это время, чтобы побродить по зданию, просветить стены и хорошенько запомнить план переходов. Брать нас будут на борту цеппелина, в этом я ни секунды не сомневался. Но хотел проверить, насколько оперативно реагируют наши оппоненты.

Среагировали.

Миновав стойку, получив посадочный талон и направляясь по длинному коридору к выходу на поле, я уже видел своим острым взглядом группу захвата. Инквизиторы в графитовых рясах телепортировались прямо к дирижаблю и после небольшого обмена репликами со стюардом скрылись в гондоле. Значит, правду сказал отец Симеон. Вот как эта система работает.

По дороге мы потерялись.

Слились с толпой, приняли образ служащих аэровокзала и юркнули в неприметную подсобку. Оттуда просочились в технические помещения, свободно преодолевая бесплотные стены. Открыли люк в ремонтной мастерской рядом с большим ангаром и по бетонной шахте спустились в мой кабинет.

— Бродяга, летим в горы, — приказал я. — Предупреди всех жильцов. Никому нельзя выходить наружу. С Федей и Джан я поговорю через двадцать минут. Пригласи их сюда.

Выйти наружу было сложно при всём желании.

Домоморф принял облик летающего диска, переместился к какому-то безлюдному ущелью и завис над мутной горной речкой. Раньше он такие фокусы выделывать не умел. Я вообще подметил, что Бродяга усовершенствовался, впитав в себя больше протоматерии.

Когда подтянулись мои партнёры по управлению домоморфом, в библиотеке стало тесно. Имевшиеся в запасе минуты я потратил на общение с Администратором и отцом Симеоном. То, что я собирался сделать, выглядело дико… Но в жизни я творил разные нехорошие вещи. И решения принимал быстро.

Познакомив Федю и Джан с Ахметом, я в двух словах поведал предысторию нынешних событий. Дал всем пару минут на осознание происходящего. И заявил:

— Я больше не собираюсь ни от кого бегать. Хватит. Администратор разрешил мне использовать АРМ для уничтожения спутника Супремы. И это я намереваюсь провернуть в ближайший час.

— Спутника? — не понял Федя.

— Артефакт в космосе, — уточнил я. — Искусственный спутник.

Джан нахмурилась:

— Сергей, ты уверен?

— Эта штука просто перестанет нас отслеживать. И существовать тоже перестанет. Никто не догадается, что мы это провернули.

Ахмет тоже испугался.

Причём, серьёзно.

— Брат, зачем такое говоришь? Против инквизиции нельзя…

— Мы уже начали, — в моём голосе прорезалась сталь. — И закончим на наших условиях. Собственно, это не обсуждается. Я ставлю вас перед фактом.

Пока мы беседовали в уютном кабинете, Бродяга сгонял к хранилищу и загрузил АРМ в специальный бокс. Об успешном выполнении операции он сообщил по телепатическому каналу.

— Здорово, — нахмурилась Джан. — А что ты будешь делать с тенями? И с фанатиками Изиды?

— Есть план, — уклончиво ответил я. — Пока наслаждайтесь путешествием.

Бродяга сменил конфигурацию, убрал все окна, перестроил себя в полноценный космический корабль и нырнул в многомерность. Я объявил во всеуслышание, что проводится важная операция по моему указанию и попросил не паниковать. Добавил, что в течение ближайших часов мы вернёмся в Красную Поляну. К счастью, наставники Маро уже покинули имение. Как говорится, баба с возу…

Экраны продолжали транслировать горные ландшафты, пока домоморф перемещался по иным иным измерениям. В нужную точку пространства нас вёл Администратор.

— Мы на орбите, — сообщил Бродяга.

— Выведи картинку, — попросил я.

На большом экране, заменившем окно, сформировалась Земля. Огромный шар в голубой дымке. С материками, океанами, горными системами и зеленью лесов. Фоном — непроглядная чернота космоса.

Мои спутники заворожённо смотрели на планету.

Астрономия в этой реальности была развита, но фотографий Земли извне никто никогда не видел. Потому что инквизиторы в зародыше пресекли ракетостроение.

— Цель обнаружена, — сообщил Бродяга.

— Можешь вывести на экран? — вырвалось у Феди.

— Секунду, — ответил домоморф.

Земля исчезла, и на её месте возникло… нечто. Я себе искусственные спутники по-другому представлял. Уж точно не в виде едва заметной в космической тьме пирамиды с опоясывающими её в нескольких местах зелёными линиями и россыпью огоньков.

— Уничтожить, — приказал я.

— АРМ не сможет вернуться обратно, — предупредил домоморф. — Энергии не хватит.