Чтение онлайн

Следующий слепок продемонстрировал апофеоз встречи. Раевские и Гамовы пообещали зарыть топор войны, поклялись больше не нападать друг на друга и приступили к обсуждению более насущных проблем.

— Мальчишку надо уничтожить, — заявил Альбранд.

— Поддерживаем, — согласился Самуил Раевский.

Номинальный глава Рода Гамовых в диалоге вообще не участвовал, хотя и приносил клятву под диктовку. Все вопросы решали его мать и регент.

— И что вы предлагаете? — поинтересовался Максим.

— Против Ивановых уже выступали открыто, — заметила Грессер-Гамова. — Это ни к чему хорошему не привело. Быть может, стоит начать с удара по объекту, который ему дорог? Туда вкладываются серьёзные капиталы.

— Оружейный завод на Урале, — догадался Самуил Раевский.

К началу сентября я успел проделать все запланированные модернизации усадьбы, хотя это было и нелегко. Прежде всего, меня перестали устраивать частые переброски Бродяги со всеми обитателями на военные операции — просто потому, что я мешал людям жить и подстраивался под их нужды. Поэтому был разработан план строительства жилого дома, неотличимого от крыла основной усадьбы. При этом дом имел собственные коммуникации, автономный генератор и средства связи (радиостанцию), телефонную линию и навороченную каббалистическую систему безопасности. По замыслу, большую часть времени здание пустовало, а при необходимости Бродяга стыковался с ним, прорезал дверь и открывал доступ людям, которых я не хотел брать на боевые действия. После исчезновения домоморфа видимость его присутствия сохранялась благодаря стационарному иллюзиону.

Сложность, разумеется, заключалась в том, что я не мог оставить Маро за пределами Бродяги. Просто потому, что существовал договор с кланом. А ещё нужно было решить задачу по усиленной охране Джан и Феди, которые всегда были под ударом в случае утечки информации. Пришлось напихать туда дорогой артефакторики, усилить всю эту историю каббалистикой и разместить несколько неприятных ловушек для непрошеных гостей. Ловушки проектировались таким образом, чтобы не реагировать на психотипы «своих». Но и этого мне показалось недостаточно, так что пришлось внести в проект несколько жилых комнат для гвардейцев и представителей СБ. По моему замыслу, это должны быть прыгуны, способные молниеносно перемещаться между залами в случае сигнала тревоги. Ну, и для себя я решил, что буду оставлять иногда Хорвен в целях патрулирования.

На семейном совете мы постановили, что Джан и Федя будут находиться в домоморфе во время ночных операций и переходить в стационарную усадьбу, если мне нужно будет отлучиться днём. Соответственно, вероятность утечки и быстрого реагирования со стороны врагов будет крайне низкой.

Самым тяжёлым было даже не нашпиговать новую постройку хитрыми устройствами и каббалистикой, а сделать всё это тайком, чтобы никто не догадался. Плотниковы прислали големов, которые работали под круглосуточными иллюзиями. Бригадир и живые сотрудники компании подписали пачку документов о неразглашении. Геометрические линии прокладывали Михалыч с Пупкиным, они же проектировали ловушки и настраивали распознавание психотипов. И, понятное дело, никто не знал заранее, когда и куда я отправлюсь.

В начале сентябре жара ещё стояла за тридцать, все загорали, и бархатный сезон для коренных жителей Фазиса обещал быть урожайным. Джан и Федя приступили к дистанционному обучению. Человеку из моей прежней реальности наблюдать за такой учёбой было бы… по меньшей мере, странно. Вот представьте: школьник дни напролёт сидит дома, а учится исключительно по ночам, во сне. Домашку такой человек вынужден делать и учебники из списка покупать. Рисование, творческие работы — всё это на первый взгляд никем не контролируется, но если вникнуть, выяснится, что сдача работ происходит через обмен образами в конструкте. Не отвертеться, не уйти от всевидящего преподавательского ока. Занятия тоже хрен прогуляешь — ты ведь не можешь не спать. В общем, мне такой формат понравился. Чего не скажешь о Феде.

Я потратил неделю, чтобы разузнать побольше о планах коалиции, захотевшей угробить мой завод. К первым числам сентября уже вовсю велось строительство. Прокладывались коммуникации, тянулась железнодорожная ветка, началось рытьё котлованов. Мы уже возвели собственную электрическую подстанцию и подключились к магистральной линии, принадлежавшей Мещерскому. Площадка была перекопана, заставлена фургончиками строителей, спецтехникой и бетоносмесителями. Иногда я заглядывал в этот хаос и всякий раз видел одно и то же — ревущие экскаваторы, грохочущие агрегаты непонятного назначения, самосвалы с горами песка и щебня, деловито снующих по территории големов.

Диверсию мои враги решили провернуть в субботу, когда большинство строителей было отправлено по домам, а големы выполняли простые разгрузочные работы.

В пять утра я активировал Расширитель.

За минувшие полторы недели я усиленно тренировался и успел освоить многомерную навигацию на пять с плюсом. Так что рейд возглавил сам, прихватив с собой Демона и Байта Мусаева. Последнего к Расширителю не подключал — он и сам научился перемещаться в любую точку планеты, полностью адаптировавшись к фрактальному безумию.

Вражины действовали тонко.

Наняли левых персонажей, и те приволокли на стройплощадку боевого электрика. Мощного, почти третий ранг. Электрика доставили к Уралу на дирижабле, подхватили под белы рученьки и потащили через лес, петляя среди деревьев. Вы уже догадались, что работали левитаторы. Они же обеспечивали прикрытие, вооружившись мечами и сюрикенами. Все — с приборами ночного видения, лица закрыты балаклавами. В качестве целей выбрали подстанцию, недостроенную железнодорожную ветку и башенный кран, который должен был через пару недель участвовать в возведении производственных цехов. Присутствие големов никого не смущало — эти бездушные твари просто не знают, как реагировать на диверсии.

Будучи главным оператором, я накрыл туманом изменений подстанцию, перебросил туда свою двумерную тень и принялся ждать. Байта Мусаева отправил на четырнадцатый километр железнодорожного полотна. Демон находился неподалёку, перетекая из одной формы в другую. Командира гвардии сильно забавлял процесс — он ещё не успел наиграться.

В начале шестого от стены леса отделились три летящие по воздуху фигуры. Я не стал никого перехватывать — сами подтянутся.

Левитаторы приземлились у дощатой бытовки, поставили на ноги своего главного боевика. Несколько секунд тупили, глядя в серую муть условной многомерности. Перекидывались короткими фразами на японском. Я, разумеется, идиотов понимал. Суть их разговора сводилась к тому, что перед ними обычный утренний туман, надо войти в него, отыскать и спалить подстанцию. Времени мало, а на повестке дня ещё пара объектов.

Вошли.

И навеки там остались.

Мы с Демоном просто освободили бедолаг от лишних органов, а потом без почестей похоронили, закопав на глубину в добрую сотню метров. Когда физическая реальность условна, это делается на щелчок. Через невидимые грани иных измерений.

Я офигел от простоты рейда.

Ни крови, ни следов.

Только адский расход энергии, но всё компенсируется через непрерывную циркуляцию.

Байта Мусаева я отозвал, а себя и Демона перетащил на Бродягу. Наверное, стоило бы этим и ограничиться, но я человек вредный. Как говорится, не злопамятный, но с хорошей памятью. Так что вряд ли вас удивит моё перемещение в Никополь, где Гамовы вовсю строили логистический хаб для торговли с Небесным Краем. Громадная территория с кучей складов и разгрузочных платформ. Автомагистраль уже подвели, железнодорожную ветку тянули от сортировочной станции Никополя. Платформы предназначались для дирижаблей, а ещё были ворота для фур и непонятные ангары.

Бродяга принял облик склада, а я вышел наружу в элитном комбинезоне грузчика с гербом Гамовых на спине. Где достал? Пошил в ателье на заказ, ничего сложного.

Всё, что меня окружало, сделалось прозрачным.

Товарами склады ещё не заполнили, но там вовсю кипела работа. Големы монтировали стеллажи, перегоняли вилочные погрузчики, проверяли механизмы ворот, прокладывали силовые кабели, вешали лампы. Собирали мебель в административном здании. Прелесть.

Я зачерпнул побольше ки и внёс своё видение в этот натюрморт.