Чтение онлайн

Она не закончила фразу, ей было трудно продолжать. Фредерик выпрямился в кресле, потянулся к ней и, взяв ее голову обеими руками, повернул лицом к себе.

И тут в дверь пустого магазина позвонили.

Он чертыхнулся и откинулся назад.

–  Кто это может быть, черт его побери?
– сказал он.

Они посмотрели друг на друга, потом на часы. Половина одиннадцатого.

–  Пойду взгляну, - сказал он, вставая.

–  Будь осторожен, Фред!

Он прошел через неосвещенный магазин и открыл входную дверь. Там, под моросящим дождем, стояла маленькая фигура в котелке и пальто.

–  Мистер Гарланд, полагаю?
– спросил неожиданный гость.

Это был человек из ложи в мюзик-холле - секретарь Беллмана. Пораженный наглостью коротышки, Фредерик засмеялся.

–  Добрый вечер, - сказал он.
– Мистер Уиндлсхэм, если не ошибаюсь? Пожалуй, вам лучше бы войти.

Он отстранился, пропуская визитера, и взял у него пальто и шляпу.

–  Салли, - сказал он, когда они вошли в кухню, - думаю, ты знаешь этого джентльмена...

Удивленная, она села на софе.

–  Простите мне этот поздний визит, - сказал коротышка.
– Мы с вами встречались, мисс Локхарт, при весьма неблагоприятных обстоятельствах. Я надеялся, что вы... и мистер Гарланд окажете мне честь и согласитесь выслушать предложение, которое я хотел бы вам сделать.

Салли взглянула на Фредерика, потом опять перевела глаза на Уиндлсхэма. Широко открытые глаза ее выражали недоумение.

–  Должен добавить, что говорю лично от себя, - продолжал он.
– Мистер Беллман не знает, что я здесь.

Мужчины все еще стояли. Последняя ремарка была встречена молчанием; Фредерик подтолкнул к столу стул для Уиндлсхэма. Оба сели за стол, Салли, поднявшись с софы, присоединилась к ним. Она вывернула фитиль и убрала игральные карты.

–  Я прекрасно понимаю ваши колебания, - сказал Уиндлсхэм.
– Вы позволите мне рассказать, зачем я пришел?

–  Извольте, - сказал Фредерик.
– Но давайте внесем ясность. Вы не работаете на Беллмана?

–  Формально я все еще служу у него. Но, полагаю, для большого числа людей теперь окажется весьма и весьма полезным, если я изменю своей, так сказать, приверженности. Я не могу одобрить авантюру мистера Беллмана с "Полярной звездой". Хотел бы, но не могу, мисс Локхарт. По моему мнению, "саморегулятор Хопкинсона" чудовищен и не должен распространиться по всему миру. Я пришел к вам, потому что наблюдал за вашей деятельностью с возрастающим восхищением - вашей и мистера Гарланда, - и я решил предоставить в ваше распоряжение все, что мне известно.
– Он снял очки, запотевшие в теплом помещении.
– Полагаю, вам известно о "саморегуляторе Хопкинсона"? У меня нет тому доказательств, но я был бы удивлен, если бы...

–  Паровое оружие, - сказал Фредерик.
– Да, мы об этом знаем. Как и о Хопкинсоне.

–  Или о Норденфельсе... гмм?
– Мистер Уиндлсхэм с мягкой улыбкой опять надел очки.

–  Что вы хотите взамен?
– спросила Салли. Она все еще не могла прийти в себя от его появления и ни в малейшей степени не была склонна верить ему.

–  Просто... как бы выразиться... просто сотрудничество и взаимная защита, - ответил он.
– Когда предприятие мистера Беллмана рухнет, что случится очень скоро, я хотел бы, чтобы кто-то засвидетельствовал тот факт, что я - как оно и было на самом деле - шпионил за ним, а не работал на него. Я надеялся, что вы подтвердите это.

–  Почему бы вам не пойти в полицию прямо сейчас?
– спросил Фредерик.

–  Пока еще рано. Влияние мистера Беллмана в полиции - да и в судебных органах тоже - распространяется на весьма высокие круги, и любая попытка на этой стадии будет обречена. Поверьте, я знаю, что говорю. Нас втянут в разбирательства о диффамации и клевете, мы проиграем, и все это послужит только предупреждением для нарушителей закона. Нет, сейчас идти в полицию не время, оно наступит, когда организация окажется на грани краха.

–  Почему это должно случиться?
– спросил Фредерик.

–  Она слишком разрослась, - сказал Уиндлсхэм.
– Я могу представить вам подробно все: займы, выпуски акций, дивиденды и так далее; суть же состоит в том, что все деньги ухнули на саморегуляторы, а производство их идет недостаточно быстро. Непредусмотренная нехватка материалов, трудности с испытаниями - ведь это машина исключительно сложная, вы знаете. Повторяю, я могу предоставить вам все детали. У мистера Беллмана, по моим оценкам, до катастрофы остаются три недели. Могут произойти кое-какие вещи, которые оттянут это, - если ему удастся раздобыть еще графита, например, это могло бы ему помочь; однако конец все равно близок.

–  Кто заказчик?
– спросила Салли.
– Кто покупает это паровое оружие или саморегуляторы?

–  Россия. Царь все более озабочен ростом анархического движения среди его подданных. А в связи с его экспансией в Сибирь - вы, вероятно, слышали о проектируемой железнодорожной магистрали?
– вы сами понимаете, такое оружие оказалось бы весьма ценным. Но "Полярная звезда" энергично ищет других заказчиков. Заинтересовались и пруссаки. Мексиканцы прислали наблюдателя, который проследит весь процесс вплоть до испытаний на полигоне. Как видите, мистер Гарланд, это критическая точка, весы могут качнуться в любую сторону. Если мы найдем правильный путь, чтобы воспрепятствовать этому...

–  Расскажите нам об "Ингрид Линде", - сказала Салли.

–  А! Тот пропавший пароход. Понимаете... э-э... история эта относится к тому периоду в карьере Беллмана, когда я еще не работал с ним. Но полагаю, что в списке пассажиров значилось имя человека, который был свидетелем ссоры мистера Беллмана с Арне Норденфельсом. Банкротство "Англо-Балта" означало, разумеется, что пароходство мистера Беллмана может быть расширено без помех.

–  Я хотела бы иметь письменные свидетельства о его причастности к этому, - сказала Салли.

–  Это будет затруднительно. Я займусь поисками, мне придется действовать крайне осторожно... но я сделаю все, что смогу.

–  Вы упомянули о его влиятельности, - сказал Фредерик.
– Как далеко простирается его влияние в правительственных кругах? Или в международных?

–  О, способ один и тот же. Деньги мистера Беллмана уже помогли с лицензиями на разного рода экспорт, они же улаживали проблемы с экспортом оружия. Вы чрезвычайно проницательны, позволю себе заметить, в ваших расследованиях. Скоро все это может поставить в весьма неловкое положение кое-кого из очень высокопоставленных особ.

–  Ну, хорошо. Кого же?
– спросил Фредерик.
– Вы не сказали нам ничего, чего мы уже не знали. Фамилии, мистер Уиндлсхэм, фамилии.

–  Сэр Джеймс Нэш, генеральный инспектор артиллерии в военном ведомстве. Сэр Уильям Хэллоуэй-Кларк, непременный секретарь министра иностранных дел. Посол России. Есть еще несколько других фигур, менее высокопоставленных.

–  Обсуждалось ли это в кабинете министров?
– спросила Салли.
– Такова политика правительства - разрешить производство и продажу подобного вооружения?