Тень с запахом гвоздики
Шрифт:
– Да, еще немного побуду.
– Тогда до встречи и доброй ночи. Доброй ночи, Елизавета.
– Доброй ночи…
Он стал выходить, но, уже открыв балконную дверь, застыл, чуть опустив голову, будто задумался, сделал шаг назад и снова посмотрел на Лизу.
– Знаешь, за этой дверью находятся классные, интересные люди, которые тебя искренне любят и ценят. И любят такой, какая ты есть, настоящую. А ты предпочитаешь тратить себя на то, чтобы заслужить любовь каких-то откровенно дешевых парней, которые, тебе не нужны и, по сути, даже не нравятся. И все это лишь из-за какого-то мальчишки, который в детстве отверг тебя. Он был всего лишь ребенком, а твое задетое эго до сих пор не дает тебе покоя. Думаю, пришла пора пересмотреть свои приоритеты.
– Что? – оторопело произнесла Лиза, но Лерон уже вышел. Она посмотрела на удивленного профессора. – Я не поняла, о чем он. Никакого мальчишки не было. Меня никто не отвергал. В смысле, в детстве…
Константин Николаевич пожал плечами.
– Как бы то ни было, в одном он прав точно – там твои друзья, а ты предпочла спрятаться от них здесь, наедине с совершенно незнакомым тебе человеком…
Он понуро повесил голову. Лиза посмотрела на него виноватым взглядом.
– Ладно, казусы случаются. Значит, так нужно было, – махнул он рукой. – Может, вернемся ко всем?
– Нет, сейчас точно уже поздно. Завтра извинюсь перед ребятами… Давай лучше еще вина выпьем, а то настроение снова падает. Да и протрезвела я будто резко.
– Согласен… – задумчиво произнес Константин. – Лерон иногда производит такой оглушающий эффект... Пойду, схожу за вином.
Он вышел с балкона и прошел на кухню, мимо Лерона, который еще не успел уйти, а стоял тут же у двери балкона и смотрел на ребят в зале, где играла на гитаре Лиля и пела тихую спокойную песню. Ей никто не подпевал, поэтому ее волшебный звонкий голос раздавался по всей комнате. Лерон прислушался к тексту:
Чтобы подняться ближе к тебе
Чтобы попасть в поле твоего зрения
Чтобы стать хоть чем-то тебе
И не пропустить твоего важного…
Я-я-я исполняю танец на цыпочках
Уууу, который танцуют все девочки
Я-я-я исполняю танец бесхитростный
Уууу, который танцуют все девочки
Моего роста…
Лиля пела, полностью отдавшись этой песне, будто не было больше никого вокруг, делая между куплетами и припевами длинные проигрыши. В ее голосе словно была какая-то грусть или тоска, но она улыбалась, будто эта была самая прекрасная песня на свете. Песня действительно была грустна, но в ней была какая-то надежда. Все ребята сидели и внимательно слушали, покачиваясь в такт, Алексей же сидел и подтирал слезы. А посреди зала под песню танцевали Алиса с Полиной.
Им никогда не смерить взглядом сверху
Закованным быть в оковы каблучные
Никогда им руки не опустить на плечи
Им задирать головы вве-е-ерх
Да покруче…
Танцуй, заглядывай в глаза
Танцуй, заглядывай в глаза, в глаза
Девочки танцевали какой-то необычный танец без определённой стилистики, там было что-то из классического вальса и странные движения, словно из эльфийских сказок. Они еле-еле касались друг друга ладонями, но при этом почти не разрывали рук. Было непонятно, они придумывали танец на ходу или он уже был отрепетирован. Девочки улыбались друг другу и тоже будто не обращали внимания на всех вокруг. Алиса – в своем пышном платье, с этими смешными пучками на голове и босая – создавала впечатление, будто вышла прямиком из этой сказки, где всегда все хорошо, все постоянно поют и танцуют. На припеве девочки вставали на цыпочки и по очереди кружили друг друга.
Когда Лиля закончила петь, в зале повисла гробовая тишина, которую первым нарушил Алексей, громко захлопав, и начал восхищенно высказывать комплименты Лиле. Алиса с Полиной тоже остановились, ребята захлопали и им. Девочки по очереди отвесили реверансы, а потом Алиса заметила Лерона, смотрящего на нее. Он улыбался и тоже аплодировал, но скромно и бесшумно. Через мгновение он подозвал ее к себе.
– Волшебный танец, – произнес он, когда Алиса подпорхнула к нему.
– Правда? Тебе понравилось?
– Да. И песня необычная.
– О, это одна из наших любимых с Лилей. Очень старая, – улыбнулась Алиса. Она выглядела смущенной, но довольной. Ее щеки раскраснелись, а грудь тяжело вздымалась.
– Я хотел попрощаться, мне уже пора
– Уже? Но еще рано.
– Для меня достаточно веселья, – улыбнулся Лерон.
– И то правда. Что ж, я очень рада, что ты смог прийти. Жаль, что с Лизой не удалось пообщаться, она очень хотела этого…
– Думаю, она сможет это пережить.
– Конечно, – рассмеялась Алиса. – А вот ребята, не знаю, они планировали уговорить тебя тоже сыграть и спеть что-нибудь.
– С чего они взяли, что я вообще умею?
– Не знаю, можешь спросить их сам, – Алиса пожала плечами и закрутилась из стороны в сторону на пятках, игриво поглядывая на него.
– Манипуляция не удалась, – усмехнулся социолог. – Мне все равно нужно идти. Проводишь меня?
– Конечно.
Они прошли в коридор, и Лерон стал одеваться.
– Все равно жаль, что ты уходишь… Хотя я очень рада, что ты все-таки пришел. Честно говоря, немного боялась, ты решишь, что это не очень интересное мероприятие. Так что спасибо.
– Да нет, мне было очень даже интересно, – обувшись и накинув куртку, Лерон замер и посмотрел на Алису своим привычным проницательным взглядом. – Я хотел посмотреть на твоих друзей, которых ты мне с такой любовью описала. Я думал, что задержусь ненадолго, но… В общем, должен выразить тебе взаимную благодарность.
Алиса радостно заулыбалась. Они замолчали. Внезапно Лерон протянул руку к шее Алисы к серебряному кулону, висящему на ее шее. Он повертел его в разные стороны, рассматривая, и сказал:
– Кхм. Забавная подвеска. Полумна, говоришь?
– Хах, да, – Алиса смутилась и покраснела. – Это килька. Мне ее Тема привез из последней своей поездки в Швецию. Подумала, что хорошо подойдет к моему наряду. Но я не специально, правда. Видишь, не зря меня с ней сравнивают.
Она рассмеялась, Лерон тоже улыбнулся, хотел что-то еще сказать, но перевел взгляд за спину Алисы и промолчал, выпустив кулон из рук. К ним внезапно подошел Артемий. Он приобнял Алису за талию, которая от неожиданности слегка дернулась.