Чтение онлайн

–  А вот, кстати, что это друг твой колдун…

–  Гад он.

Марк не удивился, покивал, соглашаясь.

–  Это - само собой. Что этот гад говорил, что если тебе плохо будет, чтоб ты в ладоши хлопал?

Гаврила скрипнул зубами.

–  Издевался, сволочь… Или посмеяться решил…

–  Ну, посмеяться… - не согласился купец.
– Захотел бы он над тобой посмеяться, он бы тебе третью ногу отрастил бы или петушиный гребень или еще что-нибудь почуднее…

Кто-то качнул подвешенный наверху светильник, и свет плеснул на Гаврилу. Он посмотрел под ноги, ничего там не увидел и криво улыбнулся.

–  Тут другое что-то…

Марк помолчал, словно с духом собирался.

–  Может быть, ты в ладони хлопнешь, и какой-нибудь дух появится? Может быть, теперь вместо тени у тебя добрый дух в услужении? Слыхал я про такое…

Гаврила отмахнулся от слов, как от глупости. Все, что происходило в жизни, происходило от чего-то. От силы, от напряжения, от слов, наконец. Даже колдовство нуждалось в том, чтоб колдун или волшебник произнес какие-то слова, но чтоб просто так… Он даже хмыкнул. Он, может, и рассмеялся бы, только вот ничего вокруг к смеху не располагало.

–  Нет, ну ты хлопни в ладоши-то, хлопни… Не убудет от тебя. Хлопни и желание загадай…

В глазах у купца было что-то такое, что Гаврила помимо желания кивнул.

–  Попробую. Только не смейся потом, хорошо?

Купец кивнул и Гаврила, стараясь, чтоб это все быстрее закончилось, сказал:

–  Хочу, что вони этой тут не было.

Он свел ладони. Шлепок слетел с них и утонул в вонючем воздухе. Несколько мгновений Марк ждал чуда, водя головой туда-сюда.

–  Еще попробовать?
– подпустив в голос самую малость издевки, спросил Гаврила.
– Или хватит?

–  Попробуй… - серьезно попросил купец.
– Попробуй. Ни ты, ни я ведь не знаем, что с нами завтра будет, куда попадем…

Погруженный в старое горе Гаврила не думал, что может прийти и новое. Он хлопнул раз, и еще раз. Добрый дух так и не появился.

–  А что будет? Выпустят, наверное…

Марк откинулся и посмотрел на него со столь явным недоумением, что Гаврила даже устыдился.

–  Так ты не понял? Мы теперь рабы! Нас завтра продавать поведут… Вот продадут тебя камень ломать…

Мысль о рабстве была настолько чужой и далекой, что Гаврила принял ее совершенно спокойно.

–  Каменоломни - это плохо, - сказал, подумав, он.
– Это, пожалуй, похуже будет, чем пеньки корчевать…

Марк посмотрел на него, плечами пожал.

–  Есть вещи, пожалуй, и похуже. В гарем попасть несравненно гадостнее.

–  Гарем?
– для Гаврилы это слово было всего лишь набором звуков. Марк так и понял, что оно не означает для Гаврилы ничего.
– Неужто хуже? Там что, камни тяжелее?

Не желая уводить разговор от главного, купец только кивнул и сказал:

–  Карас говорил, что есть в тебе какое-то колдовство…

–  Есть, - вздохнул Гаврила.
– Да и не какое-то, а самое паршивое…

Он замолчал, а потом признался, до конца раскрываясь перед Марком.

–  Да и не одно…

–  Ну, то что у тебя тени нет, это я уже заметил, - осторожно сказал товарищ по несчастью.

–  То, чего нет, заметить проще, чем то, что есть, - отозвался Гаврила, думая о своем, - ты мне лучше про гарем расскажи… Что это такое? Почему опасно?

–  Гарем?
– задумчиво отозвался Марк, разглядывая Гаврилу, словно приноравливаясь к нему.
– Гарем… Как тебе сказать…

Он вздохнул.

–  Как и любая вещь в этой жизни, это палка о двух концах. Если он твой собственный и ты в нем хозяин - то это радость и удовольствие, а если ты раб при нем…

Он непроизвольно передернул ногами, плотно сдвинув колени.

–  Мерзко это и грустно.

Гаврила не понял, что хотел сказать купец и тряхнул его за плечо. Раздражение, что витало в воздухе, вместе с воздухом попало внутрь и растворилось в крови.

–  Что ты крутишь? Давай, выкладывай свои тайны.

Купец тяжело вздохнул. Так тяжело, будто пришлось платить долг о существовании которого все сперва забыли, а тут совсем некстати вспомнили.

–  Да нет тут никаких тайн. В этом городе покупают рабов поклонники пророка Мухаммада. Их вера разрешает им иметь трех жен и бессчетное число наложниц.

Чтобы купец не подумал, что у славян дела обстоят хуже, Гаврила поспешил сказать.

–  Подумаешь… У нас мужчина может иметь столько жен, сколько может прокормить…

Купец это и сам знал и не обратил на Гаврилов возглас никакого внимания.

–  Так вот место, где все эти жены живут, и называется гарем…

Гаврила на мгновение забыл про вонь и разулыбался даже.

–  Что ж тут худого в такое место попасть?

–  Сразу видно, о чем подумал, - сказал купец.
– Вон вся рожа замаслилась.

–  А что такого?
– спросил Гаврила, убирая улыбку с лица.
– Подумаешь…

–  Неужели ты думаешь, что хозяин гарема не понимает, что ты там натворишь, если тебя в таком виде там оставить?

Купец сдвинул пальцы, и они сошлись, словно лезвия овечьих ножниц.

–  Он тебе, перед тем как внутрь запустить кое-что важное оттяпает…

Марк подмигнул славянину, не договаривая, но подразумевая. Тот понял. Не сразу, но понял.

Несколько мгновений Гаврила еще улыбался, а потом под языком стало кисло, и он почувствовал, что спина покрывается потом. Уловив это, крепко сжал волчевку у горла. Несколько томительных мгновений он ждал, что произойдет, но предосторожность с волчевкой спасла его. Марк смотрел на него, даже не стараясь помочь.

–  Ты меня не пугай!
– просипел Гаврила, ничего не понявшему купцу.
– На всех беду накличешь…

–  Куда уж больше, беда-то?
– удивился купец.
– Свободу потеряли…

Содрогнувшись от отвращения, Гаврила пару раз глубоко вздохнул, наполняя грудь вонью и смрадом.

–  Жизнь потерять куда как горше.

Он передернул плечами.

–  Я ж говорю колдовства во мне - не меряно, - сказал, наконец, Масленников.
– Если я пугаюсь - потею.

Купец поморщился.

–  Удивил… И что?