Чтение онлайн

Но с Риджи совершенно невозможно предугадать, что она выкинет в следующий момент! С ней я каждую минуту чувствую себя стоящим на краю пропасти и смотрю, как из-под моих ног выскальзывают камни, улетая в тёмную бездну. С одной стороны, это пугает, а с другой… жить намного интересней!

Наконец добравшись до нашей комнаты, я поставил гномика на ноги. Оставшись без поддержки, принцесса пошатнулась и вцепилась в спинку расположенного у письменного стола кресла.

– Когда ж ты успела так наклюкаться? Всего ведь два бокала пунша выпила.

– Я впервые алкоголь попробовала, и вот! – пожала она плечами.

– А как же шампанское на балах?

– Папа говорил носить фужер с собой и ни в коем случае не пить.

– И ты послушалась?

– Это папа! Зачем мне портить свою репутацию в его глазах? Зато он потом мне верил, а не ябедам, что на меня жаловались.

– Он верил им, только виду не показывал.

– Знаю! Эбнер, меня сейчас стошнит! – прохныкала девушка, скуксившись.

– Иди в ванную.

– Не могу, кресло тяжёлое!

– Так ты его отпусти! – посоветовал я с улыбкой.

– Как? Оно меня держит!

Рассмеявшись, я отнёс несчастную к унитазу, где она мгновенно упала на колени и содрогнулась всем телом, опустошая желудок. Пока принцессу полоскало, я, присев рядом на корточки, придерживал её волосы и читал лекцию о вреде алкогольных напитков, к тому же сдобренных подозрительными зельями.

– Не нуди, а? Как будто бы сам не напиваешься, – прошептала она, вытирая выступившие слёзы.

– Уже давненько нет.

– Не нравишься себе пьяным?

– Себе-то я нравлюсь, другим почему-то не очень. Ну как, полегчало?

– Вроде бы.

Хмыкнув, потянул гномика за руку, помогая встать с пола, довёл до раковины и лично умыл холодной водой. После вернул заметно взбодрившуюся девушку в спальню и, порывшись в шкафу, вручил ей ночную рубашку.

– Переодевайся! Скажешь, когда всё! – распорядился и отвернулся к окну.

За спиной послышался шелест одежды, и довольно быстро прозвучало:

– Я всё!

И надо ведь было подумать, что слишком быстро, но… Я обернулся и замер, натыкаясь взглядом на абсолютно обнажённую девушку. Сердце пропустило удар и забилось в разы сильнее, подскакивая куда-то к горлу, затрудняя дыхание и кипятя кровь. Струясь по венам, она разжигала возбуждение такой силы, что перед глазами замелькали красные круги, а член дрогнул, болезненно врезаясь в ширинку.

Оценив мою реакцию, Риджина довольно улыбнулась и, разведя руки в стороны, проворковала:

– Упс, шутка!

– Я давно понял, что у тебя не все дома, но не до такой же степени! – рявкнул я, очнувшись.

В один прыжок преодолел разделяющее нас расстояние и сам натянул на принцессу тонкую сорочку, скрывая её тело от собственных глаз. Помогло мало. Во-первых, полупрозрачная ткань просвечивала и только подчёркивала манящие изгибы. А во-вторых… боюсь, мне этой картины в стиле «ню» уже никогда не забыть! Стоит прикрыть веки – и она вновь всплывает перед мысленным взором.

– Я всего лишь не скрываю своих чувств и желаний, это ты не понимаешь, что от себя бегать глупо! – выкрикнула девчонка обиженно.

– Гномик, я ещё не встречал никого с таким упёртым характером, как у тебя!

– Не переживай, я потом рожу тебе парочку демонов с точно таким же!

– Чего?!

– Тоже шутка! Ну какие дети? Мне только двадцать два года! И жениться я тебя не прошу.

– А что тогда?

Сделав шаг, Риджи прильнула ко мне всем телом, привстала на цыпочки и обвила шею руками. Прямо через ткань футболки легко прикусив ключицу, она приникла губами к дёрнувшемуся кадыку, долго и нежно целуя. Отстранилась, посмотрела мне в глаза и прошептала:

– Научи меня сексу! Если что, трусиков на мне уже нет, помнишь, да?

ЭБНЕР.

Моё сознание уже поплыло, когда прозвучала фраза про трусики. Злость мгновенно привела в чувства, разгоняя туман в голове. Эта доморощенная интриганка поиграть со мной вздумала? Ошибочка вышла, ваше высочество! Я не Олридж и не стая малолетних оборотней, мной крутить, как заблагорассудится, не так-то просто.

Я три года был бесправной игрушкой в чужих руках: говорили дерись – дрался; убей – убивал. Делал всё возможное, чтобы выжить! Но с тех пор как освободился из рабства, я никому не позволял делать из меня марионетку. Да, я подчиняюсь императору демонов, но это другое. С Риадроном у нас предельно чёткие отношения: он отдаёт прямые приказы, без увёрток и подводных камней, а я всегда могу отказаться их исполнять, если задание противоречит моим принципам. А Риджи решила надавить на болевые точки – демонстрация обнажённого тела, нежные ласки, откровенные признания… Тройной удар по мужской психике!

Только не на того напала! Ещё посмотрим, кто выйдет победителем в этой битве!

Скользнул ладонями по спине тотчас выгнувшейся малышки, сжал ягодицы и, вздёрнув девушку вверх, развернулся, усаживая её на письменный стол. Вклиниваясь между стройных ног, склонился, впиваясь жёстким, болезненным поцелуем в основание изящной шеи. Вздрогнув, гномик всхлипнула, вонзая острые ноготки в мои плечи.

Дёрнув обеими руками лиф сорочки, я разорвал кружевную ткань, обнажая высокую грудь, припадая губами уже к ней, оставляя на белой коже очередной кровавый засос. И тут принцесса сдалась, забившись в моих объятиях.

– Стой! Эбнер, остановись, прошу тебя, не надо!

– Поздно! – сообщил, сминая подол.

– Я буду кричать!

– Нисколько не сомневаюсь, все женщины так со мной себя ведут – кричат от удовольствия!

– Да что с тобой? Остынь!

– Это тебе надо остыть, а то всё лицо красное! Ты просила научить тебя сексу? Я учу!

– Я не так хотела… – прохныкала гномик, ударив меня кулачком в грудь.

– А как? Ты же не просила нежных ласк, только секс!

– Отпусти, мне больно! – шмыгнула она носом.

Усмехнувшись, я отступил, демонстративно подняв ладони, показывая, что больше не держу, и, глядя в наполняющиеся слезами глаза, произнёс:

– Риджи, я знаю, что ты не умеешь реветь, давай без концертов?

Вскинув на меня обиженный взгляд, девушка сжала разорванные края сорочки и дрожащими губами прошептала:

– Из-за дорогого сердцу мужчины плачут даже те, кто этого делать не умеет, потому что только он способен причинить настоящую боль.

Чёрт, кажется, перегнул! Я же только немного проучить хотел, обижать и пугать в мои планы не входило. Стиснув кулаки, я изо всех сил старался не поддаться порыву снова обнять гномика, на этот раз с целью утешить. Лишь молча наблюдал, как она спрыгивает на пол и скрывается за дверью ванной комнаты.