Чтение онлайн

– Лесовский! Утри зверю слюни! Что у него в зубах?! Было распоряжение не кормить!

– Его не кормили, командир!

– У него что-то в зубах! Он что, окурки жрет?!

– Никак нет! Нет! Так точно!

– Где он их опять собрал?! Я тебе приказал не бросать! Отними! Убери! Сожги! Ко мне их – под бичи!

Собирать и жрать окурки – у Другого это прям пристрастие. И отдает он их только с боем. Но Влад с такой скоростью и силой вышиб это лакомство у него из зубов, что он сообразить ничего не успел… Затаит теперь обиду… Но Владу не до того – он тоже сообразить ничего не успел… Никто не успел… Приказ о равнении отозвался в голове запоздалым эхом… Поздно. Мы все с ужасом проследили полет через коридор этой мерзости с растянутой следом слюнной нитью… Влад метнул этот ком метко – прямиком к Стикку… к его руке, к его бичу… Но Стикк не рассек, не спалил этот отвратный ком… У меня замерло сердце, когда я перехватил его отчаянный взгляд, – Ульвэр… Его высокий строгий силуэт мы различим и во мраке – такими высокими бывают только люди S12… Он похож на одну из пограничных вышек белых “хранителей” Хантэрхайма… или Ивартэна. И сейчас он молча стоит у дверей секторных врат и сосредоточенно осматривает помещение, нас всех и всех наших чудовищ – он заметит все… он уже заметил. А Стикк… Он опоздал бить бичом и, забыв что в его руке бич, принял этот позорный ком стерильно чистой перчаткой… Схватить и удержать его Стикк не смог, и эта гадость, отразившись от его перчатки, как от зеркала, с липким шлепком и брызгами упала к его ногам… Взгляд Ульвэра будто пригвоздил нас к месту… Он видел, и уже нельзя… ничего уже нельзя сделать…

Мы замерли, как безмозглые истуканы… А ком хлюпает и проседает на отдраенном полу… Он оседает, бесформенно расползаясь, в расплывающейся от него слюнной лужице… Он вязко блестит на свету в самом центре коридора, на самом виду… А Ульвэр стоит в дверях, не проходит…

Офицер-S9 – бледный, с искаженным лицом, – прошел по полному тишины бесконечно длинному и светлому коридору с искрящим бичом… Он рассек ком, но не рассчитал мощность, и всех нас обдало кипящими брызгами и подпаленными ошметьями… В довершение ко всему до Другого дошло, что офицер уничтожил его еду… Он с ревом рванул к потерянному комку… и сорвал растяжки…

Зверь отбросил Влада, но, получив от него мощный разряд, отпрянул к стене… Он с грохотом налетел на стену, чуть не сшибив меня, напоролся на мой разрядник и шарахнулся в сторону… Руггер близко – мы с Владом еще можем блокировать его… Преградили ему путь, перекрыв тоннель бичами под высоким напряжением. Влад хлестнул Другого, и тот метнулся ко мне, но я удержать его не смог – мне пришлось отвести бичи, отражая нападение моей зверюги, и пропустить его… Мой зверь выгнул шею под гудящим от растущей мощности полем растяжек, сгорбил спину, штыками поднял гребни шерсти на холке и занес когтистую лапу, примеряясь к следующему выпаду… Ни ему, ни Другому я спину открыть не могу, и бичи мне приходится переводить с одного на… другого. А Другой ломится вперед к выходу с такой силой, что его курс простой подсечкой или охлестом уже не изменить. Олег прикрыл мне спину от зверя, несущегося к выходу с рывками и бросками на нас… Но Другой уже набрал со скоростью просто сокрушительную мощь – ни Олег, ни Рихард остановить его не смогли.

Стикк перехватил зверюгу уже у разделительных врат – хлестнул по шее и по плечу так, что под бичами затлели багровые полосы обугленной шерсти… Другой поворотил, налетев на дверной косяк, – мощный удар… Стены вздрогнули, треснули панели обшивки… Мою зверюгу окончательно разъярил этот грохот и дым от подпаленной шерсти… Когти моего зверя лязгнули о мой доспех… Это уже серьезно – он начал борьбу не на жизнь, а на смерть… Перевел бичи на него, только разряд спустить так и не успел… Другой поднялся во весь рост, загораживая свет до полной темноты, и постарался, навалившись на меня всей тушей, сгрести в смертельный захват передними лапами… Черт! С двух сторон! И оба на смерть хотят! Уже рушится этот четырехметровый осколок скалы весом в три тонны и ощетиненный остриями когтей, клыков и резцов! И в спину мне направлены такие же острия! Эти чертовы твари только в холке больше двух метров! А если они прямо встанут – им “разрушители” по плечо будут! Чертов день! Разряжаю бичи! Нет, сегодня им мне ребра не сломать, не придушить меня и вены мне не порезать! Только не на глазах у Ульвэра! Мы и так перед ним сегодня проявились хуже некуда!

Стоило зверю чуть пригнуть голову, я наставил излучатель ему под челюсть… но луч не спустил – просто врезал. Короткий точечный удар между связок – это шоковый удар… только, видно, не для этой твари… Зверь отбросил тушу в сторону, чуть не сшибив меня, но обошелся только хрипом – слишком шея у него мощная, чтоб он… Но мы ему еще покажем! Влад с Остромиром ему путь преградили, и мы с Олегом ему проходу не даем – держим его… Тесним зверя трескучими огоньками хлыстов к его пустому отсеку…

Что-то искрит за спиной… Олег бросает бичи, вскидывает оружие… Влад бросает бичи… я бросаю бичи… Черт с ним – с Другим! Беру на прицел мое чудовище…

– Не стрелять! Загонять бичами! Перекрыть отсеки! Поднять напряжение!

Замухрышку не сдержать никому – он рванул за Другим, сыпля искрами из-под когтей, оставляющих глубокие борозды на полу… Мы разлетелись от него, как перья от подбитой птицы… Шальной рванул за Замухрышкой, пока Олег подбирал бичи… Рихард постарался его задержать, но безуспешно. Вдобавок он упустил не только Шального – его Обломок разорвал уже закрытую невидимую преграду, и, обезумев от боли, с дымящейся шкурой и оскаленной пастью, бросился к остальным братьям по крови… Хайнрих, поняв, что сейчас будет, бросил все, растягивая “шнур” удавкой. Он ринулся к нам, уверенный в прочности оков и стальных затворов, только Рывок без промедлений опроверг его уверенность в безопасности… Руггер, почуяв бесконтрольную волю, ободравшись до глубоких ссадин, прорвался через почти сведенные створы бункерной двери. Хайнрих понял, что поспешил, но поздно… Его зверь рванул к товарищам, которым мы кое-как установили блок, удерживая всех вместе и строго на расстоянии трех метров от нас – расстоянии придельной растяжки бичей без потери мощности и нашей безопасности. Хайнрих смог только отогнать от нас зверя, чтоб тот не нарушил наш едва удерживаемый блок и не открыл путь остальным…

Рывок полетел к выходу в тоннель – к Стикку, преградившему ему путь… Стикк спустил разряд, но руггер вздыбился и перебил хлыст когтями… Зверь со Стикком жестоко сцепился… и разорвал поле бичей… Проводники хлыстов рассыпались искрами, но Стикк не отступил – отразил выпады зверя рукоятями бичей, и, подключив бичи с большей мощностью, схлестнул синим огнем горло зверюги. Рывок взят. Хайнрих с Рихардом стянули удавками шею Обломку. Влад сшиб Другого сложной подсечкой… Как только Другой рухнул на колени, Влад тоже взял его за горло… А вот моего зверя с Шальным – только держи… Мертвенно бледный Стикк приковал и запер пойманное им чудовище… И Другой – хоть он зачинщик, ломится уже в запертую бункерную дверь… Но Замухрышку мы и общими силами обезвредить не можем… Его подстегивает ярость остальных зверюг, и он дыбит шерсть все сильнее – будто растет, становится все больше… Захват долбит стены так, что осколки панелей сыплются сверху и… отовсюду… И Хороший что-то крушит, оглашая этот хаос боевым кличем, – вернее, каким-то шипящим рыком…

Зверюги нападают вместе и слаженно, но мы разряжаем бичи с такой мощью, что руггеры даже таким натиском нас оттеснить не могут. Только мы их сообразительности не учли… Они слишком быстро переключились на другую тактику… Зверюги встали спина к спине – один нападает, другой прикрывает… Мое чудовище оттесняет нас, ищет слабое место в нашем блоке из мечущихся в воздухе синих искр… Стикку удалось заарканить его “шнуром”, но он разметал “шнур” искрами и обрушил на нас череду тяжелых ударов… Затрещали и заискрили бичи, засвистели в воздухе когти, полетели паленые клочья, и брызнула первая кровь… Черт! Нас еще дерут на куски, а к нам уже идет, близится офицер в длинной штабной шинели командира S12…

Влад скрутил и кое-как удерживает на привязи Шального, но тот взвивается, вздымается и рушится изо всех сил – тут не то, что Влад еле на ногах держится, тут и стены дрожат… Но этому зверю хоть ходу не дают… И Влад удавку все туже стягивает, подбирает “шнур” короче, тянет зверя к горящим хлыстам, готовым запереть его блоком… А от Замухрышки мы теперь можем только обороняться. Мы едва способны преградить ему путь – он так зол, что не посмотрит на искрящие хлысты, которыми ощетинился весь нескончаемый тоннель. Этот зверь способен пройти и через строй…

Капитан не отдал распоряжение о применении жестких мер – в присутствии Ульвэра мы жестких мер к его чудовищам не применяем. Был отдан приказ только о закрытии врат… Помощи от соратников нам все равно никакой – тут просто нельзя всем отрядом брать… Тут слишком тесно… Нет, вернее – руггеры слишком огромны… Их здесь “стаей” травить без толку – только потери больше будут. Безопасней просто блокировать озверелых чудовищ вместе с их всадниками. Поэтому сейчас двери отрезают куски коридора вслед за Ульвэром, который ровным шагом идет к нам…

Сектор перекрыли, перекрыли блок… “Защитники" подключили оружие, взяли зверей на прицел и ждут команды “огонь”. Но команды нет… А чьи-то когти уже скрежещут по моему плечу, кроша доспех, как стекло… Шлем разбит – забрало вырубилось… Искры сыплют в глаза – и от бичей, и от раздробленных под когтями металлических пластин… В глазах темнеет… Что-то нависает надо мной огромной черной тенью, но это не тень… Зверь готов навалиться на меня всей его ощеренной и шипящей тушей… Отгоняю его обоими хлыстами, но перед глазами опять непроглядный мрак… Я блокирую удар бичом, но…