Чтение онлайн

Пятый день пятого месяца Зеленой Сестры начался сумбурно; проснувшись с тяжелой головой, Раймонда некоторое время думала, куда лучше ехать на этот раз, и приняла непростое для себя решение направиться вместе с солдатами к реке Марит. Эта идея очень не нравилась генералессе, чутье подсказывало ей, что там может находиться ловушка — поэтому в нескольких данах от речного берега она велела всем остановиться и ждать ее, а сама, выбрав из солдат самых крепких и хладнокровных с виду женщин, поехала дальше.

На зеленой траве, под слабыми лучами солнца лежала Ивет Кампо, уткнувшись лицом в стылую землю и не подавая признаков жизни, даже когда Раймонда позвала ее срывающимся голосом. Над затылком офицерки с деловитым жужжанием кружились несколько мух.

Это конец?

В голове тревожно и почти болезненно принялся стучать тяжелый колокол, во рту пересохло, и Раймонда быстро слезла с лошади. Несколько шагов разделяли ее и Ивет, идти к ней не хотелось, но это было необходимо, и вот, наконец, она сняла треуголку и с неожиданной злостью отогнала прочь мелких жужжащих тварей. Зачем Богини вообще создали такое нелепое убожество, как мухи?! Скрипнув зубами от переполнявшего ее гнева, она наклонилась к лежавшей женщине и перевернула ее на спину.

Ивет Кампо бесстрастно смотрела в вечность спокойными голубыми глазами — она была мертва. Однако умерла недавно, несмотря на то, что пропала больше недели назад, и не требовалось владеть острым умом, чтобы понять причину. Несчастную женщину захватили в плен и долго пытали, а затем убили и бросили труп здесь: два пальца на ее правой руке были то ли отрублены, то ли откушены — рассматривать их не осталось сил. Одна щека разодрана чьими-то когтями, на второй кровоподтек, а от мундира остались лохмотья.

И все-таки это не волки и не одичавшие собаки. Едва ли они умеют стрелять.

Пулевые ранения в грудь и в голову. Стреляли из двух пистолетов.

Это томиранцы. Семьи Матиа или Сенье слишком трусливы, они могли прислать записку, но не сделать подобное. У Раймонды встал ком в горле, она медленно встала на ноги и по щекам против ее воли поползли слезы.

Чьи-то руки очень нежно обняли ее — это подошла Мия Брукс, не пожелавшая оставаться в стороне, а чтобы отчитать ее за неповиновение, не хватало ни сил, ни голоса. Раймонда Вион стояла спиной к подчиненным и плакала от горечи за Ивет, от злости на себя — она ничего не сделала, чтобы уберечь ту от гибели. Разве она не знала, что эти места дики и глухи?!

Знала, но недооценивала.

– Кто это сделал, фемита Вион? — дрожащим голосом спросила Мия.

– Томиранские мужчины. Их учат убивать не хуже, чем женщин.

Негоже рыдать на глазах у подчиненных, но в том, чтобы прильнуть к плечу порученки, желающей ее утешить, ничего постыдного нет. Мия легко провела ладонью по спутанным волосам Раймонды несколько раз, и на душе внезапно стало легче. Нужно было взять себя в руки, выпрямиться и отдавать приказы, поэтому она вытерла слезы и сухим голосом велела двум сильным женщинам отвезти тело Кампо в столицу, после чего велела всем возвращаться в таверну. У погибшей остались муж, сестра и маленький сын, они, вероятно, захотят похоронить ее на родовом кладбище

Медлить оказалось опасно — за ними по пятам шли шпионы или наемники, и на исходе этого страшного дня Раймонда объявила Мию Брукс офицеркой, отвечающей за оба отряда. Девчонка просияла и посмотрела на нее с широкой улыбкой, но, наткнувшись на полный холодной скорби взгляд, тут же смутилась и опустила голову.

– Мы выезжаем завтра утром, офицерка Брукс, - распорядилась Раймонда не терпящим возражения тоном.

– Да, госпожа генералесса! — отчеканила звонко та.

Теперь перед Раймондой встала задача поважнее, чем приехать в полк, где служили знающие Мию Брукс люди и проверить ее слова на правдивость. Отныне их обоих объединила задача найти убийц несчастной Кампо, и сделать все возможное, чтобы они, кем бы ни были, горько пожалели о содеянном, умывшись слезами, а потом, в столице Маренто, уже и кровью. Для Раймонды же важно было помнить, что она — не помешанный палач, готовый мучить других людей в свое удовольствие, прикрываясь законом.

Пусть все решат справедливость и Богини, а она поможет этому свершиться.

С каждым днем герцогиня Матиа все сильнее казалась Эдит интересным человеком и хорошей собеседницей, но при этом важно было не утратить бдительность и осторожность. После кражи части нужных ей бумаг кардиналисса временно приставила ее к персоне Матиа, пока не закончится расследование. Однако, сразу стало ясно, что оно затянется на долгие недели или даже месяцы, если вообще когда-нибудь станет возможным его раскрыть. И если бы не помощь фемиты Шанталь, Эдит продолжала бы бесцельно бродить по дворцу, как слепой котенок, расспрашивая всех, кто мог что-нибудь видеть или слышать.

Но зрение и слух в тот вечер были только у четырех стражниц и пары гвардеек, больше никто ничего не заметил, впрочем, Шанталь ничего подозрительного в этом не видела.

– Люди уже готовились к вечерней молитве или ко сну, - объяснила она Эдит во время совместной утренней прогулке в королевском парке, - и решили не прерывать свое обращение к Богиням, не бороться с усталостью. Я поговорила с некоторыми равнодушными особами — они уверяли меня, что сочли ваш крик сценой ревности. Знаете, иногда такое случается: ветреные женихи или даже мужья изменяют невестам и женам.

– Прямо во дворце? — поразилась Эдит.

– А где же еще? Прежде это место называли рассадником разврата, в прошлом темпире, кажется…

Разговор ненадолго прервался — следовало хорошенько подумать.

Семнадцатый день пятого месяца Зеленой Сестры выдался в Матресе теплым и солнечным, в ясном голубом небе летали птицы, издавая звонкие переливы, под ногами зеленела мягкая трава, а по обе стороны усыпанной разноцветным гравием широкой дороги красовались аккуратно подстриженные кусты и фруктовые деревья. Глядя на такое великолепие, невозможно было не вспоминать о Мие. Как она там? Не случилось ли чего-нибудь плохого? Сердце заныло от внезапного тревожного предчувствия, и лишь громадным усилием воли Эдит заставила себя удержаться от слез. Ведь она должна оставаться спокойной и сдержанной.

Дворец был рассадником разврата? Вот король Базиль посмеется от души!

Немного подумав, Эдит решила, что неразумно будет ему об этом рассказывать, ведь разврат шел в основном со стороны женихов, а не невест, если верить словам Шанталь. Да и дело давнее, едва ли стоит его ворошить, куда важнее пропажа бумаг. Украсть их мог лишь человек, живущий во дворце — король или кто-нибудь из вельмож. Именно мужчина, хотя, что мешало женщине замаскировать свою одежду, чтобы в полумраке ее можно было принять за другого человека? Ответов на все эти вопросы Эдит не знала, несмотря на все попытки собрать мысли в стройный ряд.

– Не хотите ли заехать ко мне вечером, фемита? — спросила Шанталь. — Грядут мои выходные дни, не хотелось бы снова коротать их в одиночестве.

Эдит вздрогнула от неожиданности и посмотрела на собеседницу. Низкая женщина в мундире и неуместной белой чалме смотрела в ответ ласково и приветливо, но на глубине темных блестящих глаз застыла плохо скрытая жесткость. Таким нельзя верить, даже если никто не учил Эдит быть хорошей шпионкой, но и отказываться не стоит. А вдруг ловушка? С другой стороны, Шанталь ей временная подруга, важно помнить об этом, не забывая об истинной цели, и, попав к ней в дом, можно будет узнать что-нибудь интересное за чашкой чая или бокалом вина.