Чтение онлайн

Я поставила поднос, старательно избегая встречаться взглядом с Ови Бубу и стараясь не чувствовать себя кухаркой. Впрочем, если придется побыть в роли прислуги, чтобы услышать, о чем они говорят, я готова на такую жертву. Я подняла заварной чайник и повернулась, чтобы спросить Ови Бубу, класть ему сахар или нет, но мама перебила меня:

– Я сама разолью чай, дорогая. Спасибо, ты нам уже и так помогла. Теперь можешь пойти поиграть.

Поиграть! Когда это я играла, интересно знать? Мои щеки покраснели от смущения, мне было очень неприятно оттого, что мама выставляет меня перед Ови Бубу ребенком, и я отвернулась, чтобы мама не заметила моего раздражения, затем сделала книксен, пробормотала: «Да, мадам», и как можно медленнее пошла к двери, надеясь, что они начнут разговор раньше, чем я покину комнату.

Разговор они не начали, если не считать, конечно, слов Ови Бубу о том, как ему нравится именно этот сорт чая. Затем я закрыла за собой дверь, и голоса мамы и Бубу слились в неразборчивое бормотание.

Наскоро убедившись, что в коридоре, кроме меня, никого нет, я забежала в соседнюю комнату и приложила ухо к стене, надеясь, что мне удастся хоть что-нибудь услышать.

– Со стаканом лучше слышно.

Я подскочила от неожиданности, обернулась и увидела сидевшего на диване Генри с книжкой в руках. Он закрыл ее и поднялся на ноги.

– Кто там, и почему ты подслушиваешь? – спросил он.

– Там мама разговаривает с этим странным египтянином. Мне хочется знать, о чем они говорят.

Генри кивнул, подошел к буфету, вытащил из него два стакана и встал рядом со мной. Один стакан он отдал мне, а другой приложил открытым краем к стене и прижал свое ухо к его донышку.

– Давай, попробуй тоже, – сказал он. – Мы в школе всегда так делаем, когда хотим узнать, что против нас замышляют громилы-старшеклассники.

Пораженная тем, как много, оказывается, знает и умеет мой брат, я приложила свой стакан к стене, как посоветовал Генри, приложила к нему ухо и отчетливо услышала голоса мамы и Ови Бубу.

– Работает, – радостно шепнула я.

– Проверено, – с гордостью шепнул он в ответ. Я начала внимательно вслушиваться.

– …говорили, о своей работе в Службе древностей, мистер Бубу?

– Точно так, мадам. Я был учеником Огюста Мариетта, а позже работал помощником у Гастона Масперо, когда тот сменил его.

– Великолепно! – сказала мама. – Мы надеялись, что вы сможете… посоветовать, как нам лучше убедить Масперо, чтобы он предоставил нам фирман на работу в Долине царей. Он выдал одному… типу эксклюзивную лицензию, и для всех остальных раскопки в этом месте оказались под запретом. Это срывает все наши планы.

– О каком кармане она говорит? – шепнул Генри.

– Не о кармане, а о фирмане, – пояснила я. – Фирман – это разрешение вести раскопки. А теперь тише, я ничего не слышу.

Ови Бубу пробормотал что-то неразборчивое, а затем с преувеличенной скромностью заметил:

– Прошло довольно много времени с тех пор, когда мы работали вместе с месье Масперо.

– Да, но вы работали с ним, значит, наверняка знаете, как можно повлиять на него.

– Возможно, я смог бы что-то предложить, но для этого мне нужно подробнее знать о ваших планах. Мадам может рассказать мне о них?

– Разумеется, – в разговоре повисла пауза, было слышно, как звякнула поставленная на стол чашка. – Итак, в 1898 году, когда в Службе древностей работал месье Лоретти, мы получили разрешение вести раскопки в Долине царей. Вместе с моим мужем мы открыли усыпальницу Тутмоса III. К сожалению, как вам, несомненно, известно, Лоретти не раз присваивал себе честь первооткрывателя даже в тех местах, где никогда не бывал.

– Да, я слышал о нем такое, – согласился Ови.

– Но даже несмотря на это, нам удалось сделать ряд ценных открытий и исследовать множество артефактов. Благодаря этому мистер Трокмортон разработал несколько новых теорий, которые я имела возможность проверить, когда в прошлом году вернулась в Долину.

– Но разве в прошлом году у мистера Девиса еще не было фирмана на эксклюзивные раскопки в Долине?

– О, оказывается, вы в курсе всех последних событий. Да. У него уже был фирман. Но после нескольких неудачных сезонов он решил, что ему нечего больше искать в Долине, и согласился, чтобы я продолжила начатую несколько лет назад работу на этом месте.

– И ваши поиски оказались удачными?

– Более чем. О таком я и мечтать не смела, – снова повисла пауза, словно мама тщательно обдумывала свои следующие слова. – Мы даже нашли… Сердце Египта.

Послышался звон – кто-то (Ови Бубу?) поспешно поставил на стол свою чашку.

– Сердце Египта, мадам? Да, это действительно потрясающее открытие. И Масперо дал разрешение вывезти этот артефакт из страны?

– Да, хотя и не сразу. Нам очень помог мой коллега, граф фон Браггеншнотт из Германии. Он сумел убедить Масперо выдать нам это разрешение.

– Могу я взглянуть на Сердце Египта? – в голосе Ови Бубу прозвучала странная нотка. Я не могла точно сказать, что это была за нотка, но она мне очень, очень не понравилась.

– Боюсь, что нет. Видите ли, вскоре после нашего возвращения его похитили.

Наступило долгое молчание, после чего Ови Бубу сказал:

– Это настоящая трагедия, мадам.

– О, да. В январе мы ненадолго вернулись в Египет, когда узнали о том, что кто-то пытался завладеть усыпальницей, которую мы открыли. Однако времени на то, чтобы разобраться с этим, нам не хватило – наш сын заболел, и нам пришлось срочно вернуться домой. Однако наша дочь…

– Та, которую я видел?

– Да, Теодосия. Она была с нами… ну, это довольно долгая история. Если коротко, то ей ужасно хотелось осмотреть место раскопок, и она тайком пробралась в Долину. Невероятно, но ей удалось открыть тайный придел к усыпальнице, который мы пропустили.

– В таком случае, можно предположить, что из нее получится хороший археолог.

– Думаю, что да. В любом случае, мы хотели бы вернуться и исследовать этот придел более обстоятельно, особенно теперь, после того, как нам удалось расшифровать часть найденных в гробнице надписей. Их содержание весьма… любопытно, и мы желали бы продолжить свои исследования. Однако Девис не разрешает нам вернуться в Долину, опасаясь, что мы обнаружим там нечто очень ценное. Я думаю над тем, как уломать Масперо, чтобы он разрешил нам продолжить свои раскопки. В конце концов, это же мы первыми обнаружили усыпальницу.

Снова повисла долгая пауза, потом Ови Бубу сказал:

– Да, положение, как говорят у вас в Британии, щекотливое. Я должен подумать, как вам лучше выйти из него.

– Так вы согласны помочь нам? – хлопнула в ладоши мама. – Замечательно. Я скажу Алистеру, что у нас есть надежда.

– Обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы помочь вам, дорогая мадам, не в последнюю очередь потому, что вы так любезно помогли мне, когда меня собиралась арестовать полиция.

Я почувствовала толчок под ребра, обернулась и увидела, что Генри улыбается мне.