Чтение онлайн

Национальное призвание Израиля было основано на Синайском завете, поэтому всех привлекала идея всеобщего спасения, крое должен был принести грядущий Мессия. Возможность национального возрождения ясно предсказана в видении Иезекииля (Иез 37:1-14), где обрисован новый акт творения, сравнимый с сотворением мира (Быт 2:7). Несмотря на эти упования, первые пророки осуждали Израиль за то, что он восстал против установлений завета, и говорили о грядущем дне Господнем, когда нераскаявшийся Израиль будет наказан и лишится благословения (Ам 5:18-20). Другие пророки обещали, что в этот день вся земля признает справедливую власть Господа (Ис 11:9). Этот Божий план всеобщего искупления важен в связи с упадком дома Давидова и унижением народа Израилева изза его отступничества (Зах 11:10-14). Все было готово к тому, чтобы Господь положил начало новой эре благодати, явив себя в силе и сокрушив врагов израильского народа на горе Елеонской (Зах 14:3-4). Теперь, по слову пророка, Он будет царем над всей землей и имя Его будет единым для всех народов (Зах 14:9), ибо Он судит праведно (Пс 95:13; 97:9).

R.K. Harrison (пер. А. К.)

Библиография: W. Eichrodt, Theology of the ОТ; Y. Kaufmann, The Religion of Israel; J. B. Payne, The Theology of the Older Testament; G. F. Hasel, ОТ Theology; G. von Rad, ОТ Theology; H. Schultz, ОТ Theology; Т. C. Vriezen, An Outline of ОТ Theology; H.H. Rowley, The Faith of Israel; L. Koehler, ОТ Theology; A. B. Davidson, The Theology of the ОТ; О. Baab, The Theology of the ОТ.

См. также: Имена Божьи; Бога, атрибуты; Бог, учение о Нем; Образ Божий; Грех; Сын Человеческий; Дары и жертвоприношения в библейские времена; Мессия.

(Federal Theology). В тесной связи с теологией договора стоит имя ИоганнаКокцеюса (1603-69), поскольку именно благодаря ему она приобрела известность. Однако идея, края легла в основу теологии договора, ясно выражена уже у ап. Павла (Рим5; 1Кор15): "Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут" (1 Кор 15:22). Адам, родоначальник рода человеческого, выступал его представителем в завете дел, к-рый заключил с ним Бог. Как природный глава человечества в целом он состоял в отношениях завета (лат. foedus) к своим потомкам. Если бы он сохранил повиновение, оно могло бы дать им блаженство; неповиновение же увлекло их вместе с ним на тот путь, к-рый Бог назначил нарушившим Его закон.

Эту мысль ап. Павел развивает в Рим 5:15-21. Род человеческий в его целокупности представлен двумя Адамами. Первый Адам был его главой при завете дел; второй Адам, Господь наш Иисус Христос, - Глава всех верующих при завете благодати. Коль скоро грех Адама по закону и по воздействию был нашим грехом, то повиновение Христа по закону и по воздействию - праведность всех верных. Отношение завета, в кром Адам стоял к роду человеческому, позволило вменить его грех потомкам и законно их осудить. Закон, к-рый осудил их, не смог бы оправдать их, если бы не было удовлетворительного возмещения за грех; возмещение же это сами они дать не могли по причине порчи, унаследованной от Адама. Чтобы обеспечить их спасение, необходимое возмещение должен был дать тот, кто не находился с Адамом в отношениях завета и потому был свободен от вменения ему греха, совершенного Адамом. Теология договора показывает, что всем этим требованиям удовлетворяет Христос, второй Адам, в Котором берет начало новое человечество. Бог вступил с ним в завет, обещая Ему спасение всех верных в награду за Его повиновение. Повиновение, крое требовалось от него как от заветного Главы Его народа, не просто равноценно тому, крое требовалось от Адама, но представляло собой нечто большее. Повиновение второго Адама, полномочного представителя нового человечества, должно включать в себя искупительную смерть, края имеет характер компенсации. Т.о., победа Его воскресения из мертвых - это и победа нового человечества, источник крого - в Нем.

Различные теологические школы поразному решают вопрос о том, вменяется ли грех Адама его потомкам. Пелагий (кон. IV-нач. V в.) отрицал, что здесь существует к.-л. необходимая связь. Сам Кокцеюс не основывал свою теологию на учении о предопределении в духе Кальвина. Ранние арминиане полагали, что, хотя люди и унаследовали свою природную порчу от Адама, им все же не вменяется в вину его прегрешение. Поздние арминиане, в частности последователи Дж. Уэсли, допускали, что врожденная испорченность человеческой природы влечет за собой и грех. Однако, несмотря на эти расхождения, существует общее согласие между католиками, лютеранами и реформатами в том, что утрата изначальной праведности - последствие первого греха, совершенного Адамом как заветным главой рода человеческого. Августин пишет: "Ничего иного не остается, как признать, что в первом человеке согрешили все, посредством чего грех приходит с рождением и не изглаживается ничем, кроме нового рождения". Всякая иная точка зрения разрушит аналогию, края столь ясно выражена ап. Павлом: "Ибо, как непослушанием одного человека сделались многие грешными, так и послушанием одного сделаются праведными многие" (Рим 5:19). Подлинное вменение праведности Христа в праведность Его народу требует подлинного вменения в вину потомкам Адама греха, совершенного Адамом. По словам Кальвина, оспаривавшего взгляды Пелагия, если вменять грех Адама в вину его потомкам значит лишь, что Адам стал нашим примером во грехе, то предложенная ап. Павлом аналогия между двумя Адамами означала бы только, что Христос стал для своего народа примером, а не причиной праведности. На самом же деле жизненный союз с Христом- исток их праведности, ручательство возрастания в личной святости.

G.N.M. Collins (пер. В. Р.) Библиография: J.Cocceius.Swnma Doctrinae deFoedereel Tesiamenlis Die; J. Calvin, Commentary on Romans; C. Hodge, Commentary on I Corinthians; A. A. Hodge, Outlines of Theology; L. Berkhof, Manual of Reformed Doctrine; J. W. Beardslee, Reformed Dogmatics; J. W. Ba ker, Heinrich Bullinger and the Covenant.

См. также: Кокцеюс, Иоганн; Теология завета.

Учение о завете - часть того вклада, к-рый внесла в христианство Реформация XVI в. Ранее не разрабатывавшаяся, теология завета нашла отражение в трудах Цвингли и Буллингера в ходе их полемики с анабаптистами Цюриха и близлежащих регионов. Позже учение о завете развивал Кальвин и другие реформаты, а также их последователи. Учение занимало существенное место в реформатской теологии XVII в.; тогда же оно получило название "теология завета" ("теология договора"). Теология завета рассматривает взаимоотношения Бога с человеком как соглашение, установленное Богом по образу взаимоотношений трех ипостасей Св. Троицы. При этом традиционный акцент на договорных отношениях Бога с человечеством несколько снизился, что, по мнению нек-рых, составляет недостаток ранней реформатской теологии, с ее упором на божественное всевластие и предопределение. Из Швейцарии теология завета проникла в Германию, а оттуда в Нидерланды и на Британские ова. В число ранних и наиболее известных ее сторонников входили, помимо Цвингли и Буллингера, Олевиан ("О природе завета благодати между Богом и избранными", 1585), Кокцеюс ("Учение о завете и заветы Божьи", 1648), Виций ("Промысел завета", 1685). Учение вошло в Вестминстерское исповедание и заняло важное место в теологии Шотландии и Новой Англии.

Завет дел. Сотворив человека по своему образу как свободную личность, обладающую знаниями, праведностью и святостью, Бог заключил договор с Адамом. Договор этот предполагал, что впоследствии Адаму будут дарованы новые блага. Получивший название "завета в раю", "естественногозавета", "заветажизни" и,чащевсего, "заветадел", он включал: (1)обещание вечной жизни при условии абсолютного послушания в течение испытательного срока; (2) угрозу смертью за непослушание; (3) свидетельство о сакральности дерева жизни, сакральности рая и дерева познания добра и зла. Само слово "завет" в первых главах Быт не употребляется, но очевидно, что все элементы завета здесь есть (хотя обетование вечной жизни только подразумевается). Перед грехопадением Адам был совершенен, но сохранял способность ко греху: если бы в испытательный период он остался безгрешным, Бог признал бы его праведным и неспособным ко греху. Поскольку Адам действовал не от себя лично, а от имени человечества, его грехопадение отразилось на всех будущих людях, к-рые отныне зачинались и рождались во грехе. Без особого вмешательства Бога им уже не на что было надеяться; они потеряли все.

Благая весть, однако, состояла в том, что ради человечества Бог заключил другой завет. В отличие от предыдущего " завета дел", девиз крого "исполнивший его человек жив будет им" (Рим 10:5; Гал 3:12), "завет благодати" с пребывающими в греховном состоянии людьми включает такое обетование: хотя люди не способны исполнять заповеди Божьи, но, если у них есть вера, Бог из чистого милосердия простит им грехи и примет их как своих детей, благодаря заслугам своего Сына, Господа Иисуса Христа.

Завет искупления. Согласно теологии завета, действующий в истории завет благодати опирается на еще один завет, "завет искупления", - вечный договор между Богом Отцом и Богом Сыном о спасении человечества. Св. Писание учит, что Божество триипостасно и ипостаси равны по сущности, славе и могуществу, взаимнодополнительны по отношению друг к другу. Отец любит Сына, отправляет Его в мир, дает Ему народ, право судить и власть над всем человечеством (Ин 3:16; 5:20,22,36; 10:17-18; 17:2,4,6,9,24; Пс 2:7-8; Евр 1:8-13); Сын любит Отца, жаждет исполнить Его волю и навечно разделяет Его славу (Евр 10:7; Ин 5:19; 17:5). Одно из ключевых положений христианского учения о Троице состоит в том, что Отец, Сын и Св. Дух связаны глубокой внутренней связью. На этой основе теология завета утверждает, что Бог Отец и Бог Сын заключили договор ради искупления человечества. Отец сделал Сына посредником; Сын, Второй Адам, чья жизнь будет отдана ради спасения мира, принимает волю Отца, обещая, что исполнит дело, порученное Отцом, - через послушание закону Божьему все люди обретут праведность. Т.о., еще перед сотворением мира вечное Божество определило в самом себе, что творение не уничтожимо грехом, бунт и беззаконие преодолеваются Божьей благодатью, ко славе Божьей Христос становится новым главой человечества, спасителем мира.

Завет благодати. Завет, заключенный Богом с человечеством, в кром Он предлагает жизнь и спасение через Христа всем верующим. Поскольку никто не может уверовать без особой благодати Бога, точнее было бы сказать, что завет благодати заключен Богом с верующими (избранными). По словам Иисуса, все, кого Отец отдал Ему, придут к Нему, а тех, кто придет, Он примет (Ин 6:37). Отсюда ясно, как тесна связь между заветом благодати и заветом искупления, при том, что первый опирается на последний. Предвечный Отец дает народ Сыну; народу же Он дарует Св. Духа, чтобы люди могли жить в содружестве с Богом. Христос - посредник в завете благодати, поскольку Он принял на себя вину грешников и восстановил тем самым их спасительные взаимоотношения с Богом (Евр 8:6; 9:15; 12:24). Он посредник не только как судья и вершитель судеб (хотя именно в этом смысле употреблено слово "посредник" в 1Тим 2:5), но и в том смысле, что Он исполнил все условия, необходимые, чтобы обеспечить вечное спасение своего народа. Так, в Евр 7:22 Иисус называется "поручителем" (гарантом) нового завета, "лучшего", чем тот, к-рый достался от Моисея. В этом отрывке дважды упоминается Божье обетование Христу и людям, составляющим Его народ. Бог будет их Богом, они- Его народом. Он ниспошлет им благодать, края необходима, чтобы исповедовать Его имя и обрести вечную жизнь в единении с Ним. Смиренно завися от Него в своих нуждах, они будут день за днем являть ему то доверчивое послушание, крое в Св. Писании называется "верой". Вера - единственное условие завета, но даже она есть дар Божий (Еф 2:8-9).

Хотя завет благодати включает различные исторические проявления, по сути он един. С обетования в райском саду (Быт 3:15), через завет с Ноем (Быт 6-9), до дня установления завета с Авраамом преизбыточествовала Божья благодать. Завет с Авраамом был укреплен и дополнен Синайским заветом. На Синае завет принял национальную форму; средоточием его стал закон Божий. Но благодатный характер завета не изменился, просто тогда надо было подготовить Израиль к тому времени, когда сам Бог явится посреди него. В Иисусе уже реализовалась новая форма завета, обещанная пророками; прежняя, временная его форма исчезла (Иер 31:31 -34; Евр 8). Хотя завет благодати в историческом времени обладает единством и преемственностью, приход Христа и последующее действие Св. Духа принесли богатые дары, неизвестные в предшествующую эпоху. Эти дары - предвестники будущего блаженства, когда нынешний мир исчезнет и Святой Град, Новый Иерусалим,сойдет "отБогаснеба" (Откр21:2).