Чтение онлайн

Примечание: Просто изумительно. Каждый глоток дарит новый вкус. Исследователь Сибелист.

Сессия 9. Исследователь: Унтерцельс. Запрошен капучино. Также имеет аромат розы. Примечание: в мастерской заканчиваются кружки, принято решение допить предыдущие эксперименты.

Сессия 10. Исследователь: Бомелий. Исследователь заявил, что понял, как это работает. Запросил капучино. Продукт обладает неприятным землистым привкусом. По словам исследователя Бомелия, решающее значение имеет тип энергии, направленной в рунный контур.

Сессия 11. Исследователь: Бомелий. Пояснение: исследователь обучен работать с стихиями огня, воды, земли, воздуха и льда. Приготовлено 5 (пять) порций кофе, на контур подавались различные типы ци. Огненная стихия добавляет остроту, земля – вязкость и горечь, вода делает кофе субъективно более жидким и “слабым” (требует дополнительного исследования по физическим свойствам), воздух – слабый неопределимый привкус, исследователь Монеткин сравнил его с запахом степи, а лёд сильно ускоряет остывание напитка .

Сессия 12. После освобождения лабораторной посуды проведена серия кратких экспериментов с исследователем Унтерцельс, которая выразила свою компетенцию в вопросах управления внутренней энергией алхимика. Полученные привкуса: роза, жасмин, тина, куриный бульон.

Примечание: Лучше я выпью ещё земляного кофе Бомелия. Какой ужас, я даже не знаю что хуже, с бульоном или тиной. Исследователь Сибелист.

Примечание 2: Сама тогда и готовь. Исследователь Унтерцельс.

Серия экспериментов завершена вследствие истощения запасов кофейных зёрен и наблюдения у всех, кроме исследователя Могилёвского, признаков лёгкой кофеиновой интоксикации. Исследователь Могилевский проверен на опьянение, проведена дополнительная диагностика – полностью здоров.

***

— Да уж, – тяжело протянул Бомелий и икнул, – Кажется, я сегодня не усну.

Мы шли в сторону наших общежитий, которые, как оказалось на прошлой неделе, располагались по соседству. На улице стоял поздний вечер, и я был голоден как чёрт. Есть, все же, боялся. Несмотря на кофеиновую нездоровую бодрость, живот крутило.

— А кто уснет, друг мой, – с отвращением к собственной бодрости ответил я. Мозг требовал сна, а тело отказывало ему в этой малости.

— Так-то да, мы сделали открытие. Кто бы мог подумать, что стихийный элемент энергии может повлиять на вкус кофе.

— Ну хоть кто-то до нас должен же был сделать артефактную кофеварку, – вслух подумал я.

— По крайней мере, это не на слуху.

— Согласен.

— Что дальше будем делать?

— Мы? Не знаю, дальше будем холодильник придумывать. Я лично займусь пилюлями. Давно пора хоть что-то сделать.

— Слушай, не сочти за грубость, но как так вышло, что ты, Ломоносов, и в свои восемнадцать только на стадии фундамента? – спросил Бомелий. Его руки сильно тряслись.

— Как, как… Дурак был. Теперь взялся за ум. Надо двигать отечественную мысль вперёд.

— Здравое дело говоришь, – Кирилл похлопал меня по плечу, чуть не промазав, – А сами мысли есть?

— Есть, как же не быть. Не боись, я головой только умные мысли думаю, – ухмыльнулся я и погладил блокнот во внутреннем кармане мантии. Там, на странице с названием “концепты” было уже три записи.

Но все потом. Сначала – культивация. Сначала – дать по морде Орлову!

— И-и-и тачдаун! – заорал сволочь Орлов, бросив меня на прогиб.

— Кхэ! – посрамил я честь аристократии, впечатавшись в татами.

Аркадий Орлов, проходивший у меня как Аркадий Сволочь Орлов, или же Аркадий Мерзкая Тварь Орлов, один из отпрысков дома, не удивляйтесь, Орловых. Не старший наследник, с ними, как правило, как наседка с яйцами, но все же какой-никакой сын главы рода, пусть и пятый. Номинально, ничто не мешает мне превратить его морду в шакшуку. Запретов нет. А вот физически я ничего ему противопоставить не могу.

Стадия фундамента считается подготовкой к первой ступени (я тут). Первая ступень – взращивание ядра. Вторая ступень – гравировка ядра. Третья ступень – запуск вращения ядра. Дальше уже не такие явные этапы, типа взращивания первого инструмента, но все же деление есть. И вот если я почти закончил нормальный фундамент, но Аркадий Сволочь Орлов уже почти закончил с вторым этапом, и сейчас занимается двумя вещами: любовно гравирует свое ядро, часами сидя и смотря себе в пупок, и смешивает меня с дерьмом. Как вы догадались, свои положенные часы он отсидел.

— Еще раз, – сказал я, вставая.

Собственно, сейчас я уже несколько сильнее среднестатистического человека, но все же не настолько, чтобы это было статистически значимым (фить-ха!). А вот Орлов уже значимо сильнее.

Этот пижон оправил свои по-китайски длинные синеватые волосы – культиватор хренов, пути Подсолнуха на тебя нет – и встал в свой угол ринга.

— Марк, уверен, что еще раз потянешь? – с легкой опаской спросила меня преподавательница, которая вела допзанятия управления внутренней энергией, Анастасия Петровна. Монументальная женщина лет сорока, почти бодибилдер, причем по мужскому типу. Вечно смущала меня самим фактом своего существования. Что и говорить, эта мировая тетка сочетала в себе как внешность Геракла, так и миролюбивым, заботливым нравом, так еще и на лицо была вполне ничего, в свои-то тридцать с хвостиком.

— Да потяну, потяну, – мрачно ответил я, пригладив свои бело-голубые волосы. Те, впрочем, снова встали торчком. Никак не могу избавиться от этого объема, проклятая идеальная генетика.

— Давай, Ломоносов, еще во-он в том углу еще пыльно, – гадко усмехнулся Орлов.

Ага, это был его минус. Аристократ, все дела, а чувство юмора как у шестиклассника. Уверен, он будет натурально подыхать с мемов типа «Узбагойся». Ну, когда его наконец придумают…

Так что вместо того, чтобы с этим ментально младшеклассником спорить, я просто снова встал в боевую стойку. Никогда особо не занимался единоборствами, всегда полагал, что лучше выстрелить, но вот как жизнь повернулась, Маркуша.

— Бой! – коротко скомандовала тренер.

И мы схлестнулись. Ну как, схлестнулись… Я сделал шаг, а Орлов метнулся на пять метров вперед толчком одной ноги. Тренер хвалила меня за один мой аспект, сказала, что у меня восприятие сильно развито, но толку от того, что я вижу, как он бьет, если тело не поспевает?

Боковой удар ноги, принять на блок. Делаю короткий джеб, кулак встречает его предплечье. Его нога скользит вниз, делается опорной. Мою ногу пронзает боль от лоу-кика с второй ноги. Отшагиваю, два джеба и хук, тщетно, все в блоки. Успеваю увернуться от фронт-кика в живот, я бы такое не выдержал. Пока он не в равновесии, бью локтем. Удача – прямо по плечу. Его равновесие нарушено, он начинает заваливаться. Делаю лоу-кик по опорной ноге, и Орлов падает на спину. Ну, почти.