Чтение онлайн

Процесс межпоколеической передачи. Процесс семейной проекции продолжается на протяжении жизни нескольких поколений. В любой ядерной семье есть ребенок, который является основным объектом процесса семейной проекции. У этого ребенка оказывается более низкий уровень дифференциации, чем у его родителей, и он хуже приспособлен к жизни. Другие дети, которые в меньшей степени вовлечены во взаимоотношения с родителями, остаются на тех же уровнях дифференциации, что и их родители. У тех, кто рос в стороне от внутрисемейного эмоционального процесса, развиваются более высокие уровни дифференциации, чем у их родителей. Если на протяжении нескольких поколений проследить детей с наиболее сильными нарушениями, то можно обнаружить одну нисходящую линию, которую составляют люди со все более низкой продуктивностью и дифференцированностью. Процесс может развиваться быстро в течение нескольких поколений, затем остановиться на одно-два поколения, затем снова ускориться. Однажды я уже отмечал, что нужны три поколения, чтобы произвести ребенка с настолько надломленной психикой, что он может закончить шизофренией. Это утверждение было основано на представлении, что стартовая точка находится на неплохом поверхностном уровне функционирования, и на оценке скорости развития процесса в цепи поколений. Однако поскольку сегодня нам известно, что процесс может приостанавливаться в одном-двух поколениях, то можно утверждать, что требуется 8-10 поколений для воспроизводства таких нарушений, которые сопровождаются шизофренией. Именно этот процесс порождает плохо функционирующих людей, из которых складываются низшие классы общества. Если семья подвергается стрессу в пятом или шестом поколении 10-поколенного процесса, она может породить неудачника, который все же будет менее ущербным, чем шизофреник. Нарушения на уровне шизофрении берут начало от тех плохо дифференцированных людей, которым удается удержать систему отношений на уровне бессимптомного равновесия еще несколько поколений.

Если связать в одну линию детей, имеющих уровень дифференциации, соответствующий уровню родителей, то будет видна примечательная преемственность функционирования семей в течение многих поколений. Историки говорят о семейных традициях, семейных идеалах и т. п. Прослеживая многопоколенческую линию людей, чей уровень дифференциации превышает таковой у родителей, мы обнаружим цепочку высоко функциональных и очень успешных людей. Семья с высочайшим уровнем дифференциации может иметь одного ребенка, который пойдет вниз по шкале. Семья с самым низким уровнем дифференциации может иметь ребенка, который будет двигаться вверх по шкале. Много лет назад я описал шизофрению с феноменологической точки зрения как природный процесс, который помогает поддерживать человеческую расу на должном уровне. Слабости семьи фиксируются в одном человеке, который с наименьшей вероятностью вступит в брак и оставит потомство и который имеет все шансы умереть в молодом возрасте.

Сиблинговая позиция. Это понятие было заимствовано из работы Тоумена, посвященной личностным профилям родных братьев и сестер. Его первая книга, вышедшая в 1961 г., была удивительно близка к некоторым нашим исследованиям. Он использовал индивидуально-психологический подход и работал только с нормальными семьями, но при этом организовал свои данные таким образом, каким до него не делал никто; их оказалось возможным легко приложить к процессам дифференциации Я и семейной проекции. Его основным тезисом было утверждение, что важные личностные характеристики соответствуют той сиблинговой позиции, на которой человек находится в своей семье. Его десять основных сиблинговых профилей позволяют сразу определить профиль, соответствующий любой позиции, и при прочих равных условиях получить полное предварительное знание о любом человеке. Его идеи позволили по-новому взглянуть на то, каким образом данный конкретный ребенок выбирается в качестве объекта процесса семейной проекции. Степень соответствия конкретного личностного профиля нормальному профилю открывает путь к пониманию уровня дифференциации и направления процесса проекции из поколения в поколение. Например, если старший похож на младшего, то это весомое свидетельство в пользу того, что он был самым «триангулированным» ребенком. Если старший слишком властный, то это свидетельствует об умеренном нарушении функционирования. Старший, который функционирует спокойно и ответственно, – это весомое доказательство более высокого уровня дифференциации.

Использование тоуменских профилей вместе со знаниями о дифференциации и проекции позволило построить надежные личностные профили для людей из ушедших поколений, относительно которых нет надежных фактов. Зная степень соответствия людей их сиблинговым профилям, можно предположить, как будут вести себя супруги в браке и как они отнесутся к семейной терапии. Наш опыт исследований и практической терапии подсказывает, что никакая информация не имеет такого важного значения, как знание сиблинговых позиций в настоящем и предшествующих поколениях.

Социальная регрессия. Восьмое и последнее понятие теории Боуэна было впервые сформулировано в 1972 г. и официально добавлено к теории в 1975 г. Меня всегда интересовали причины социальных проблем, но лихие обобщения психиатров и социологов, сделанные на основе минимума фактов, привели к тому, что этот мой интерес сохранился лишь в форме чтения «для себя». Семейные исследования дали мне в руки факты нового типа, но я избегал соблазна сделать по ним широкие обобщения. В 1960-е годы стало понятно, что эмоциональные проблемы общества имеют сходство с эмоциональными проблемами семьи. Треугольники существуют во взаимоотношениях любого типа, и это давало небольшую зацепку. В 1972 г. Агентство по охране окружающей среды обратилось ко мне с предложением сделать доклад о реакциях людей на проблемы окружающей среды. Я предполагал написать статью на основе фактов, сообщенных людьми, описывавшими большие социальные проблемы. Подготовка доклада потребовала года исследовательской работы и вынудила меня обратиться к старым картотекам для подтверждения имеющихся данных. Наконец, мне удалось обнаружить соединительное звено между семьей и обществом, которое позволило на достаточно достоверном уровне распространить базовую теорию семьи на общество. Указание на это звено дали, во-первых, подростковые правонарушения, являющиеся предметом заботы как родителей, так и общества и, во-вторых, разные способы решения одной и той же проблемы родителями и социальными работниками.

Описать все детально пока не было возможности, но общая структура этого понятия была представлена в виде очерка. Утверждалось, что когда семья подвержена хронической, затяжной тревоге, она начинает терять контакт со своими интеллектуально зафиксированными принципами и все больше прибегает к эмоциональным решениям для снижения текущего уровня тревоги. Результатами этого процесса являются проявившиеся симптомы и регрессия к нижним уровням функционирования. Понятие социальной регрессии постулирует, что тот же процесс развивается и в обществе; что мы переживаем период возрастания хронического социального беспокойства; что общество реагирует эмоциональными решениями для снижения текущего уровня тревоги; что результатом этого являются симптомы дисфункций; что усилия по смягчению этих симптомов приводят к более аффективным законодательным инициативам, что еще больше усложняет проблему; и что этот цикл повторяется аналогично тому, как семья идет через подобные циклы к состоянию, которое мы называем «эмоциональным заболеванием». В первые годы интереса к социальным проблемам мне представлялось, что все общества проходят через хорошие и плохие периоды, через взлеты и падения, и что циклические явления 1950-х годов были частью одного из таких циклов. По мере того, как тревога в обществе в 1960-е годы привела к нарастанию проблем, я начал искать объяснение хронической тревоге. Я пытался смотреть на человека как на инстинктивное, а не социальное существо. С позиций моих сегодняшних взглядов хроническая тревога является результатом популяционного взрыва, уменьшения запасов пищи и сырья, необходимых для поддержания жизни человека, загрязнения окружающей среды, грозящего подрывом природного равновесия, необходимого для выживания людей.

Это понятие позволяет сделать логические переходы от семьи к все более широким социальным группам и ко всему обществу. Оно слишком сложно, чтобы рассматривать его здесь во всех деталях. Я привел его лишь для иллюстрации того, что теоретические понятия теории Боуэна действительно позволяют перейти к построению основ теории общества как эмоциональной системы.

Ackerman N. W. (1958). The Psychodynamics of Family Life. New York: Basic Books.

Bateson G., Jackson D. D, Haley J., Weakland J. (1956). Toward a theory of schizophrenia // Behavioral Science. 1: 251–264.

Bell J. E. (1961). Family Group Therapy. Public Health Monograph. 64. United States Department of Health, Education and Welfare, Washington, DC.

Boszormenyi-Nagy I., Spark G. (1973). Invisible Loyalties. New York: Harper.

Bowen M. (1960). A family concept of schizophrenia // The Etiology of Schizophrenia / Ed. D. D. Jackson. New York: Basic Books.

Bowen M. (1961). Family psychotherapy // American Journal of Orthopsychiatry. 31: 40–60.

Bowen M. (1966). The use of family theory in clinical practice // Comprehensive Psychiatry. 7: 345–374.

BowenM. (1971). Family therapy and family group therapy // Comprehensive Group Psychotherapy / Ed. H. Kaplan and B. Sadock. Baltimore: Williams and Wilkins.

Bowen M. (1975). Family therapy after twenty years. In American Handbook of Psychiatry. Vol. 5 / Ed.J. Dyrud and D. Freedman. New York: Basic Books. P. 367–392.

Jackson (1960). The Etiology of Schizophrenia. New York: Basic Books.

Lidz T, Fleck S, Cornelison A. R. (1965). Schizophrenia and the Family. New York: International Universities Press.

Minuchin S. (1974). Families and Family Therapy. Cambridge, MA: Harvard University Press.

Toman W. (1961). Family Constellation. New York: Springer Publishing Company.

Оценивание проблемной семьи начинается с первичного контакта с одним из членов семьи. Семья с самого начала пытается вовлечь терапевта в свои проблемы. Это делается настолько непроизвольно, что члены семьи просто не отдают себе отчет в происходящем. Неопытный терапевт может быть вовлечен в эмоциональные проблемы семьи уже во время телефонного разговора, посвященного организации первой встречи, и так никогда и не понять, что же произошло. Это может случиться во время первой встречи с семьей в приемной, когда терапевт начинает испытывать явную симпатию к одному из членов семьи, который выглядит особенно беспомощным и угнетенным. Это может произойти во время первой сессии, когда терапевт поддается чрезмерному влиянию или обаянию одного из членов семьи, энергично и артистично излагающего свою позицию. Психотерапевт может подключить свои эмоции позднее, уже в процессе терапии, постепенно накапливая раздражение к одному из членов семьи. Опытный терапевт также может эмоционально вовлечься в семейную проблему, но он, скорее всего, отдаст себе в этом отчет и найдет способ, как от нее «отстраниться». Когда терапевт «прилипает» к семье эмоционально, он может стать частью системы эмоциональной поддержки семьи, но при этом он не будет способствовать процессу дифференциации в семье. Терапевт, вовлеченный в эмоциональные проблемы семьи, может стать для нее источником разногласий.