Чтение онлайн

Некоторые члены семьи склонны к отказу от своего Я, а другие стремятся его укреплять и «накапливать». «Накопление» Я внутри семьи может происходить путем расширения ролевых функций, привилегий или степеней свободы. В некоторых семьях процессы ослабления и аккумулирования Я со временем становятся все более односторонними. В этих случаях симптомы закрепляются и не поддаются лечению или каким-либо иным воздействиям. Подобные схемы, по всей видимости, способствуют возникновению таких видов депрессии, которые описываются как необратимые и трудноизлечимые.

Чем больше семья фокусирует свою тревогу на носителе симптомов или на самих симптомах, тем сильнее закрепляется травмирующая ситуация. Подобная фокусировка тревоги может принимать формы чрезмерного эмоционального внимания или преувеличенного невнимания к человеку и его состоянию. Это делается для того, чтобы снизить семейную тревогу. Если же семья отказывается от такого «соглашения», то часть тревоги должны взвалить на себя другие люди, что в рассматриваемых здесь случаях может означать появление депрессии у других членов семьи. Возможность перераспределения напряженности между членами семьи свидетельствует о гибком регулировании отношений в семье и достаточной выносливости самых уязвимых ее членов.

Случай 4 (продолжение)

Существенной частью лечения Нэнси Г. было подключение ее матери к рассмотрению процессов, происходящих в ядерной семье. В течение нескольких лет состояние матери было удовлетворительным, но Нэнси становилось все хуже. Когда мать начала пересматривать свои отношения с Нэнси и общий стиль своего поведения, у нее вновь началась депрессия. Напротив, в состоянии дочери обозначились улучшения. Нэнси быстрее, чем прежде, справилась с обострением депрессии и положительно восприняла планы матери в отношении сепарации. Нэнси завела более достойную компанию друзей и поступила на более перспективную работу. При этом самой работе она придавала большее значение, чем отношениям с сотрудниками.

На этой стадии мать смогла сформулировать задачи по корректировке своей роли в процессах ядерной семьи. Они касались ее реакций на поведение дочери, которые лишь усиливали дисфункцию Нэнси. Она решила, что ей следует: подавлять собственную чрезмерную эмоциональность при общении с Нэнси, быть с ней эмоционально мягкой, но твердо сопротивляться своей склонности прощать дочь за ее легкомысленное поведение, особенно в денежных делах. Центральным элементом в лечении депрессии Нэнси было понимание процесса, происходящего в ядерной семье, и роли каждого члена семьи в этом процессе.

Случай 5

Г-жа Д. вместе с мужем эмигрировала из Англии вскоре после замужества. У нее был маленький сын от другого мужчины. Когда г-жа и г-н Д. обосновались в США, у них родились три дочери. Их брачные отношения были то близкими, то конфликтными, причем конфликтная фаза постепенно стала преобладать. За несколько лет до начала курса психотерапии г-жа Д. сделала аборт. Она помнила, что на этом решении настоял муж, который больше не хотел иметь детей. Можно было предположить, что корни ее депрессии – в аборте, в понимании того, что детей больше не будет, а также в снижении жизненной активности. Семейная диаграмма г-жи Д. показана на рисунке 5.

Во время первой беседы она была молчалива, сдержанна и ясно показывала, что очень плохо себя чувствует. После нескольких сессий ее молчание было прервано, подавленность ослабела. Этого было достаточно для того, чтобы выявить объекты ее гнева – муж и супружеская жизнь. В родительской семье у г-жи Д. была младшая сестра, а у г-на Д. – младший брат. Трудности, часто возникающие при совместной жизни людей, занимавших такие сиблинговые позиции в своих родительских семьях, в данном случае проявились со всей силой. Конфликты в отношениях супругов проистекали из свойственной им борьбы за первенство. Роль мужа в доме становилась все менее и менее значимой; периоды близости супругов были нечастыми и продолжались недолго. По мере того как фрустрация и гнев г-жи Д. возрастали, усиливалась ее склонность к чрезмерной ответственности за семью. В результате она брала на себя всю ответственность за домашних вместо того, чтобы делить ее с ними. Это неизбежно вело к усилению ее чувства одиночества. Муж и дети занимали пассивные позиции в отношениях с ней. Хотя ощущение фрустрации и неудовлетворенности сильнее всего сказывалось на отношениях с мужем, оно отражалось и на детях, у которых периодически возникали серьезные трудности.

Рис. 5. Диаграмма семьи Д.

Первые шесть месяцев терапии отчаяние г-жи Д. проявлялось больше в ее позе и поведении, чем в ее словах.

Напряженность между ней и мужем привела к тому, что он поднял на нее руку, а она, в свою очередь, пригрозила ему ножом. Г-н Д. иногда приходил на сессии по моему приглашению, но когда напряжение в браке возрастало, отказывался от посещений, и его отношение к терапии ухудшалось. Острота этого процесса несколько снизилась, когда я уговорил г-жу Д. переключить свою энергию и внимание на родительскую семью, проживающую в Англии. Начавшаяся переписка, две поездки, а затем обсуждение этих отношений продемонстрировали, с одной стороны, ограниченность ее контакта с родительской семьей, а с другой – возможность налаживания более активного общения с нею. Эта работа включала восстановление позитивных отношений с отцом, когда тот заболел. Хотя в прошлом они иногда злились друг на друга, теперь г-жа Д. стала более уважительно относиться к отцу и к его положению в семье. Его здоровье значительно улучшилось, когда она приехала в Англию, а после ее отъезда начало постепенно ухудшаться. Она смогла снова приехать в Англию перед его смертью и успела с ним попрощаться. Посмотрев на отца другими глазами, она стала строже оценивать эгоцентрическое поведение своей матери и сестры. Тем не менее она стала более активно, чем прежде, общаться с ними и с другими членами расширенной семьи.

Кроме налаживания отношений с родительской семьей, целью работы терапевта было снижение сверхответственности г-жи Д. в ядерной семье. В определенный момент лечения схема распределения ответственности в ее семье стала проясняться, однако г-жа Д. не могла противиться инерции этой системы. Я написал записки ее мужу и детям, приглашая их на очередную сессию, чтобы они помогли г-же Д., которая, по моим предположениям, не знала, как именно ей надо изменить свое поведение. После двух совместных сессий с детьми и еще нескольких сессий с супружеской парой ригидная схема изменилась, и состояние семьи улучшилось. Супруги сумели прийти к соглашению по поводу семейного лидерства. Когда у их детей появились проблемы, семья смогла координировать свои реакции. Затем г-жа Д. рискнула сменить хорошо оплачиваемую работу, связанную с физическим трудом, на конторскую, хуже оплачиваемую, но в большей степени удовлетворяющую ее и дающую ей дополнительный социальный опыт. Круг общения г-жи Д. существенно расширился, и она стала получать удовлетворение от взаимодействия с семьей и с внешним миром. Несмотря на периодические стычки с детьми по поводу расширения или ограничения их ответственности, все члены семьи выказывали некоторые признаки удовлетворения и прогрессивных изменений в своей жизни.

В теории Боуэна понятие общего уровня функционирования семьи является производным от понятия дифференциации Я. Уровень функционирования семьи включает способность обдумывать и решать эмоционально значимые проблемы в эмоционально напряженных условиях. Это понятие характеризует также баланс между устойчивостью и уязвимостью семьи. Кроме того, в это понятие входят переменные, описывающие стиль и качество жизни. Уровень функционирования семьи заметно влияет на то, как протекает эмоциональное нарушение, а также на выбор терапевтической стратегии. Чем выше уровень функционирования семьи, тем больше возможностей для исправления возникающих нарушений. Уровень функционирования семьи связан с ее социоэкономическим статусом, но не эквивалентен ему. Проблема здесь заключается скорее в эмоциональных ресурсах семьи, чем в физических или социальных условиях. В процессе терапии уровень функционирования семьи служит основанием для определения реальных целей и ожиданий.

В приводимых ниже случаях показан ход лечения семей как с высоким, так и с низким уровнем функционирования. Уровень функционирования семьи определяет, какие цели достижимы, а какие – нет, равно как и то, насколько быстрым и глубоким может быть процесс лечения. В некоторых случаях может создаться впечатление, что один член семьи действует на заметно более высоком уровне, чем другой, либо что человек может функционировать существенно лучше в одной области жизни, чем в другой. Оптимально, когда лечение охватывает все сферы функционирования семьи и составляющих ее членов. В этом случае можно компенсировать одностороннюю недооценку или переоценку уровня функционирования. Оценивать общий уровень функционирования достаточно трудно; это должен быть непрерывный процесс, постоянно получающий новые данные и информацию. Тем не менее только оценка этого уровня позволяет правильно выбрать направление и темп лечения.

Случай 6

Г-н и г-жа Е. обратились ко мне по поводу плохой успеваемости в школе своего тринадцатилетнего сына. Из-за этого супруги ссорились, пытаясь решить, следует ли ему ходить в частную школу. Их семейная диаграмма представлена на рисунке 6.

Г-н Е. был преуспевающим специалистом и возлагал большие надежды на сына. Когда он проанализировал свои ожидания и предоставил сыну больше свободы, напряженность снизилась и подросток стал вести себя лучше. После этого г-жа Е. обратилась за помощью в связи с депрессией.