Чтение онлайн

Вера в Мастеров никогда не становилась предметом веры в Т. о. Но так установилось, что для его Основателей, распоряжения, получаемые от Них, всегда считались священными. И вот что написал один из них в письме, сохранившемся до наших дней:

«Теософия не должна представлять просто собрание нравственных истин, некоторое количество метафизических учений о морали, кратко изложенных в теоретических трактатах. Теософия должна стать практической, и став такой, тем самым, избавится от бесполезных споров… Это должно найти объективное выражение во всем – объять жизненный уклад посредством насыщения ее духом… духом взаимной терпимости, милосердия и любви. Ее последователи должны послужить твердым примером, и прежде чем они получат право указывать другим, этот пример должен быть подкреплен моралью, даже в духе доброты, отсутствия такого этического Союза и единства намерения в других ассоциациях и отдельных лиц. Как уже говорилось ранее – ни один теософ не смеет порицать собрата, будь то внутри, будь то вне сообщества, порочить его действия или обвинять его, [524] если он сам не хочет лишиться права считаться теософом. Всегда отворачивай взгляд от несовершенства твоего соседа, а лучше сосредоточь внимание на своих собственных недостатках, чтобы исправить их и стать мудрее… Не выказывай несоответствия между притязаниями и поступками другого, а – будь он тебе собрат или сосед – лучше помоги ему в его многотрудном жизненном пути…

Проблема истинной теософии и ее великой миссии состоит в вырабатывании чистых, недвусмысленных понятий этических идей и обязанностей, которые удовлетворят в нас самые лучшие альтруистические чувства; и надо разрабатывать эти понятия так, чтобы их можно было сократить до форм повседневной жизни, где их можно было бы применить с большей справедливостью… Это – общая работа для всех, кто охотно желает действовать, согласуясь с этими принципами. Это сложная задача, потребующая напряжения и постоянного усердия, но она бессознательно должна привести тебя к прогрессу и не оставит тебе места для эгоистичных стремлений за пределы обозначенных границ… Не будь снисходительным к противоречащим братству сравнениям между задачей, выполненной тобою самим, и работой на ниве теософии, оставшейся недоделанной твоим соседом или собратом, поскольку никто не сумеет прополоть участок земли больше, чем ему позволяют его силы и способности… Не будь слишком строг к заслугам или недостаткам того, кто ищет признания среди наших рядов, поскольку правда об истинном внутреннем состоянии человека может быть известна только тогда, когда имеешь дело с одною КАРМОЙ. Даже простое присутствие рядом с тобой благожелательного и сочувственного человека может помочь тебе магнетически… Вы – свободные работники Храма Истины и, будучи таковыми, должны не оставлять препятствий на пути, ведущему к нему»… (Письмо заканчивается следующими строками, которые теперь стали совершенно ясными, поскольку они дают ключ ко всей ситуации:) «Различные успехи или неудачи – это вехи пути, цель которого – преодоление барьера между вами и теми, кого вы призываете стать вашими учителями. Чем ближе ты приближаешься к заветной цели… тем короче путь между учеником и Мастером»…

Таким образом в нескольких строках выше нашелся полный ответ на документ, написанный теми двумя теософами. Теми, кто теперь намеревается отвергнуть Руку, которая указывала путь, и чувствуют себя готовыми повернуться спиною ко всему Прошлому и к первоначальной программе Т. о., могут сделать это, когда им угодно. Теософская организация не церковь и не секта, и к мнению каждого ее члена принято прислушиваться. Теософ может прогрессировать и развиваться, и его воззрения могут опережать воззрения Основателей, становиться больше и шире, разрастаться во всех направлениях, и для этого вовсе не надо покидать основную почву, на которой они родились и обучались. Только тот, кто день ото дня диаметрально изменяется в своем мнении, меняет свои взгляды с белого на черное – тот едва ли станет обращать внимания на замечания и мнения о его поступках. Но, безусловно, это никоим образом не касается тех двух теософов, которым мы сейчас отвечали… А тем временем, всем желаю мира, братства и добра!

Среди аллегорий мировых религий не существует более философски углубленного, величественного, живописного и впечатляющего типа, чем аллегории о двух Силах-Братьях в религии маздеизма, называемых Ахура Мазда и Ангро-Майнью, которые более известны в своей модернизированной форме Ормузда и Ахримана. Из этих двух эманаций, «Сыновей Безграничного Времени» – Зервана Акарана – которое само произошло от Высшего и Непостижимого Принципа, [525] одно является воплощением «Благой Мысли» (Воху Мана), другое – «Злой Мысли» (Ака Мана). «Царь Света», или Ахура Мазда, родившись от Примордиального Света, [526] создал, или сотворил, при помощи «Слова», Хоновер (Ахуна Вайрья), чистый и святой мир. Но Ангро-Майнью, хотя он и был рожден таким же чистым, как его брат, стал завидовать ему, и поэтому портит и извращает все во вселенной, как и на земле, создавая повсюду Грех и Зло.

Эти две Силы неразделимы на данном плане и на этой ступени эволюции, и были бы бессмысленны одна без другой. Таким образом, они являются двумя противоположными полюсами Одной Проявленной Творящей Силы, если рассматривать ее как Универсальную Космическую Силу, которая создала миры, или же видеть в ней ее антропоморфный аспект, при котором человек считается ее носителем. Ибо Ормузд и Ахриман – это, соответственно, представители Добра и Зла, Света и Тьмы, духовных и материальных элементов в человеке, а также во вселенной и во всем, что в ней находится. Поэтому мир и человек называются Макрокосмом и Микрокосмом, большой и малой вселенной, причем последняя является отражением первой. И даже в экзотерическом смысле, Бог Света и Бог Тьмы являются, и духовно и физически, двумя вечно противоборствующими силами, как на Небе, так и на Земле. [527] Парсы могли утратить большую часть ключей, раскрывающих истинное толкование их священных и поэтических аллегорий, но символизм Ормузда и Ахримана столь самоочевиден, что даже ориенталисты в конце концов проинтерпретировали его, в общих чертах, совершенно правильно. Как пишет переводчик [528] Вендидада: «Задолго до того, как парсы услышали о Европе и христианстве, комментаторы, объясняя миф о Тахмурате, который тридцать лет ездил верхом на Ахримане, как на лошади, истолковывали подвиг древнего легендарного царя как обуздание злых страстей и сдерживание Ахримана в сердце человека». Тот же автор в целом обобщает магизм таким образом:

Мир, такой, каков он сегодня, двойственен, будучи творением двух враждебных существ, Ахура Мазды, доброго принципа, и Ангро-Майнью, злого принципа; все, что есть доброго в мире, произошло от первого, все плохое же в нем произведено последним. История мира – это история конфликта между ними, о том, как Ангро-Майнью вторгся в мир Ахура Мазды и испортил его, и как он будет в конце концов изгнан оттуда. Человек является действующей силой в этом конфликте, и его обязанности, возложенные на него, заключены в законе, открытом Ахура Маздой Заратуштре. Когда наступит назначенный срок, появится сын законодателя, еще нерожденный, по имени Саошиант (Сосиош), Ангро-Майнью и ад будут разрушены, люди восстанут из мертвых, и всеобщее счастье и благоденствие воцарятся по всей земле.

Обратите внимание на фразы, выделенные автором курсивом, так как они являются эзотерическими. Ибо Священные Книги маздеистов, как и все остальные сакральные Писания Востока (включая и Библию), следует читать эзотерически. Маздеисты практически имели две религии, как и все остальные древние народы, одну для народа, и другую – для посвященных жрецов. В эзотерическом смысле, выделенные фразы имеют специальное значение, полный смысл которого может быть получен только при помощи изучения оккультной философии. Поэтому, поскольку Ангро-Майнью, по общему признанию, является в одном из своих аспектов воплощением низшей природы человека, с ее неистовыми страстями и нечистыми помыслами, то «его ад» следует искать и помещать на земле. В оккультной философии нет иного ада – и не может быть никакого другого состояния, сравнимого с этим состоянием особого человеческого несчастья. Никакая «асбестовая» душа, никакое неугасимое пламя или «червь, который никогда не умирает», не может быть хуже жизни в безнадежном страдании на этой земле. Но, поскольку эта жизнь имела свое начало, она должна также иметь и свой конец. Один лишь Ахура Мазда, [529] будучи божественным, и потому – бессмертным и вечным символом «Беспредельного Времени», – это надежное прибежище и духовное небо человека. Так как Время двояко, и существуют отмеренные и конечные периоды времени внутри Беспредельного, то Ангро-Майнью является лишь периодическим и преходящим Злом. Он есть Гетерогенность, которая развилась из Гомогенности. Опускаясь по шкале дифференциации природы на космических планах, Ахура Мазда и Ангро-Майнью становятся, в определенное время, представителями и дуальными типами человека, внутренней, или божественной ИНДИВИДУАЛЬНОСТИ, и внешней личности, смесью видимых и невидимых элементов и принципов. Как на небесах, так и на земле; как вверху, так и внизу. Если божественный свет в человеке, Высший Дух-Душа, формирует, включая и себя самого, семь Амеша Спент (из которых Ормузд является седьмым, или синтезом), то Ахриман, думающая личность, животная душа, в свою очередь имеет семь собственных Архидэвов, противостоящих семи Амеша Спентам.

В течение нашего цикла добрые язаты, 99 999 фраваши (или феройеров), и даже сами «Семеро Святых», Амеша Спент, [530] совершенно бессильны против воинства злых дэвов – символов противостоящих космических сил и человеческих страстей и грехов. [531] Это злобные дьяволы, и их присутствие излучает зло и наполняет мир моральными и физическими заболеваниями: болезнями и бедностью, завистью и гордыней, предательством, несправедливостью и жестокостью, гневом и кровопролитными убийствами. По примеру Ахримана, человек с самого начала заставляет своих ближних плакать и страдать. Такое положение вещей прекратится только тогда, когда Ахура Мазда, семикратное божество, примет свое седьмое имя, [532] или вид. Тогда он пошлет свое «Священное Слово», Матра Спента (или «Душа Ахура»), чтобы оно воплотилось в Саошианта (Сосиоша), и последний победит Ангро-Майнью. Сосиош – это прототип «преданного и истинного» в Откровении, так же как и Вишну в Калки-аватаре. Ожидают, что оба они появятся как Спаситель Мира, сидящий на белом коне в сопровождении армии духов, или гениев, также восседающих на молочно-белых конях. [533] И тогда люди восстанут из мертвых и наступит бессмертие. [534]

Последнее безусловно является чистой аллегорией. Это означает в эзотерическом смысле, что материализм или грех называется смертью, а материалист или неверующий – это «мертвый человек» в духовном плане. Оккультизм никогда не рассматривал физическую личность как человека; не поступал ли так же и Павел, если правильно понимать его послание к Римлянам (гл. 6–7)? Поэтому человечество, которое достигло «назначенного времени» (конца нашего нынешнего Цикла), конца периода грубой материальной плоти, будет, при определенных телесных изменениях, способно к ясному духовному восприятию истины. Освобождение от плоти есть соразмерное и пропорциональное освобождение от греха. Много есть таких людей, для которых увидеть – значит поверить, и, следовательно, воскреснуть «из мертвых». Одно оккультное пророчество говорит, что в середине Седьмой Расы борьба двух конфликтующих Сил (Буддхи и Кама Манаса) полностью прекратиться. Все, что является неискупимо греховным и порочным, жестоким и разрушительным, будет уничтожено, а то, что попытается выжить, будет сметено и изгнано из бытия при помощи, так сказать, кармической приливной волны в форме моровых эпидемий, геологических потрясений и других разрушительных средств. Пятый Цикл принесет с собой высшую форму человечества; и, так как разумная Природа всегда развивается постепенно, последняя Раса этого Цикла должна по необходимости усовершенствовать необходимый для этого материал. Между тем, мы все еще находимся лишь в Пятой Расе Четвертого Цикла, и в Калиюге, в придачу. Неумолимая борьба между духом и материей, между Светом и Добром – и Тьмою и Злом, началась на нашем земном шаре со времени первого появления противоречий и противоположностей в растительной и животной природе, и продолжилась с еще большей яростью, чем когда-либо, после того, как человек стал эгоистичным и личностным существом, таким, каков он и ныне. И нет никакой надежды на ее завершение до тех пор, пока ложь не будет заменена правдой, эгоизм – альтруизмом, и высшая справедливость не воцариться в сердцах людей. До этого момента шумная битва будет бушевать непрестанно. И, в особенности, это касается эгоизма, любви к Себе, превосходящей все, что есть на небе и на земле, которой способствует тщеславие, – она является виновником семи смертных грехов. Нет; нелегко победить Ашмога, жестокую «двуногую змею». Прежде чем бедное создание, пребывающее ныне в тисках Тьмы, освободиться при помощи Света, оно должно познать себя. Согласно дельфийским предписаниям, человек должен познакомиться и приобрести власть над каждым уголком и укромным местечком своей непостоянной и разнородной природы, прежде чем он сможет научиться различению между СОБОЙ и своей личностью. Для выполнения этой трудной задачи необходимо соблюсти два условия: человек должен полностью осуществить на практике прекрасную зороастрийскую заповедь: «Добрые мысли, добрые слова, добрые дела» и навечно запечатлеть ее в своей душе и сердце, а не просто на словах или в форме обряда или ритуала. И главным образом необходимо разрушить личное тщеславие по отношению к тому, что будет после воскресения.

Вот одна глубокомысленная история и прекрасная аллегория из одной древней зороастрийской книги. С самого первого, начального периода возникновения силы Ангро-Майнью, он и его злобная армия демонов противостояли армии Света во всех ее действиях. Демоны похоти и гордыни, продажности и грубости, систематически разрушали работу Святых. Это они сделали прекрасные цветы ядовитыми, грациозных змей – смертоносными, наполнили яркий огонь, символ божества, зловонием и дымом; они принесли в мир смерть. Свету, чистоте, правде, доброте и знанию они противопоставили тьму, грязь, ложь, жестокость и невежество. В противоположность полезным и чистым животным, сотворенным Ахура Маздой, Ангро-Майнью создал диких зверей и кровожадных небесных хищников. Он также нанес оскорбление, осудил и высмеял мирные и безобидные создания своего старшего брата.

Это все твоя зависть, – сказал однажды святой язата нечистому злому духу, жестокосердному. – Ты неспособен создать прекрасное и безвредное существо, о жестокий Ангро-Майнью…

Главный демон рассмеялся и сказал, что он может это сделать. Затем он создал самую прекрасную птицу изо всех птиц, которых когда-либо видел мир. Это был величественный павлин, символ тщеславия и эгоизма, которые на самом деле есть низкопоклонство перед самим собой.

Пусть он будет Царем Птиц, – промолвил Темный, – пусть человек поклоняется ему и поступает по его примеру.