Чтение онлайн

Более того, согласно утверждениям тех членов Теософического общества, которые прочитали всю повесть, именно образ «мадам Блаватской» и есть то, против чего в основном направлена эта сатира. И если «мадам Блаватская» – подразумевая «Говорящий Образ» – не возражает счесть себя разновидностью своего рода медиумистического попугая, то почему от этого должны отказываться остальные? В конце концов, теософы – это люди, которые всегда должны помнить совет Эпиктета: «Если дьявол скажет тебе, и если это окажется правдой, исправь себя; если это окажется ложью, посмейся над нею». Мы всегда приветствуем остроумную сатиру и пренебрегаем насмешками или любыми усилиями в направлении, чтобы уничтожить Теософическое общество, ибо пока оно существует, как организация, оно остается истинным своим первоначальным принципам.

Что касается других опасений, так любезно высказываемых «Post», «высшая жрица» признает и допускает благожелательные возражения, отвечая на них и объясняя свои мотивы, которые таковы: «Девиз, избранный Теософическим обществом, существует уже много лет и гласит: «Нет религии выше истины»; и этот девиз, украшающий обложку «ЛЮЦИФЕРА», является эпиграфом журнала, который существует для того, чтобы «пролить свет на предметы, скрытые во тьме». Если издатель «ЛЮЦИФЕРА» и теософы не будут противоречить в своих действиях этим двум высказываниям, как и их истинной окраске, то останутся истинно беспристрастными, не растрачивая сил ни на аутсайдеров, ни даже на врагов. Что касается «сомневающихся теософов» – поскольку уж таковые имеются – они могут позаботиться о себе так, как им заблагорассудится. Если «ложные пророчества теософии» останутся незатронутыми, то истинные пророчества очень скоро – как это уже происходит – будут спутаны обилием лжи. Близится время отсеивать нашу кукурузу и отбрасывать остающуюся мякину. Теософическое общество становится огромным по числу своих членов, и если ложные пророки, эти обманщики (такие как «Х.Б. из Л.», еще два года тому назад объявившие себя «йоркширскими теософами», или «Г.Н.К.Р.», только что объявившиеся в Америке) или даже сомневающиеся жертвы обмана, не будут отделены, то Обществу очень скоро угрожает стать организацией фанатиков, расщепленных на три сотни сект – подобно протестантам, – и каждая секта будет ненавидеть другую, а все будет склоняться к изничтожению истины путем чудовищных преувеличений и идиотских интриг и подлогов. Мы полагает, что элементы подлога не должны быть допущены в теософию, из-за опасения, даже предвидения, что если даже «ложный элемент веры» смешон, последнее «способно подорвать доверие» в целом. При таком подходе христианство погибло бы первым еще много веков назад под ударами кузнечного молота, которым пользовались многие реформаторы из различных церквей. Ни философ, ни мистик или человек, изучающий символизм, никогда не рассмеется над верой в высшую аллегорию и понятием «Второго Пришествия» – будь то пришествие Христа, Кришны, Сосиоша или Будды. Калки-Аватар или последнее (не «второе») Пришествие, то есть, появление «Спасителя Человечества» или «Достоверный» свет Истины, на Белом Коне Смерти – смерти фальши, иллюзий и идолов, или само-поклонения – это вселенская вера. Так следует ли нам всем воздерживаться от осуждения поведения некоторых «адвентистов Второго Дня» (как в Америке?) Почему истинные христиане должны смотреть, как из их собратья по религии делают дураков из самих себя или позорят свою веру, и по-прежнему воздерживаться от их порицания, как публичного, так и частного, из-за страха, как бы этот ложный элемент не был выброшен из христианства остальными верующими? Может ли кто-либо из них похвалить своего собрата по вере за то, что тот время от времени вздымается ввысь и decollet'e [606] в блаженно-райском состоянии, взбираясь на своего коня, на вершины деревьев и высокогорья, и там ожидает «пришествия»? Несомненно, те, кто надеется незаметно опередить своих более медлительных Собратьев, сперва становятся одержимыми и телесно несутся к Небесам, – такие же добропорядочные христиане, как и остальные. Разве их тоже не следует упрекать за их глупость? Странная логика!

Однако подобное может статься, и пусть лучше наши ряды станут реже, чем Теософическое общество будет для всего мира неким спектаклем, посредством преувеличений некоторых фанатиков и попыток различных шарлатанов, получить выгоду при помощи уже готовой программы. Такие люди, путем искажения и подгонки оккультизма под свои грязные и аморальные методы, приносят несчастье всему нашему движению. Некий автор отметил, что если бы он знал врага, от которого ему следует защищаться больше всего, то этого врага зеркало покажет ему зеркало, в котором он увидит поразительное сходство своего лица с лицом противника. Это совершенно верно. Если первым делом нашего Общество было не тщательное изучение самого себя, а поиски ошибок всех остальных, тогда, действительно, Теософическое общество обречено стать – а в некоторых его центрах уже стало – весьма подходящим объектом для сатиры того проницательного наблюдателя, известного нам, как автора «Говорящего Образа Урура». Вот наша точка зрения и наша политика: «Пусть я ошибаюсь, но моя ошибка остается со мною».

Однако отнюдь не такой политики придерживаются известные нам остальные газеты, ежедневные, еженедельные, ежемесячные и ежеквартальные, и мы это прекрасно осознаем. Но, с другой стороны, они являются публичными органами масс. Каждой из них приходится угождать публике или другим фракциям Общества, придерживающихся иной политики, и им предназначено «выть вместе с волками», нравится им это или нет. Но наши печатные органы – и особенно «ЛЮЦИФЕР» – есть или должны быть фонографами, так сказать, Теософического общества, организации, которая расположена в стороне и за пределами всех центров этой вынужденной политики. Мы с горечью осознаем, что «тот, кто говорит правду, изгоняется из девяти городов»; что правда неприятна для большинства людей; и что – поскольку люди должны учиться любить правду, до того как они полностью поверят в нее – эти истины мы часто высказываем в нашем журнале, и для многих эти истины горькие, как желчь. И этому нельзя помочь. Если бы приняли любой иной тип политики, а не нынешнюю политику «ЛЮЦИФЕРА» – этого скромного печатного органа теософии – то Теософическое общество само очень скоро бы лишилось своего raison d’^etre [607] и превратилось в аномалию.

Но «кто должен восседать на самом презренном месте?» Неужели это – страх сердца, которое трепещет от каждого мнения, слишком смело выраженного «ЛЮЦИФЕРОМ», как бы оно не понравилось этой части читателей или не оскорбило другую группу подписчиков? Неужели эти «самолюбователи», которые обижаются и негодуют на каждое замечание, станут выражаться любезнее, если им случиться столкнуться с их замечаниями или не удастся выказать уважение их занятиям?

Безусловно, мы узнаем больше и получаем б'oльшую пользу от критики, чем от лести, и мы больше изменяем свой образ жизни благодаря оскорблениям наших врагов, чем слепой лести наших друзей. Такие сатиры, как «Падший Идол» и такие челы, как Небельсен, сделали гораздо более полезного для нашего Общества и некоторых его членов, чем любая «теософская» повесть; ибо они показали и задели за живое глупые преувеличения не одного энтузиаста.

Самоотречение возможно только для тех, кто научился познавать себя; такие люди никогда не перепутают эхо своего внутреннего голоса с корыстным желанием или страстью – ибо это голос божественного вдохновения или призыв от их МАСТЕРА. Ученичество не совместимо с медимической чувствительностью и ее галлюцинациями; и потому все сенситивы, которые до сих пор всегда вынужденно шли в ученичество, обычно выставляли себя же дураками и, рано или поздно, бросали насмешки в адрес Теософического общества. Но после публикации «Падшего Идола» подобные проявления прекратились, причем не одно. «Говорящий Образ Урура» может сослужить такую же, если не лучшую, службу. Если некоторые характерные черты этих разных драматических персонажей соответствуют некоторым отдельным членам, которые по-прежнему принадлежат Обществу, то другие действующие лица – причем самые удачно выведенные из них – очень похожи на определенных экс-членов Общества; в прошлом – фанатиков, а ныне – наших непримиримых врагов – тщеславных дураков, существовавших во все времена. Кроме того, «Пуффер» – это составная и фотографически весьма живая личность. Это может быть изображением нескольких членов Теософического общества, но, однако, также похоже на обманутую жертву других поддельных эзотерических и оккультных Обществ. Таких как выросшее недавно внезапно в Бостоне (США), но теперь задавленное в зародыше и разоблаченное нашими собственными теософами.

Такова же статья «Солнечные адепты», напечатанная в нашей январской передовице, рассказывающая об этих ^ames damn'ees [608] позорных коммерческих представлений. Ни одно другое событие не смогло бы лучше поддержать политику нашего журнала, чем это своевременный показ псевдо-адептов, этих «Древнейших Мудрецов», которые решились сыграть на публичном голоде по чудесам ad absurdum. [609] Мы правильно сделали, что рассказали о них в журнале. Это было своевременно и весьма удачно для нас, чтобы указать на зачинщиков этой постыдной спекуляции – продаже фальшивых оккультных знаний. Тем самым, мы отвели от Общества еще одну огромную опасность – а именно то, что недобросовестные шарлатаны взяли у теософов. Обманутая их ложью и их публикациями, наполненными терминами из восточной философии и идеями, которые они нагло украли у нас, что только обезобразило и опозорило их, – американская пресса уже ссылается на них, как на теософов. Либо из-за абсолютной легкомысленности, либо из истинной злобы некоторые ежедневники озаглавили свои сенсационные статьи как «Теософские мошенники» и «Собрание всей теософской мудрости» и т. д., и т. д. Это – чистейшей воды фикция. Главный редактор «Эзотерики» никогда не являлся членом нашего Общества, равно как членом какой-либо из его многочисленных секций. «АДХИ-АПАКА, по прозванию Эллинский ЭТНОМЕДОН и ЭНФОРОН, также называемый Греко-Тибетцец, ens-movens ОМ мане падми падми АУМ» (sic!) был нашим врагом с самого начала нашего существования. Как бесстыдно заявил он репортеру, мы, теософы, ненавидели его за его «множественные добродетели!» Равно как и «согбенный под бременем веком» Мудрец ВИДЬЯ НАЙИКА, представляемый личностью, именуемой Ели Охмарт, не имеет к Теософическому обществу никакого отношения. Эти двое самых заметных, подобно двум ядовитым паукам, растянули свою паутину настолько далеко и широко, что многие мухи-янки попались в нее. Однако благодаря энергии некоторых наших бостонских собратьев, эти два ужасающих осквернителя восточной философии разоблачены. Как написала «Boston Globe», это —

«Если не произведут арестов, я продолжу свою работу; но если начнутся неприятности, я останусь и бодро встречусь с ними лицом к лицу».

Хирам Эрастус Батлер, эзотерический философ с Шоумут авеню, 478, высказал вышеприведенные слова прошлым вечером репортеру «GLOBE» настолько спокойно, словно он небрежно говорил о погоде.

Таким образом появился рассказ, сложный, запутанный, жуткий, мистический, научный, истерический, повествующий о любви и интриге, о приключении; сомнительный и в некотором роде признанный надувательским, обвиняющий в ужасной и неописуемой безнравственности, о связи воплощенных и развоплощенных духов, и особенно – о деньгах. Короче говоря, этот рассказ может утомить вас и ослабить ваше сердце, если вы попытаетесь распутать все его лабиринтоподобные подробности и сосчитать все зубчики шестеренок на его колесах. Рассказ, который вполне вероятно, может предстать на рассмотрение суда, где судья, жюри присяжных и адвокат будут иметь возможность поломать головы над почти каждой загадкой в известной всем вселенной.

Там есть герои, несколько застенчивых теософов – такие как те, кто возражал против публикации «Говорящего Образа Урура», советуя нам оставить все это в покое. Если бы не нежелание выставлять наружу даже бескорыстные поступки и деяния, издатели нашего журнала напечатали бы все намного более подробно. Мы очень далеки от желания «нападать» или «разоблачать» даже наших врагов, до тех пор пока они не нанесли вред только самим же себе, персонально и индивидуально. Однако речь идет обо всей теософской организации – уже настолько опороченной, находящейся в оппозиции и преследуемой и поставленной под угрозу; и ее судьба висела на волоске из-за всех этих наглых псевдоэзотерических спекуляций. И потому тот, кто открыто поддерживает позицию в бостонском скандале, что мы действовали несправедливо, сорвав лицемерную маску пексниффского благочестия и «Мудрости Веков», которая скрывала гримасничающую физиономию самой звериной безнравственности и ненасытной жадности, корыстолюбия и наглости, огня, воды и полицейских доказательств – это не истинный теософ. Каким же образом даже средний интеллект можно поймать при помощи таких легко заметных ловушек, какие публично были расставлены двумя самыми значительными из обманщиков, то есть – Адха-Апака и Видья Найика, прослеженные американской прессой до настоящих имен, некоего Хирама Э. Батлера и Эли Охмарта – переходит всякое понимание! Достаточно прочитать памфлет, изданный этими двумя союзниками, чтобы понять с первого же взгляда, что это было простой репетицией – только более длинной и открытой, с более широкой и смелой программой. И все-таки это была лишь репетиция – ныне почивших «Х.Б. из Л.» с их загадочными призывами четырехлетней давности к «недовольству» «теософскими махатмами». Двести страниц дичайшей галиматьи и составляли их «Призыв из Невидимого и Неведомого», «Видения Внутреннего» (?) и «Пробудившегося». «Собрание всей теософской мудрости» и «Экфорон» предлагают излишне доверчивым учить «законы СУЩНОСТИ, РАЗВИТИЯ и ОМ» и требуют денег. Видья Найика и Этномедон предлагают посвятить невежественного в «a priori самбудхистическую» философию Капилы и требуют наличных. Эта история настолько тошнотворна, что мне не хочется пачкать страницы ее подробностями. А теперь мораль этой басни.

Четырнадцать лет наше Теософическое общество уже находится перед публикой. Оно родилось из трех составных частей: при помощи вливания немного взаимного братского чувства человечества; из исследования тайн природы с духовной и психического стороны; воздания запоздалой справедливости к цивилизации и мудрости восточных дохристианских народов и литературы. И если Общество сумело сделать не так много хорошего, как будь оно побогаче, зато, безусловно, оно не принесло никакого вреда. Это относится только к тем, кто нигде не искал помощи в своих затруднениях. Те, кто запутался в психических загадках спиритизма или подобных им, кто оказался неспособен выдержать нездоровую атмосферу современного безверия и тщетно искал свет в безграничных тайнах теологических учений тысячи и одной христианских сект, отказывались от надежды на разрешение жизненных проблем. В течение первых двух лет существования Общества не было вступительного взноса; впоследствии, когда переписка и почтовые расходы стали требовать сотен фунтов в год, новым членам приходилось платить за диплом 1 фунт стерлингов. Но до тех пор пока кто-либо был готов поддерживать движение, он мог бы оставаться Братом всю свою жизнь, не тратя на это ни пенни, и две трети наших членов никогда не запускали руку в свои карманы, и их даже не спрашивали об этом. Те, кто поддерживал дело, были первыми несколькими теософами, которые работали без каких-либо обязательств или надежды на вознаграждение. И все же нет ассоциации, оскорбляемой и высмеиваемой больше, чем Теософическое общество. Нет такой организации, о членах которой говорили бы в более презрительных тонах, чем о Собратьях Теософического общества с самого начала. Общество родилось в Америке, и потому в Англии к нему относились с неприязнью и подозрением. Нас считали глупцами и мошенниками, жертвами и обманщиками еще до того, как в это дело не вмешалось доброжелательно Общество психических исследований, которое пыталось выстроить свою репутацию на крахе теософии и спиритизма, но никогда не приносило нам никакого вреда. Тем не менее, когда наши враги одержали победу и с помощью клеветы и поношений, которые они с большим успехом коварно представили легковерной публике, всегда голодной до скандалов и сенсаций, особенно простых догадок, как неоспоримых и доказанных фактов, американская пресса стала для нас самой горькой в ее поношении теософии, и американская публика, весьма охочая до примитивных развлечений, стала насмехаться над незаслуженной клеветой относительно Основателей Теософического общества. И все-таки они оказались первыми, кто посредством нашего Общества заговорил о действительном существовании восточных адептов оккультных наук. Однако и англичане, и американцы пренебрежительно и презрительно относились к самой этой идее, в то время когда даже спиритисты и мистики, которые должны были знать обо всем этом лучше остальных, за несколькими исключениями не согласились иметь ничего общего с языческими Мастерами Мудрости. Последние, по их мнению, поддерживали «придуманное теософами», – что есть полнейший вздор. Ибо эти «Мастера», которые никогда не просили принять к нам ни одного своего члена, до тех пор пока тот не хотел этого сам, и чье поведение никогда не претендовало на сверхъестественное, если только не в слишком разыгравшемся воображении энтузиастов; эти Мастера, которые часто давали и помогали деньгами бедным теософам, которые никогда ничего не просили у богатых, – эти Мастера были слишком похожи на реальных людей. Они никогда не претендовали быть богами или духами, они никогда не угождали излишней людской сентиментальности и убеждениям. И теперь эти американцы, наконец, достигли того, о чем так мечтали всем сердцем: настоящий идеал адепта и волшебника. То есть существа, возраст которого измеряется несколькими тысячами лет. Ревностный «буддист-брамин», который взывает к Иегове или Яхве, беседует с Христом и мессианским циклом, и одновременно благословляет их «АМИНЬ» и «ОМ МАНЕ ПАДМИ ХУМ», в то же время облегчая их на 40 000 долларов за месяц до того, как они благословят его… Вуллау!!! Аллах велик и – Видья Найика в своем единственном пророчестве! Действительно, мы ощущаем чрезвычайно мало сожаления к этим жертвам. Что же касается психологизации, принимая во внимание, что некоторые теософы обвинялись ими в опытах над своими жертвами – необходимо сказать несколько слов объяснения.

Всем известно, что существует безмолвная, а иногда и открыто выраженная вера среди небольшой части Собратьев Теософического общества, что некоторые выдающиеся теософы среди лидеров Общества оказывают психологическое воздействие на всех те, кому случится попасть в область влияния этой личности. Дюжины, нет, сотни людей были и остаются «психологизированными». Гипнотический эффект кажется настолько сильным, что приводит к превращению всех этих «несчастных» в безответственных простофиль, безликие ничтожества и орудия теософской Цирцеи. Это идиотское утверждение первоначально появилось благодаря некоторым «мудрецам» Запада. Не желая признать, что упомянутая личность обладает либо какими-то знаниями либо силами, они обращаются к дискредитации своих жертв, и все-таки они неспособны объяснить некоторые неестественные явления, и тогда они находят удачную логическую лазейку, чтобы избавиться от своих трудностей. Эта теория нашла благодатную и плодородную почву. И с тех пор всякий раз, когда с кем-нибудь из Собратьев, теософски связанных с вышеупомянутым «психологизатором», случается расхождение во взглядах на вопросы, метафизические или даже чисто административные у некоторых других членов – «склоняемых к деспотизму», тотчас же последний выдает свое излюбленное решение: «О, они же психологизированы!» Это магическое СЛОВО неожиданно появляется на арене дискуссии, подобно черту из табакерки, и с того момента позиция «мятежников» объяснена и считается правдоподобной.