Чтение онлайн

Священник задумчиво прожевал кусочек. И закинул в рот ещё один.

– Неплохо, но простовато. Я бы мороженого съел. У вас мятное есть? – обернулся он к бармену.

Тот замялся на мгновение, не желая отказывать. Ответил обтекаемо:

– Сделаем. Может быть, желаете, чтобы пока подали основные блюда?

Джегг вопросительно поднял брови, но официантки уже расставляли по столам подносы с едой и напитками. Пока священник размышлял о том, что эмблема на их фартуках отличается от эмблемы бара, выдавая коллаборацию с более фешенебельным заведением, к его собеседнику подошли несколько человек с деньгами. По их довольным физиономиям Арг понял, что делать ставки на меню священника не столько азартная игра, сколько добрая традиция.

Посетители разобрали тарелки и потянулись на завлекательные запахи. Все блюда были оформлены так, чтоб их удобно было брать руками. Алкоголя тоже хватало, но очень слабого: тут и там пенился белый эль, из бокала Фарха тянуло чем-то яблочным. Прихватив молочный коктейль для Джегга, центурион кивнул в сторону неприметной двери за барной стойкой. Она выглядела, как вход в служебное помещение, но легионер сказал:

– Давай, пока мороженое ждём, отойдём в кабинет. Перетереть надо кой чего, – и, заметив, что Арг двинулся следом, добавил, посмеиваясь: – Без тебя, мелкий. Уж извини.

– Я отвечаю за безопасность чёрного священника Джегга по приказу конклава, – попытался воззвать верхогляд к дисциплине.

Но Фарх только обидно заржал:

– Не в мою смену, парень.

– Считай, что у тебя выходной, секунд, – мягко вклинился Джегг. – Я же сказал: расслабься. Поешь, выпей, заявление на отпуск оформи.

– Но кто-то из этих людей может…

– У каждого из этих людей я присягу принимал, – улыбнулся Джегг. – Ты ведь хвастался, что читал моё досье.

– Я должен хотя бы помещение осмотреть, – поник Арг, вспоминая, что после смерти Мендеса и до назначения Стелии исполняющим обязанности чёрного священника Большого Пса числился Джегг. Только ни разу сюда не прилетал. Это легионеров к нему возили. А потом отправили на какую-то засекреченную миссию, ознакомиться с подробностями которой секунду не хватало уровня доступа.

– Валяй, – широким жестом позволил Фарх. – Осматривай.

Выпроводив секунда из приватного кабинета, обнаружившегося за обсуждаемой дверью, центурион со снисходительным одобрением покачал головой:

– Экий щеночек! Аж землю носом роет.

– Он старается, – поморщился Джегг. – Но да, иногда бывает утомительно.

– Хорошо, что старается, – посерьёзнел Фарх. – Ты в курсе, что тебя пытаются убить?

– Мне говорили, – невозмутимо отозвался Джегг, потягивая коктейль через трубочку. – Не сообщили только, кто на этот раз.

– Ставлю не шаха Рамода, – центурион развалился на узком диванчике, одном из двух в этом небольшом помещении. – Он считает это делом чести. Ну, знаешь, после того, как ты его брата… того. И на Большом Псе давно воду мутит.

– Насколько помню, брата он сам задушил, – чёрный священник присел на мягкий поручень своего дивана. – Но да, они там все обидчивые. И фанатичные. Интересно только, почему именно сейчас. Ведь мой вояж и остановка в системе Ориона – чистая случайность.

– Случайность, или нет, а за твоим маршрутом весь рукав следит, – отрезал Фарх. – Потому что тебя уже не охраняет половина легиона Бхара. Хотят улучить момент.

– Половина легиона Бхара теперь воюет с другой половиной, им не до меня… – рассеянно отозвался священник.

– Это я тоже слышал, – поморщился Фарх. – Будто бы чуть ли не гражданская война там.

– Так и есть, – коротко ответил Джегг и поставил стакан на стол. Поднял на Фарха напряжённый взгляд. – Не хочу сейчас о Бхаре говорить. Я только что от Стелии. Расскажи мне, как дела обстоят у вас.

Легионер понимающе хмыкнул.

– Понятно теперь, чего ты такой кислый приехал. Стелия… хитрая баба. Вон, хахаля даже в главу конклава пропихнула. Если б не это, её бы за юбочников давно снесли. Сильно много их стало. Радикалы бесятся.

– «Юбочники» это?..

– Ну да, эти ж… одёжка у них вся свободная, чтоб ветерок по гениталиям гулял.

– Как сутаны священников, – возразил Джегг, но тут вспомнил, что встречавшие его послушники действительно были в каких-то свободных шароварах, не характерных для миссии Бхара.

– Ты вот в штанах пришёл, – хохотнул легионер. – Да ещё в каких! Пацаны слюной истекли от зависти.

Священник состроил страдальческую гримасу. Вся эта история с гардеробом уже изрядно действовала ему на нервы.

– Пару сезонов назад, – продолжал Фарх, – один Бессмертный пробрался на детский праздник в городском парке, нескольких малышей порезал. Большинство спасли, но одна девочка умерла. Так вот после этого…

– Что с ним сейчас? – перебил Джегг, надеясь, что Бессмертного довезли до чёрной священницы. Из такой проповеди можно было бы извлечь многое.

– Да поджарили его, – равнодушно пожал плечами Фарх. – Первый же патруль, какой добраться по вызову успел. Ты дальше слушай. Псих этот хоть и в колонии родился, а родители у него из аборигенов. А погибшая девочка – внучка аббата Азето. И, думаю, не без его поддержки уже на следующий день основные выходы Космопорта перекрыли возмущённые колонисты. Требовали очистить периметр от «инородных тварей». Так и кричали. И плакаты тоже были. С ругательствами и с рисунками, ящеры в чалмах и всё такое.

– Их разогнали? – с каменным лицом осведомился Джегг – оправдывались его худшие предчувствия.

– Их-то разогнали, – вздохнул Фарх. – А Рахоя за это в отставку отправили. В добровольно-принудительном. Но и в чёрных кварталах бурление началось. Собирались на приступ центра идти.

– Но не собрались? – полувопросительно сказал священник. Он уже догадывался об ответе.

– Не, мы с ребятами доступно им разъяснили, что так делать не стоит. Только, знаешь, что я думаю? В следующий раз они могут и не внять. Бессмертный есть Бессмертный. А вот когда упырь какой-нибудь из «благородных» девчонку из тамошних изобидит, или ещё что в таком духе, полыхнёт так, что никто не удержит. Они, девчонки то есть, и сами не нарываются – одни никогда не ходят, и вообще к «белым» кварталам стараются не приближаться. Да и мы тоже смотрим, чтоб «голубая кровь» где попало не шастала. Тут верхогляды молодцы, клещами вцепляются, чтоб ни один без присмотра не оставался. Формально почётная охрана, а так-то…

– Да, я заметил, – Джегг с другой стороны посмотрел на навязчивую опеку своего секунда. И усмехнулся: не так глупо придумано. Да и сам он хорош – вёл себя с мальчишкой, как настоящий высокомерный подонок.

***

Ужинала Астер в одиночестве. Тройка героев осталась ночевать в резиденции экспедиционного корпуса, а Джегг с Эжесом заявились почти одновременно, но довольно поздно. Историк окатил священника неприязненным взглядом, но тот был особенно задумчив и не заметил этого.

Эжес живо и образно рассказывал о программе фестиваля, попутно восхищаясь размахом и вниманием организаторов к деталям. Масштаб и точность реконструкции материальных объектов разных террианских эпох его очень впечатлила.

– Зачем же ты им понадобился, если всё так классно? – устало улыбнулась Астер.

Рассказ историка занимал её, но день выдался тяжёлым – инженер вымоталась из-за бумажной волокиты, которую обычно брала на себя Хэла.

Эжес объяснил, что его узкая специализация – этикет и традиции, именно эту часть он должен проверить и подправить, если вдруг что не так. При слове «этикет» тонкие брови Джегга взлетели вверх – не то вопросительно, не то насмешливо. Но священник промолчал. Астер подумалось, что за весь вечер помимо приветствия он, кажется, вообще не произнёс ни слова и думал о чём-то своём, не относящемся ни к ней, ни к Эжесу, ни к фестивалю. На долю мгновения кольнуло самолюбие: такой заботливый и внимательный на корабле, Джегг выбросил её из головы, стоило добраться до Священной Миссии. Что ж, Астер никогда не сомневалась, что так и произойдёт. Именно поэтому она и не заводит интрижки в полётах – в замкнутом пространстве людей неизбежно тянет друг к другу просто от скуки. На просторах планеты романтический эффект быстро рассеивается. Астер весело покосилась на продолжающего щебетать историка. И у этого пройдёт. Чуть позже, может быть, но у всех проходит.