Чтение онлайн

В марте-месяце того же, 1905 года названная группа объединилась с местной организацией партии социалистов-революционеров, располагавшей оружием и взрывчатыми веществами с целью совместного вооруженного нападения на правительственные учреждения, совершения террористических актов и вымогательств денег на дело вооруженного восстания.

Произведенная в апреле-месяце ликвидация объединившихся организаций лишь отчасти приостановила их деятельность. Ускользнувшие от ареста члены групп, под руководством примкнувшего к ним Гроссмана, основателя группы “Черное знамя” и проповедника “безмотивного террора”, немедленно приступили к изготовлению новых разрывных снарядов и печатанью воззваний.

Преступная деятельность “рабочей группы анархистов”, вдохновляемая прибывшим из Елисаветграда серьезным анархистом Копелем Эрделевским, особенно резко проявилась во время октябрьских дней в Одессе в 1905 году. Под руководством Эрделевского было совершено несколько актов “безмотивного террора”, и, в частности, 17 декабря 1905 года была брошена бомба в кофейню Либмана».

Анархизм распространялся как пожар. Террористические организации появились в Екатеринодаре, Новороссийске, Темрюке, Тифлисе, Баку.

«Деятельность “чернознаменцев” продолжала проявляться и в 1906 году, когда ими был организован и приведен в исполнение взрыв Жандармского управления в Одессе, а также под непосредственным руководством Гроссмана разрабатывался план взрыва Одесской биржи.

На Северном Кавказе, помимо массы отдельных анархистских групп, в 1906 году появляется “Объединенный союз Северо-Кавказских анархистов-коммунистов”, а в мае 1907 г. – “Кубанский комитет боевой летучей организации”, действовавший по анархистской тактике и вскоре обратившийся в “Кавказскую летучую группу анархистов-террористов”. В том же 1907 году появляется “Объединенная боевая дружина Кавказских лесных братьев анархистов-коммунистов”, и в июне 1907 года происходит слияние анархистских групп Екатеринодара, Новороссийска, Темрюка, хут. Романовского и Грозного. Группами этого союза совершен целый ряд убийств, грабежей и вымогательств».

Анархизм проник в Тифлисскую и Бакинскую губернии:

«Группа анархистов-коммунистов “Хунхузы”, группы “Анархия”, “Красная сотня”, “Черный ворон”, “Красное знамя” и Летучий отряд анархистов-коммунистов.

Анархистские группы наблюдались в Тифлисе и уездах Тифлисской губернии. Эти организации столкнулись с партией “Дашнакцутюн” и погибли в борьбе с ней».

Анархизм не обошел стороной и крупнейшие города империи: Петербург и Москву. Причем в Москве действовала целая сеть анархистских организаций. В Петербурге появились «анархисты-общинники», в распоряжении которых были яды и вещества для изготовления взрывчатки.

«В Москве в 1905 году приехавшими из Женевы анархистами-коммунистами основывается группа “Свобода”. Ее организаторы вели пропаганду среди студентов высших учебных заведений, завязали связи в рабочей среде, в результате чего образовалась целая сеть анархистских организаций.

В 1906 году в Москву приехал Овсей Таратута, создавший группу “Бунтарь”. Вскоре группа приступила к широкой массовой пропаганде, преимущественно среди рабочих газовых, электрических и литейных заводов. В ней анархистами впервые был применен принцип разделения труда: были организованны боевая, издательская, пропагандистская и экспроприаторская комиссии.

Когда началась организованная группой забастовка электрического и газового заводов и трамваев, группа была почти целиком арестована, а уцелевшие скрылись за границу (апрель 1907 г.).

В 1905 году анархизм получает распространение в Санкт-Петербурге, где “анархисты-общинники” обзавелись запасом ядов и веществ для изготовления взрывчатых снарядов. В январе 1906 г. эта группа была арестована, однако в том же году возникает “Петербургская организация анархистов-коммунистов”, а в 1907 году – “Северная федеративная группа анархистов-коммунистов «Черный террор»”. Кроме того, в 1907 году отмечена деятельность группы “Рабочего Заговора”».

Анализируя полицейские документы, опубликованные впоследствии анархистами, нетрудно заметить поистине гигантский масштаб террористической угрозы, с которой столкнулась наша страна в начале XX века. И что немаловажно, российские анархисты располагали прочными связями за рубежом. В Париже действовали группа «Анархист», Парижская латышская группа анархистов-коммунистов, издательская группа «Интернационал». В Лондоне – группа «Русских рабочих анархистов», лондонская латышская группа. В Женеве – издательская группа «Анархия», редакционная группа «Анархического крестьянского союза». В Женеве был издан журнал «К оружию», материал для которого поставлялся Бурцевым.

Вместе с тем скобками этих публикаций осталось то, как государственной власти удалось нанести ряд мощных контрударов по террористам. Дело в том, что в руки полиции после ожесточенной перестрелки попал анархист Михаил Ковецкий. Он энергично сотрудничал со следствием, участвовал в опознаниях, выдал «коллег» Минска, а также анархистов Петербурга, Москвы и Киева. В результате вскрылась целая сеть террористических организаций, что и привело к повальным арестам [67] .

В поле зрения полиции Ковецкий попал в 1905 году, в связи с «делом» Овсея Таратуты – анархиста, пойманного с багажом взрывчатки на русской границе. В том же году Ковецкого арестовали в Петербурге, но по Высочайшему манифесту 17 октября 1905 года он вышел на свободу и уехал в Женеву, где познакомился с братом Иуды Гроссмана, Абрамом Гроссманом. В начале 1907 года Ковецкий вернулся в Россию и обосновался в Минске, где уже существовала группа террористов-анархистов. На квартире, где проходили их сходки, хранились бомбы, и здесь уместно отметить, что анархисты Женевы, отправляя Ковецкого на родину, предложили ему занятья именно «лабораторной работой», для чего тот должен был изучить технологию изготовления бомб [68] .

Цели деятельности анархо-коммунистов Ковецкий описывал следующим образом:

«…группа анархистов-коммунистов поставила своей целью ниспровержение существующего государственного строя и учинение тяжких преступлений посредством взрывчатых веществ или снарядов» [69] .

Анархисты не гнушались типично бандитскими методами давления на судей, присяжных и свидетелей своих преступлений. Примером служит громкий процесс по делу об ограблении мещанина Абрама Акимова. 18 октября 1906 года вооруженные преступники «экспроприировали» у него свыше 12 тысяч рублей [70] , однако в 1907 году семь анархистов, подозреваемых в этом преступлении, были арестованы. Судебный процесс должен был состояться в октябре 1907 года в Брянском окружном суде. В целях обеспечения безопасности государство привлекло не только городовых, но и конную стражу, оцепившую весь квартал вокруг здания суда. Но это не спасло жизнь присяжного заседателя, которого террористы застрелили. Суд перенесли в Орел, и тогда преступники решили расправиться с главным свидетелем процесса Акимовым. 1 ноября 1907 года он был ранен двумя неизвестными [71] . Угрозы в свой адрес получали не только свидетели, но и судьи. О размахе травли, которой подвергались представители власти, можно судить по телеграмме председателя Брянского суда Талызина:

«Петербург. Министру юстиции. Сегодня утром убит революционерами старшина присяжных заседателей Морозов за исполнение долга. Жизнь судей в Брянске подвергается опасности. Власти Брянска заняты расследованием дела о взрыве революционерами поезда под Брянском. Присяжные заседатели расстроены. Председатель Талызин» [72] .

Анархистские группы существовали не только в европейской части империи.

Наиболее активную террористическую деятельность в Забайкалье в 1906 году, как и в следующем, проявила Забайкальская Федерация групп вооруженного народного восстания (ЗФГВНВ).