Чтение онлайн

На колготки попала маленькая ниточка, подцепив ее, замечаю, что кто-то подошел. Ого, какие блестящие туфельки! У Валеры таких нет. Поднимаю голову и дядя с темными волосами, в темных больших очках опускается на корточки рядом со мной, протягивая шоколадную конфету.

– Красивой девочке вкусную конфету, - я не решаюсь брать, помня наставления мамы. – Бери же. Не бойся – я друг Валеры.

– А как я могу тебе верить? – прищуриваюсь, не припоминая, чтобы раньше видела этого дядю.

Дядя смеется, а я же немного надуваю губы. Я же ничего не сказала смешного, так почему же он смеется с меня? Он мне не нравится. Нужно сказать Валере, чтобы перестал дружить с этим дядей. Странный и смех у него, грубый, а еще он курит. Почему-то я начинаю кашлять, когда вдыхаю, и дядя лишь подпирает голову ладошкой, довольный. Ему нравится то, что я кашляю?

– Уйдите… мне плохо от вашего запаха, - но дядя меня не слушает, а я отодвигаюсь к спинке кресла, прикрывая носик и вдыхая через рот, как становится легче, но горлышко все равно болит.

– Уйду, но ты же хочешь увидеть своего брата? Валера хочет уехать, не попрощавшись с тобой, но ты очень хорошая девочка, пускай и родилась не в той семье. Я хочу тебе помочь. Смотри, пройди в ту дверь, поверни направо и дойди до конца, там есть дверь с листочком на ручке. Я специально его повесил, чтобы ты не потерялась. Держи конфетку и поспеши, пока Валера не уехал. Он уедет навсегда, Валерия и все из-за тебя.

– Меня? – чуть ли не плача, спрашиваю я, расстраиваясь, что мой братик может навсегда покинуть меня.

Валера бы не стал от меня убегать. Он любит меня, маму и Лизу. Обещал заботится вместо папы. Куда он может уехать? Что я плохого сделала?

– Да. Не бойся, - дядя вкладывает в мою ладошку конфету, давая обещание. – Вырасти и ты встретишься с братиком. Он дождется тебя, я уверен. Хоть где-то вы сможете быть вместе. Иди, надеюсь, мы больше не встретимся. По крайней мере, я позабочусь, чтобы ты меня больше не видела.

И он уходит, а я держу в руках конфетку, все же спрыгивая с лавочки и побежав к той самой двери. Я отговорю Валеру и он останется с нами…».

«Лиза не заметила, как я пробежала мимо нее, а мама спать уже легла. Я не могу уснуть, ведь Валера не играл со мной целых три дня. Это очень долго. Соскучилась и хочу обнимашек с братиком. Хоть бы не заснул.

Открываю немного дверь, совсем щелочку и вижу Валеру. Сидит на диване, коля себе укольчик. Братик заболел? А почему тогда мне мама не сказала? Я бы сварила ему супчик и чаю с травками заварила, чтобы он поскорее выздоровел. Куколка падает из моих рук и Валера поднимает голову, находя меня глазами, убирает шприц, подзывая к себе. Подхватив игрушку, несусь к нему, запрыгивая на колени на полной скорости. Братик смеется, обнимая меня и целуя в голову. Смотрю в его глазки и мне почему-то страшно. Они другие. Практически черные.

??????????????????????????

– Валер, а что у тебя с глазами? Я боюсь, - шепчу, но все равно не могу слезть с его коленей. Сильно скучала.

– Не бойся, моя принцесса. Не меня ты должна бояться. Хорошо, что ты пришла. Мне нужно тебе кое-что сказать.

– Мы пойдем в парк гулять? – с восторгом пищу, но он смеется.

– Нет. Я скоро должен буду пойти на работу, а ты мне пообещай. Чтобы не случилось, оберегай маму и сестру, ладно? Они довольно хрупкие, а ты же обладаешь силой в отличие от нас, о которой даже не можешь подозревать. Как ты заметила, папа не смог удержаться на этой земле, но ты должна, слышишь? Ради всех нас должна. Главное, не осуждай маму. Она у нас одна. Когда-нибудь ты встретишь правильного человека, влюбишься и поймешь, а до этого момента помни, чтобы не случилось, нельзя обвинять маму. Я же обещаю, что сделаю все ради тебя… Давай поклянемся. Если… - его голос сорвался и Валера прокашлялся. – Цени каждый прожитый миг, Валерия. Помни, как я любил и люблю тебя. Всегда, я вот здесь.

Брат прикасается к моей груди, где бьется сердечко и он почему-то грустит, но все равно продолжает говорить.

– Я мечтал, чтобы ты родилась и осветила весь мир своей красотой. Так и случилось. Ты самая лучшая сестренка, которая могла бы быть на свете. Я дал тебе свое имя, ведь оно самое подходящее. Хоть кто-то из нас двоих сможет прожить достойную жизнь. Береги семью и не забывай своего братца, ладно? Поклянись Валерия, что не смотря на то, что услышишь, увидишь, все равно не перестанешь любить меня и не забудешь.

Протягиваю мизинчик, а другой ручкой обхватываю его щеку, поглаживая:

– Клянусь».

Прихожу в себя, истошно бьюсь всем телом, ревя, как раненное животное:

– Хватит! Остановитесь, пожалуйста! Я не хочу этой правды! Не хочу!

– Доменик, давай вызовем скорую! – плача, кричит Маша.

– Заткнитесь и не мешайте! Саш, выведи ее нахр*н отсюда!

Хлопок двери, а я откидываю обессилено голову, видя очертания Доменика над собой и его руки. Они повсюду, держат меня здесь, не давая окончательно сойти с ума. Но я сойду. Обязательно сойду. Правда меня погубит.

– Маленькая, - проводит руками по мокрым щекам, обеспокоенно заглядывая в глаза. – Все хорошо. Это всего лишь дурная шутка. Сейчас все уберут и я разберусь с шутниками, ты главное будь со мной. Не теряй связь со мной.

Но было уже поздно. На этот раз перед глазами встала привычная темнота от которой не спастись. Паническая атака обездвижила меня полностью, а сердце пропустило удар, прежде чем перейти на неумолимый ритм.

– Мамочки, - прошептала я привычное, ничего не видя перед собой.

Лишь чернота. Из нее нет выхода. Спасения. Я взаперти своих страхов. Не могу вылезти. Ищу свет, но уже обречена. Еще больше задыхаюсь от страха, но холодные капли воды отрезвляют и я прихожу в себя, чувствуя странное помутнение и жуткую слабость. Хватит. Не могу больше.

Обхватываю талию Доменика, подгибая ноги и утыкаясь лицом ему в живот. Все, честно больше не могу. Мне тяжело. Очень тяжело. Не могу справится с грузом на который на меня накинули.

– Убежав от тебя, остановилась в каком-то дворике, чтобы отдохнуть немного. Когда решила вернуться домой, то из ниоткуда появился тот мальчик из моего детства. Душил и ударил в живот. Сказал… - я кашляю и шмыгнув носом, продолжаю: - уйти от тебя. Не Серов убил псов, а он и напомнил об Антоне. Все повторится или будет еще хуже. В сумке записка, которую я нашла, когда вышла за сумочкой во время вечеринки.

Больше нечего скрывать. Я все рассказала. От меня ничего не зависит. Загнали в угол собственных страхов, которые воздвигали на протяжении стольких лет вокруг меня, чтобы не было и шанса на спасение. Физическое и душевное состояние зависит не от меня, а от тех, кому я мешаю. Мешал Валера. «Почему тот друг его не спас?», - думаю я. Это была моя последняя мысль, перед тем, как я погрузилась в спокойный сон, расслабляясь в руках Доменика, который успокаивающе гладил меня по волосам.

От лица Доменика.

Жаждал ли я человеческой смерти, больше, чем сейчас? Нет. Не могу представить, каким нужно быть мерзавцем, чтобы настолько испоганить жизнь дочери. Его поступки отличаются крайней жестокостью, безумством и я до сих пор удивлен, как Валерия до сих пор способна быть нормальной и продолжать жить. Любой бы сломался еще на пол пути… Может, Николай прав? Таблетки ее в некотором роде защищали от правды от которой ей лишь хуже. Но нет, я не смогу с ней так поступить. Придется переживать вместе с ней эти приступы, сгорая внутри, когда держишь ее в руках, видя, что она уже полностью погрузилась в дерьмовые воспоминания, а ты готов выть от беспомощности. Здесь хоть круши стены, стреляй, но ничего не сделаешь. Бессилен перед тем, что натворил ее папаша. Отомщу, урод. Ты будешь у меня медленно умирать, гнида. Помрешь в мучениях и будешь молить о пощаде.